Чтение онлайн

– Мои родители, – прокомментировал он. – Возможно, ты видела их на юбилее.

Я вспомнила статную женщину, с которой Глеб танцевал.

– Красивая пара, – отозвалась после небольшой паузы.

Вообще довольно странная ситуация. Тем временем он провел по экрану пальцем, и я увидела свою начальницу. Ого! Вот это неожиданный сюрприз.

– Моя тетя, – усмехнулся мужчина, заметив мое замешательство.

– Не может быть! – я была в легком шоке. – Так вот почему ты наш «золотой» клиент, которому надо угодить вопреки всему здравому смыслу.

Глеб пожал плечами.

– Да, родственные связи значительно помогают упростить жизнь, – согласился этот гад. – А уж когда дела срочные, им просто нет равных.

Нет… не гад…

– А вообще я был крайне обескуражен, когда понял, что ты даже не залезла в интернет, чтобы поинтересоваться моей скромной персоной после нашего неординарного знакомства. Раньше меня этот факт всегда бесил, когда собеседница знала все чуть ли не до седьмого колена, а вот с тобой, – он вздохнул, подбирая слова. Сделал глоток кофе. – Вика, тебе было настолько все-равно?

Вопрос поставил меня в тупик. А ведь и правда! У меня даже не возникло мысли почитать про Астапова во всемирной паутине. Голова была забита совсем другими вещами, да и событий случилось слишком много, которые требовали моего непосредственного участия. Игра с партнером заняла слишком много времени и полностью завладела всем моим вниманием.

Он тем временем скользнул пальцем и на экране появилась Алина с мальчишкой.

Увидеть их прямо перед собой было выше всяких моих сил. Мой судорожный вздох не остался незамеченным. Я еле сумела удержаться на месте, чтобы не сорваться в ту же секунду и не сбежать. Сбежать, как в прошлый раз – в ночь, без оглядки… Только вот сегодня я ни за что не обернулась бы на его призыв. Слишком жестоким оказался этот мужчина, и слишком глубоко засели его грубо брошенные слова. Фото вернуло меня в реальность, больно полоснув по сердцу острым ножом.

– Не буду тебя мучить, – он мягко взял мой подбородок и повернул к себе. – Моя двоюродная сестра с сыном, а не то, что ты себе придумала.

Сестра? Глаза сами сузились в неверии. Но сразу же пришла резонная мысль: «А какой смысл ему сейчас врать?» Меня немного отпустило, но ненадолго.

– У Ларисы Альбертовны нет дочери!

– Это по линии отца, – мягко проговорил он, совсем не упрекая меня в чрезмерной подозрительности.

– Я случайно увидела ее сообщение, когда вышла попить, – тихо прошептала непослушными губами, открыто глядя в серые глаза. Не думала оправдываться и извиняться за свои действия, просто захотела, чтобы он знал.

– Я так и понял, правда не сразу… О чем сильно жалею.

Глеб дал мне время принять новость и не стал давить, получив от меня очередное внутреннее спасибо.

– Да, «вечер разочарований» превзошел все ожидания, – мысль рассмешила меня, и я не стала сдерживаться. На волю вырвались эмоции, которые просто разрывали меня изнутри все это время. Казалось, что получилось их приручить, но нет… А теперь они выходили со смехом. – Что дальше?

Очередной взрыв хохота от осознания того, что совсем недавно этот же вопрос задавали мне. Если продолжать такими темпами, я могу запросто превратиться в истеричку.

– Не стану говорить что-то на тему «Давай забудем и начнем все сначала», потому что я не хочу этого забывать – слишком острым получился вечер, который просто обязан войти в историю, – подмигнул мне. – Продолжим?

И снова этот омут из серых глаз, которому не возможно сопротивляться, но я все же делаю над собой усилие.

– Продолжим, – послушно соглашаюсь, при этом лукаво улыбаясь. – Но сначала я внимательно изучу все твое фамильное древо.

Тут уж не выдержал Глеб и засмеялся, запрокинув голову вверх.

А потом мы долго гуляли по невероятно красивому ночному городу. Говорили о всяких разных глупостях. Он спрашивал обо мне и моей семье, и я с упоением рассказывала разные смешные истории из детства. Мы как будто знакомились заново, и мне это безумно нравилось. Видела, как он смотрел на меня, и снова тонула. Но в этот раз я совсем не хотела спасаться.

Глеб проводил меня до квартиры, подождал, пока я не открою дверь и вопреки всем моим ожиданиям не стал напрашиваться на поздний чай.

– До завтра, – коснулся моей щеки и направился вниз.

– Пока, – немного разочарованно произнесла я, глядя ему вслед.

Он сделал несколько шагов по ступенькам, а потом резко обернулся и со словами «Нет, я так не могу» оказался рядом и, прижав меня к себе, нежно поцеловал, обхватив голову руками. Я улетела. Окончательно и бесповоротно.

– Никогда бы не подумал, что желания могут сбываться так быстро, – прошептал он, ненадолго отрываясь от губ.

Теплое дыхание коснулось моей щеки. Я улыбнулась, подняв глаза.

– Передам Стасу твою благодарность.

Незаметно мы переместились в гостиную на диван.

– А что загадала ты? – притянул меня ближе к себе, обнимая за талию.

– Счастья любимым людям, – честно ответила я.

– А себе? – не унимался Глеб.

– Если будут счастливы любимые, то и мне что-нибудь обязательно перепадет, – рассмеялась в ответ. – Вот ты счастлив, и мне достался поцелуй!..

Ой!..

Замерла, прикусив язык. Повисла тишина. Я что, только что призналась Астапову в своих чувствах? Вот так просто взяла и проболталась?! А, может, он не обратил внимания или не придал этому должного значения?

Я, как вор, осторожно приподняла голову и посмотрела в его лицо.

Все он понял! Готова была сквозь землю провалиться в этот момент.

– Вика…

– Может, чаю? – робко пробормотала, не зная куда себя деть.

– Иди ко мне, моя девочка, – произнесенные слова были насквозь пропитаны нежностью, и именно они сейчас оказались самым настоящим признанием. – Никому тебя не отдам и больше никогда не отпущу.

Глеб

Вопреки всем протестам, я забрал Викторию к себе. Она сопротивлялась до последнего, приводя весьма разумные, как ей казалось, аргументы. Слова летели в меня и отскакивали, как от глухой стены, но девочка не собиралась сдаваться. Она же не знала, что я был в курсе щедрого подарка от Миши. Как ни крути, а чувство собственности, не позволило оставить ее здесь, в месте, где она была не со мной. Возможно, это не здоровый симптом, о котором следует задуматься позже, но сейчас я должен был настоять. И я настоял.