Глиняный истукан
Шрифт:
– Слушай, Клейтон, – с сомнением посмотрела на меня бывшая хозяйка. – Если я тебе что-нибудь прикажу, ты ведь это выполнишь, не так ли?
– Смотря что, Ада, – пожав мускулистыми плечами, в тон ей ответил я. – Мы ведь теперь равны, не так ли?
Она явно запаниковала.
На первый взгляд ничего не изменилось. Только желваки заиграли на её лице.
Не будь у меня приобретённого знания того, что происходит у неё внутри, возможно, я бы этого не понял. Дело в том, что хотя бы однажды превратившись в ту или иную личность, я получал её знания и опыт. Так что я вполне мог предсказать как подумает или поведёт себя Ада Круг из рода Геллеров-Валерштейнов… Кроме того, Вигор был телепатом и приобретя эту его способность, я читал её мысли как открытую книгу.
«Что же мне делать? Что мне делать? Что делать?» – читалось на лице Ады даже без телепатии.
«Вот! Есть решение…» – озарился её взгляд. «Надо убить этого голема, стерев букву алеф с его лба и вылепить нового. Своего рода рестарт, как и объяснял куратор».
Такое её решение было вполне ожидаемо и ничуточку меня не тронуло. Но не потому, что я всё-ещё ничего не чувствовал… А потому, что теперь я больше не был безвольным глиняным автоматом, выполняющим приказы.
Я имею свободу воли и просто не дам причинить себе вред…
«Но как мне заставить его принять изначальную форму?» – продолжала размышлять Ада. «У него же теперь собственное мнение… Надо посоветоваться с Вигором. Но вот только как выйти с ним на связь? Этого он мне не объяснил. Сказал только, что скоро встретимся. Значит придётся немного подождать… А пока надо разработать план действия до нашей с ним встречи».
Аде всегда лучше думается, когда она гуляет и поэтому она вполне предсказуемо встала и направившись к двери бросила через плечо: – Я пойду пройдусь. А ты пока оставайся здесь. Если хочешь конечно.
– Хорошо, Ада, – кивнул я. – Я пока останусь…
И нисколечко не колеблясь протянул руку и положил ей на плечо.
– Ты не расстраивайся, ладно? Всё что ни делается, к лучшему…
Она только мотнула головой, тяжело вздохнула и ничего не ответив, вышла.
Глава 2
Первые шаги
Дверь за Адой закрылась, и я остался один, впервые, за свою короткую жизнь, предоставленный самому себе.
В голове роилось куча вопросов.
Что же теперь? Куда мне податься? Как жить и кем стать?
С одной стороны я был волен делать что хочу, а с другой, понимал – я ещё понадоблюсь свой бывшей госпоже. Для чего-то же она меня создала в конце концов…
Ада Круг мне нравилась, и я был готов помогать ей добровольно и сколько понадобится…
«Я испытываю к ней симпатию, потому что в неё превращался», – подумал было я.
Хотя, нет. Вигором я тоже становился, но он мне совсем не нравится… Да и Белка тоже… Наверное дело в том, что она моя создательница… Ну а может в том, что на самом деле Ада наивная девочка, краснеющая по любому поводу. Это же так мило…
Стоп!
Я не имею собственного опыта и являюсь своего рода собирательным образом Вигора, Ады, Беллы и Гарретта Клейтона.
Итак, кто из них думает, что краснеть – это мило?
Вигор? Нет. Ни в коем случае… Этот древний старик, с телом молодого викинга, считает, что любое проявление чувств вообще неуместно.
Белла Мор? Нет. Она в основном видит только себя и ей на самом деле всё равно кто краснеет, а кто нет. Хотя с этой ветренной особой, раз на раз не приходится. Слишком она непостоянна…
Ада? Нет. Она терпеть не может краснеть и начинает нервничать, когда другие это замечают…
Гарретт Клейтон? Да. Он самый… Творческая ранимая натура, считающая, что молодость и невинность, это так мило… Хм-м… Значит у меня это от него. Ясненько…
Думаю, мне понадобится свой собственный опыт. Только так я смогу судить, что мне действительно нравится, а что нет… Но какой именно? Как мне узнать, что для меня важно, а что не играет никакой роли? Куда отправиться и чем заняться?
Ладно. В первую очередь не мешало бы проветриться, а там будет видно…
В голове всплыло воспоминание Беллы Мор.
Она прогуливается вечером по набережной Тель-Авива в компании с каким-то парнем, имени которого она не помнит, и её курчавые волосы нежно треплет ласковый морской ветерок. Ей очень хорошо, и она готова так гулять до самой смерти.
Именно так она и думает…
Не мешкая, я облачился в точности так, как парень, с которым прогуливалась Белка.
Узкие джинсы, облегающая чёрная футболка и белые кроссовки. Поглядев во встроенное в шкаф зеркало, я остался вполне доволен собственной внешностью. Эта одежда выгодно подчёркивала мою высокую мускулистую фигуру.
Ада хорошо постаралась, создавая меня…
Кивнув и улыбнувшись собственному отражению, я немного потренировался в подмигивании, а затем глубоко вздохнув, перенёсся на тель-авивскую набережную.
Вроде бы никто из немногих прохожих не видел моего внезапного появления.
Хм-м. Один всё же заметил…
Сидящий на скамеечке, напротив моря, заросший нечёсаными грязными волосами, мужчина, удивлённо уставился на меня, а потом, явно по привычке, протянул руку.
Так. Что хотят люди когда обычно протягивают руку?
Я мгновенно покопался в памяти всех тех, в кого превращался.
Протягивая руку, люди хотят познакомиться или поздороваться, но непохоже чтобы именно это входило в его планы…
Иногда люди хотят, чтобы протянутую руку им поцеловали, но обычно это женщины или высшее католическое духовенство…
Я на всякий случай посмотрел нет ли на его пальце кардинальского перстня, который в общем-то и следовало целовать.
Нет. Перстня не было.
А ещё, люди протягивая руку, просят милостыню.
Видимо это то самое. Да. Так и есть. У него надежда в глазах.
Нужно вытащить из кармана кошелёк и дать денег.
Но что делать если нет ни того ни другого?
Вот! Создать у себя в кармане кошелёк полный денег!
Отлично! У меня получается взаимодействовать с этим миром! Ура!
Все эти размышления заняли у меня не больше двух секунд.
Довольный собой, я с трудом вытащил и кармана узких джинсов объёмистый кошель и выудив оттуда увесистый золотой соверен с профилем Генриха VIII, бросил ему.