Чтение онлайн

— Это он зря. Два грузина все это задумали, Сталин и Берия, передай ему, чтобы он теперь грузин ненавидел. Русские здесь ни при чем. Кого видел в доме? Думаю, что у такого авторитетного дедушки кто-нибудь да живет. Не для себя же дедушка занимается скупкой стрелкового оружия. Живут же?

— Живут, — тот кивнул головой.

— Кто?

— Трое. Они из коллектива Шейха.

— Эко ты назвал — «коллектив». Забавно. Кто это?

Он назвал имена.

— Их должности?

— Не знаю.

— Не ври! Не могут у старейшины бойцы стоять на постое!

— Не могут! — тот снова кивнул головой.

— Кто?

— Арабы. Они командиры.

— Имена?! Имена, сука! — я шипел.

Хотелось кричать, но не мог, в машине могли услышать.

Он назвал. Так как имена были незнакомые, тем более, арабские, я записал в свой блокнот. Годится.

Зейд аль-Авфи, Таккиадин аль-Таниси, Назиф аль-Тавхиди. Язык сломать можно.

— А вот ты называл чеченцев. Это кто?

— Это охрана, живут рядом.

— Докатились! Арабы командуют чеченцами на их земле! Тоже мне воины. Тьфу! — я давил на психику — А, Асаев, чего молчишь? Слабы, получается, в коленках чеченцы, что без арабов с нами справится не могут? Что молчишь? Сказать нечего?

— Мы и без арабов можем. Только если люди едут нам помочь, так почему помощь не принять-то?

— Помощь принять можно и нужно, только вот, отчего гости стали командовать у вас в доме? Ты, наверное, уже и без трусов начал ходить, как твои арабские друзья?

— Почему без трусов? — «агент» удивился.

— Не положено правоверному ваххабиту в трусах ходить. Почему? Это ты у своих друганов команчей спроси. За это вы боретесь? Без штанов ходить? — я издевался над Асаевым.

— Мы боремся за свободу. — Он был угрюм.

Было видно, что мои слова задели его за живое. Ничего, пусть мозгами пораскинет.

— Что еще ты мне хочешь и можешь рассказать?

— Интересовались, кто из офицеров прибыл в Чечен аул.

— И что?

— Они знают, что ты прибыл. Из Толстого-Юрта им сообщили.

— Забавно, — я хмыкнул.

— Они очень расстроены, что ты им помешал. А там был один больной — он оказался племянником одного из старейшин.

— Мир тесен. А ты что?

— Я сказал, что постараюсь с тобой сблизиться.

— Так что в данный момент ты выполняешь их задание. И если вдруг кто-то увидит нас с тобой, то ты можешь всем сказать, что выполняешь задание ваххабитов и заманиваешь меня в ловушку. Так, мужик?

— Да нет, — смутился страж порядка.

— Нет да. Именно так. Ты и мне ничего толком не сказал, и вроде бы выполняешь задание своих родственников, по совместительству хозяев. Именно так. Только имей в виду — погонишься за двумя зайцами — от обоих по морде получишь. Подумай. Рано или поздно с бандой покончим, а вот как ты будешь выглядеть? А, предводитель, пардон, заместитель предводителя местного дворянства? Что ты мне хочешь сказать? Только подумай. Кто знает, может быть сегодня тебя повяжут за связь с бандитами, и лишь один, кто сможет тебя вытащить из дерьма — я. Я и организация, которую представляю. Говори.

— У Шейха есть часть архива Дудаева и Масхадова.

— Чего-чего? — не понял я.

— Мы гордимся Дудаевым. Генерал, первый президент свободной Ичкерии, он для нас как путеводная звезда. И как в Китае чтят и читают до сих пор Мао, так и у нас чтят Дудаева. Масхадов — его преемник. Он тоже мудрый человек.

— Где архив, и что о нем известно?

— Я не знаю, где архив. Некоторые листки зачитывает Шейх. Там есть даже план, как взорвать Кремль.

— Кишка тонка, это из области фантазии. Что еще?

— Говорят, что там указано, где и как можно достать ядерный фугас или боеголовку. Масхадов развил эту идею. Там готовый план. И Шейх хочет осуществить его.

— Его бы к доктору. К психиатру. К тюремному доктору. Мне нужна полная информация. Найди мне этот архив, и я подниму тебя по должности. Уедешь из этого вонючего аула в город. Годится такая сделка?

Пауза. Думает. Видно, как на лице борются чувства. Жадность и чувство долга перед соплеменниками. Жадность победила.

— Я согласен.

— Ну, так, может, в качестве заключения сделки, сдашь убийцу? Мы же должны доверять друг другу?

Пауза. Молчание. Потом глубокий вздох и выдох. Решился. На что?

— Хорошо, — он вздохнул как перед прыжком в воду. — Ислам Исмаилов и Артур Хамзатов — тот самый беглый милиционер — скрываются здесь, в деревне. — По лицу катился пот.

Он назвал известный нам дом.

— А не мог бы ты уточнить, где именно там искать? Дом, насколько я знаю, большой.

— Вход из кухни в межэтажное перекрытие. Между первым этажом и подвалом. Вход из кладовой.

— Откуда такие познания? — я решил идти до конца.

— Я там часто бываю, — он опустил глаза.

— Чего забыл?

— У них радиостанция. Они поддерживают связь с людьми Шейха. Рация старая. Я заряжаю им батареи. Поймите меня правильно, я же не мог отказаться, меня бы убили. — Голос просительный.

Руки прижимает к сердцу. Кончить его? Прямо сейчас? Ух, как руки чешутся-то! Гад! Но нельзя. Я должен улыбаться и говорить что-то о правильном выборе. Что за работа такая! Стрельнуть бы его без суда и следствия! Спокойно, Александр, спокойно! У тебя большая задача — Атаги. А этот иуденыш никуда не уйдет. Некуда ему деваться. На крючке он. На большом крюке. Как у подъемного крана.

Тут на улице раздались шаги и голос, кто-то говорил на чеченском.

Я положил руку на пистолет.

— Это мой водитель, — пояснил Асаев.

— Чего ему?

Асаев подошел к окну и что-то спросил. Водитель ему взволнованно ответил. Асаев его отослал в машину.

— По рации сообщили, что ваши попали в засаду. Где-то в пятнадцати километрах на юг. Мне надо идти.

— Через два дня мы с тобой встречаемся здесь. В это же время. Мне нужна информация о местонахождении бандитов в Атагах и архива. Архива! А так же, где здесь, в Чечен-Ауле, прячутся бандиты. Думай, мужик. Я тебе сделаю карьеру. Я не дам тебе рыбу. Но удочку дам! Думаю, что при твоей сноровке сумеешь поднять много денег. Выбирай. Либо сытная почти легальная жизнь, либо на зоне подыхать. А я со своими связями много могу.