Чтение онлайн

Я осторожно прицелился в него, ожидая, когда он повернет голову, становясь таким образом более удобной мишенью. У меня в запасе был лишь один выстрел, и если я промахнусь, он бросится на меня. Я как-то видел, как пойманная живьем мурена отгрызла кусок деревянной обшивки шлюпки. Эти клыки без труда прорвут резиновый костюм и мышцы до самых костей.

Он медленно извивался, будто кобра, наблюдая за мной. Расстояние между нами было невелико, и он перешел ко второй стадии атаки: надул горло и слегка повернулся, демонстрируя мне свой профиль.

— Боже! — подумал я. — Когда-то я занимался этим ради забавы, — и нажал курок. Воздух злобно зашипел, и пробка ударилась о конец копья, посылая его вперед. Вслед за ним метнулся неясный голубой шлейф нейлоновой лески.

Я целился в темную, похожую на ухо, отметку в задней части его черепа, но попал на два дюйма выше и правее. Мурена тотчас превратилась в комок извивающихся пульсирующих колец, которые, казалось, заполнили весь люк. Я выпустил из рук ружье и, работая ластами, кинулся вперед, чтобы покрепче ухватить рукоятку копья. Она дергалась и билась у меня в руке, так как мурена обмоталась своим темным толстым телом вокруг стержня. Я вытащил рыбу из ее логова. Толстый кусок ее кожи и резинистых мышц были пригвождены шипами копья. Ее рот был разинут в немом вопле ярости, а распрямившееся тело колыхалось во все стороны, как флаг на ветру. Она задела мне по лицу хвостом, сбив маску. Вода хлынула мне в нос, и пришлось долго отфыркиваться, прежде чем начинать подъем.

Затем мурена, откинув голову назад под невообразимым углом, сомкнула свои омерзительные челюсти на металлическом стержне копья. Я слышал, как ее зубы со скрежетом вгрызались в сталь, и на поверхности металла оставались яркие серебристые царапины.

Я вынырнул из воды, высоко подняв свой трофей и услышал, как Шерри закричала от ужаса при виде извивающегося монстра, а Чабби буркнул: «Ну, иди к папе, моя крошка» и, наклонившись, крепко схватил копье, вытащив мурену в лодку. Чабби демонстрировал всем свои пластмассовые десны в счастливой улыбке — мурена была его излюбленным лакомством. Он прижал ее голову к борту и одним умелым движением ножа отправил чудовищную голову обратно в омут.

— Мисс Шерри, — произнес он. — Вам непременно понравится вкус этой рыбы.

— Ни за что! — Шерри передернуло, и она отодвинулась подальше от кровоточащей массы.

— О'кей, дети мои, давайте займемся нашим делом! — Анджело уже приготовил сеть для груза, а Шерри села за борт, готовая к погружению. В руках у нее была катушка изолированного провода. Когда мы шли вниз, она аккуратно разматывала его нам вслед.

Теперь я направился прямиком к лишенному своего прежнего обитателя люку и пробрался внутрь. Пушка была накрепко прижата массой обломков. Я выбрал два места, где разместить заряды. Мне хотелось сдвинуть пушку в сторону. Из нее получился бы отличный рычаг, чтобы выломать часть окаменевшей обшивки. Второй взрыв, произведенный одновременно, очистил бы место от мелких обломков, которыми был завален проход на пушечную палубу. Я как следует укрепил заряды в необходимых местах. Шерри протянула мне конец провода. Я щипцами оголил концы и присоединил их к полюсам, затем еще раз все дотошно проверил и выбрался из люка. Шерри по-турецки восседала на груде обломков, держа на коленях катушку. Я улыбнулся ей с трубкой во рту и поднял вверх оба больших пальца, а затем поднял ружье, которое уронил в прошлый раз.

Когда мы вскарабкались на борт вельбота, Чабби поставил возле себя коробку с батарейками и приготовился к действию. Он был полон предвкушения, склонившись с видом обладателя над взрывным устройством. Он не перенес бы, если бы его лишили удовольствия самому нажать кнопку.

— К стрельбе готов, шкипер, — проворчал Чабби.

— Тогда стреляй!

Он еще немного повозился с коробкой, оттягивая удовольствие, затем повернул выключатель. Поверхность омута вздыбилась и задрожала, мы почувствовали толчок о дно вельбота. Через несколько секунд из глубин вырвался поток пены и пузырей, как будто кто-то по случайности вылил в омут тонну газировки.

— Дорогая, я бы советовал тебе надеть брюки от костюма, — сказал я, но она восприняла это лишь как повод обсудить обоснованность моего совета.

— Зачем, ведь вода теплая?

— А также перчатки и бахилы, — сказал я и принялся натягивать свой резиновый костюм. — Если трюм раскололся, мы уже в это ныряние сможем пробраться внутрь. Нам потребуется защита от заноз.

Наконец, мне удалось ее убедить, и она последовала моим советам, не задавая лишних вопросов. Я понимал, что мне придется еще долго обучать ее, а пока продолжал собирать остаток оборудования, необходимого для этого спуска. Взяв герметичный подводный фонарь, ломик и моток тонкой нейлоновой лески, я подождал, пока Шерри преодолеет трудности, возникшие, при протискивании бедер в узкий резиновый костюм с помощью преданного Анджело. Как только резиновые брюки были надеты и застегнуты, мы приготовились к спуску.

На полпути вниз, нам попалась первая мертвая рыба, всплывшая брюхом вверх из темных глубин. Затем их были сотни, убитых или раненых взрывом, всех размеров — от крошечных до огромных. Попадались окуни длиной в мою руку. Меня грызло раскаяние по поводу учиненной нами бойни, но я утешал себя тем, что я убил их меньше, чем крошка-тунец с синим плавником сожрет их за один день.

Мы спускались сквозь это подводное кладбище, свет мерцал, отраженный чешуей проплывающих мимо нас мертвых рыб, отчего они казались мне умирающими, мигающими звездами в неясном лазурном небе. На дне впадины было невозможно что-либо разглядеть — взрыв взбаламутил воду. В одном месте морской бамбук был будто скошен огромной косой, и мы нырнули туда.

Я сразу же увидел, что достиг задуманного. Взрыв выломал из трюма массивную пушку, будто больной зуб из челюсти палубы. Она свалилась на дно омута, окруженная мусором, снесенным вместе с ней. Верхняя часть люка была отбита взрывом, и в получившемся отверстии можно было встать во весь рост. Когда я посветил туда фонариком, то увидел лишь кромешную тьму, образованную грязью и взвешенными осколками. Я сгорал от нетерпения, отказываясь ждать, пока муть осядет, поэтому мы сразу же взялись за трюм. Я проверил хронометр и запасы воздуха, потом быстро рассчитал время работы под водой, учитывая предыдущие спуски, чтобы увеличить время на декомпрессию. Вышло, что мы сможем провести в трюме около семнадцати минут. Я подплыл к нему и засек время.

Вывороченная пушка послужила мне отличным якорем, к которому я привязал конец нейлонового шнура и вернулся к отверстию, разматывая его за собой. Мне понадобилось вытянуть Шерри из люка. За те несколько секунд, что я возился со шнуром, она успела почти полностью скрыться в темноте трюма. Я сделал ей сердитый знак уйти с дороги, но в ответ получил не весьма женственную комбинацию из пальцев и притворился, что не заметил. Проникнув в люк, я обнаружил, что видимость здесь, в этом густом супе, была около трех футов. Взрывы лишь частично удалили преграду позади того места, где лежала пушка. Там образовалась дыра, но чтобы пролезть внутрь, ее было необходимо расширить. С помощью ломика я отковырял кусок обшивки и обнаружил, что путь мне преграждает тяжелый пушечный лафет. Работа на месте недавнего взрыва — дело тонкое, так как неизвестно, от чего зависит равновесие всей массы. Малейшее его нарушение может сдвинуть целую гору, и на неудачника двинется настоящая лавина, все круша на своем пути.

Я работал медленно и осмотрительно, не обращая внимания на рывки шнура — таким образом Шерри сигнализировала мне свое нетерпение. Когда я вынырнул с куском отбитой обшивки, она взяла мою грифельную доску и нацарапала «Я меньше ростом!!», дважды подчеркнув слово «меньше», на тот случай, если я не замечу двойной восклицательный знак и подсунула дощечку мне прямо к носу. Я ответил ей в духе Черчилля ее же приветствием и вернулся в свою нору.

Я уже достаточно очистил место и разглядел, что единственной преградой осталась тяжелая деревянная балка лафета, которая свисала под каким-то пьяным углом, блокируя выход на пушечную палубу. Ломик был абсолютно неэффективен против этой массы, и я стоял перед выбором: либо оставить все как есть и вернуться на следующий день с новым зарядом, либо рискнуть.

По часам оказалось, что я работаю всего двенадцать минут. Наверно, я не слишком экономно расходовал воздух во время работы, но все же решил испытать судьбу. Я отдал фонарик и ломик Шерри, а сам осторожно пробрался в отверстие и подставил плечо под верхний конец лафета, шевеля ступнями в поисках устойчивого положения. Найдя его, я хорошенько вздохнул и начал приподниматься. Постепенно я напрягался все сильней, пока не толкнул лафет вверх, разгибая спину и ноги. Я чувствовал, как вены у меня на шее налились кровью, а глаза были готовы выскочить из орбит. Но мне не удалось ничего сдвинуть, и я, сделав еще один глубокий вздох, начал вторую попытку. Но этот раз я мгновенно послал весь свой вес на деревянную балку.