Чтение онлайн

Интересно замечание Хейзинги, что игровой элемент по большей части «растворяется, ассимилируется в сакральной сфере, кристаллизуется в учености и в поэзии, в правосознании и формах политической жизни». Это очень важно, что игра допускается в сферу политики, политических технологий.

Хейзинга выделяет ряд признаков, характеризующих игру. Это обязательное присутствие желания играть (его, правда, можно и развивать современными технологиями); это понимание игры как вымысла, противостоящего реальности «обыденной» жизни; это наличие временных и пространственных рамок игры; это существование внутри игрового пространства определенного порядка. Добавим сюда и такие признаки игры, как состязательность, увлекательность, напряжение и воодушевление «игроков», нетривиальность их решений и поступков. Если все эти игровые признаки присутствуют в политической, социально-экономической жизни общества, в потреблении, в быту, то это – проявление технологий управления массовым сознанием и настроением через организацию игры.

Игра, по Хейзинге, концентрирует силы общества в одно целое. Организация и проведение политических выборов, борьба за голоса избирателей в ходе их подготовки, изобретательность в борьбе конкурирующих сторон, своеобразие форм развития социальной и экономической активности масс – разве это не феномен игры, столь присущий массовому обществу и столь захватывающий для человека массы? Одной из слабостей социально-политической системы в Советском Союзе была неразвитость игрового начала в политической жизни. Торжествовали формализм, бюрократическая зажатость – и людям становилось тоскливо от того, что им не давали «поиграть» в политику.

Западная система – игровая. Здесь даже насилие над личностью не столь заметно, потому что оно несет в себе элемент игры. И чем разнообразнее формы и приемы социальных и политических игр, тем пластичнее социальная система, тем более управляемо массовое общество, тем выше уровень восприятия внешней экспансии. В свою очередь, глобальные коммуникации, обеспечивающие политическую и культурную экспансию, тоже несут в себе значительный элемент игры. Поэтому технологии глобального контроля масс – это «играющие» технологии, во взаимодействии с массовыми коммуникациями дающие синергетический эффект. Вот почему в «национальном» массовом обществе такую весомую роль выполняют службы по связям с общественностью – «организаторы игр».

Если масса – громадное большинство «средних» людей, независимо от того, к какому классу и слою они принадлежат, если масса – это большая часть народа, то чем она объединена? Вероятно, некими ценностями, потребностями и стремлением к определенному психологическому состоянию. Именно в этом качестве масса является оплотом устойчивости и прогресса общества. Поэтому правящая элита всегда ведет борьбу за массу, за контроль над ней – на выборах, на «политических баррикадах», в общественном производстве и в сфере потребления.

Что такое базовые ценности?

Некоторые ученые толкуют это понятие как значимость объектов окружающего мира для человека, социальной группы, слоя, класса, общества в целом. Эта значимость определяется не свойствами объектов самими по себе, а их вовлеченностью в сферу человеческой жизнедеятельности: социальных отношений, интересов, потребностей людей. Различают ценности материальные, духовные, общественно-политические, нравственные, жизненно-бытовые, народные (традиции, обряды).

Ценность как значимость – это одна из сущностных характеристик бытия. Творения природы тоже значимы для человека. Но для человека и общества особо значимы те ценности, что созданы в процессе человеческой деятельности – материальной и духовной, чаще всего творческой. Так, может, ценности – это значимость для человека, социальной группы, общества объектов окружающего мира, созданных в процессе человеческой деятельности, т. е. деятельности, порождающей и физические (материальные), и духовные объекты? К первым следует отнести машины, технологии, сооружения, ко вторым – духовные идеи, произведения литературы и искусства, общественное устройство, социально-экономические и социально-политические формы жизни людей. Причем значимость для человека тех или иных объектов окружающего мира, т. е. тех или иных ценностей, непостоянна во времени и пространстве. В одни периоды человеческой истории и в одних странах и регионах одни и те же объекты (ценности) могут иметь первоочередную значимость, в другие периоды, на других территориях – не обладать этой значимостью.

При рассмотрении понятия «ценность» нужно иметь в виду, что значимость объектов окружающего мира для человека и общества может быть положительной и отрицательной, т. е. допустимо говорить о ценностях и антиценностях. Критерием здесь становятся нравственные принципы, которые могут разделить ценности на собственно ценности и антиценности. Под нравственными принципами в данной ситуации следует понимать представления о добре и зле, свободе и угнетении, справедливости и несправедливости, ценности человеческой жизни. Так было в течение столетий. Но в эпоху постмодернизма эти принципы «расплываются», а потому все труднее находить грань между ценностями и антиценностями. Все труднее, но пока еще возможно.

Исходя из традиционных нравственных представлений к антиценностям, созданным в процессе человеческой деятельности, относятся войны, изобретение и производство оружия, различные формы государственного устройства, подавляющие свободу человека, его способность к реализации своих сущностных сил, и т. п. Как ценности и антиценности влияли на развитие цивилизации, задерживали или ускоряли этот процесс? Шла постоянная борьба между ценностями и антиценностями в любом виде культурного производства (в материальном – мирные орудия труда и орудия войны, их взаимовлияние; в духовном – идеи гуманные и антигуманные, созидательные и разрушительные; в общественно-политическом – государственное устройство, которое либо подавляло человека, либо раскрепощало; в «обработке людей людьми» – воспитание и образование людей и манипулирование людьми, обращение к их низменным страстям). Противоборство ценностей и антиценностей – трудный путь развития человеческой цивилизации. Но в эпоху постмодернизма этот путь все заметнее отклоняется от главного направления общественного прогресса.

В объединяющемся мире жизненные ценности, как индивидуальные, так и общественные, формируют не столько культура и система образования, сколько «потребительский» бизнес. Потребление и деньги становятся главным фетишем мира. Тон задают транснациональные корпорации, работающие на глобальных потребительских рынках, на рынках услуг, занимающиеся производством компьютерных систем и программного обеспечения, систем связи, теле– и видеосистем, бытовой техники, автомобилей, одежды, фармацевтических и косметических товаров, продуктов питания.

Что касается образования, массовой культуры, рекламы, то бизнес заставляет и их подчиняться законам рынка. Потребительские настроения населения приводят к небывалому расцвету массового общества, которым удобно управлять. В эпоху глобализации процесс манипулирования – тот же социальный контроль масс, который подразумевает обеспечение социальной стабильности посредством использования инструментов демократии, реализации потребительских прав человека и влияния на массу с помощью образования, религии, пропаганды, массовой культуры и рекламы.

Глобальный контроль масс ориентируется в значительной мере на «консервирование» узкой «специализации» страны в производстве определенной группы товаров и на потребительское общество, для которого характерны широкое распространение потребительских настроений, удовлетворяющий покупателей рынок товаров от мировых производителей, возможность получения потребительских кредитов, разнообразные виды социального страхования, практика выделения пособий малоимущим. Все эти особенности, свойственные потребительскому обществу, способствуют превращению людей в потребителей «без границ».