Чтение онлайн

Некоторые экономисты видят основную проблему экономики в «ресурсном проклятии». С этим нельзя согласиться. Доля сырья в экспорте Норвегии в 1948 г. была выше, чем в России (43 и 39%), но обязательная передача новых импортных технологий государственным компаниям, а их доходов – на инновации превратили Норвегию в мирового лидера по конкурентоспособности и качеству жизни. Экспорт природных ресурсов стал базой преобразования экономики Канады и Австралии.

Нельзя согласиться и с тем, что конкурентным преимуществом России является ее отсталость, позволяющая заимствовать технологии и методы управления, не тратя времени на их разработку. Догоняющее развитие не обеспечивает его устойчивости, особенно при переходе к новому технологическому укладу. Ю. Корея, Япония, Сингапур, Тайвань, вошедшие в первую десятку стран по Global Innovation Index – 2014, импортировали инновации при их обязательной локализации, но сразу же начали собственные разработки, особенно организационные, не требующие громадных инвестиций. Ю. Корея стала ведущим производителем судов для перевозки сжиженного газа, крупных танкеров, контейнеровозов, высококачественных сталей и проката автомобилей, электроники, биотехнологии и т. д.

Ультралиберальные экономисты считают отставание России закономерным и необратимым из-за сурового климата, увеличивающего энергетические и транспортные издержки, удаленности от морских портов (52% мировой экономики сосредоточено на расстоянии не более 100 миль от побережья), несоответствия инноваций российскому менталитету. Предлагается ограничить развитие северных регионов и вывезти оттуда население. Однако на Аляске строится крупнейший газопровод и комплекс по сжижению и экспорту газа. В нашей стране был создан первый в мире многомоторный тяжелый самолет «Илья Муромец», первая АЭС, запущен первый спутник и первый человек в космос, созданы первые котлы со сверхкритическими параметрами. Россияне и их потомки в США известны не только изобретениями в области телевидения (Зворыкин), вертолетостроения (Сикорский), мостостроения (Мельников, Тимошенко), атомного судостроения (Риковер), радаров и т. д., но и созданием инновационных фирм. В. Ипатьев создал компанию, преобразовавшую нефтехимию США.

Главная причина отставания, как это еще в прошлом веке показал Н. Шмелев (Авансы и долги // Новый мир. 1987. № 7) – монополизм производителей и незаинтересованность хозяйственной элиты в нововведениях. Доля на рынке наукоемкой продукции США (36%), Японии (30%), Германии (16%), Китая растет, а России стагнирует. Преодоление внутренних шоков разрыва между потенциальным и фактическим выпуском, стимулирование использования факторов производства, как это предлагают некоторые авторы [14], важно, но недостаточно. Необходимо коренное преобразование всей системы хозяйствования.

К их числу следует отнести:

1. Переход от государственной к конвенционной (общественно-договорной) политике. Исключительно государственная политика была приемлема в индустриальную эпоху, когда на каждом сегменте рынка конкурировали тысячи независимых фирм, а не несколько ТНК, нередко диктующих свою волю государству.

В России 90-х гг. госполитика в интересах олигархов была направлена на накопление капитала путем присвоения общенародной собственности и вывоза доходов в офшоры. Нобелевские лауреаты Дж. Тобин, Ф. Модильяни, Р. Солоу, В. Леонтьев, Д. Норд, Дж. Стиглиц и ведущие российские экономисты Л. Абалкин, О. Богомолов, В. Макаров, С. Шаталин, Ю. Яременко, Д. Львов, Н. Петраков и др. предупреждали о недопустимости шоковой приватизации наукоемкой индустрии, полной либерализации движения капиталов, частного присвоения природной ренты, ликвидации сбережений населения с помощью гиперинфляции, игнорирования общественных ценностей (Вопросы прогнозирования. 2004. № 4). В наши дни без согласования с хозяйственными субъектами была начата реформа академической науки, предприняты попытки увеличения налогов с мелкого бизнеса, ликвидации частных пенсионных накоплений и т. д.

Исследования ОЭСР и Кембриджского университета [15] подтвердили необходимость реформирования экономической политики на конвенционно-коалиционной основе.

В Послании В. В. Путина Федеральному собранию (2013 г.) намечено обязательное предварительное обсуждение всех законопроектов, важнейших государственных решений, стратегических планов с участием институтов гражданского общества для согласования интересов различных социально-этнических групп и регионов, власти и бизнеса в целях устойчивого развития общества. Советы при федеральных и региональных органах власти должны выступать в качестве ее конструктивных оппонентов и экспертов. Сильные, независимые и финансово состоятельные муниципалитеты обеспечат реальное участие граждан в управлении на местах.

В Польше в ходе реформ число воеводств было сокращено с 49 до 16, в их составе – 379 уездов и около 2,5 тыс. гмин – низовых структур управления с широкими правами. В то же время в Украине, население которой за годы независимости сократилось на 7 млн чел., сохранено 490 районов, 90% которых получают дотации. В России, несмотря на многократные обещания, баланс между обязательствами и ресурсами местного самоуправления не соблюдается, налоги выплачиваются по месту нахождения центральной конторы, а не производства. Финансовые потоки регулируются не устойчивыми нормативами, а субъективными решениями центра и регионов как плата за политическую лояльность.

Как показано в исследованиях ведущих зарубежных университетов и российских экономистов, конвенционная политика позволяет создать инновационные ценности, коалиции для инноваций, улучшить защиту прав собственности и корпоративный контроль, преодолеть «великую ложь» [16] государственной политики, исходя из долгосрочных интересов «экологического», а не узкоэкономического человека [17].

Конвенционная политика базируется на сотрудничестве государства, бизнеса и общественности, а либеральная политика на верховенстве закона, независимости судов и т. д. Она противодействует произволу чиновников. Конвенция – основа развития социально-экономических институтов, преодоления конфликтности и хаоса хозяйственной системы.

В то же время неолиберальная политика, ориентированная на приоритет рыночной стихии, блокирует инновационное развитие, рост капиталоемкости и усложнение нововведений, снижает их рентабельность по сравнению с массовым выпуском глобальных продуктов (напитки, косметика, фармацевтика и т. д.), не говоря уже об операциях с ценными бумагами и валютой. Чисто рыночная политика соответствует интересам связанного с властью бизнеса, но не общества в целом и основной массы населения. Без активного участия государства в стратегическом планировании переход к инновационной экономике невозможен [18].

2. План как основа глобальной рыночной экономики. Планомерность в современных условиях – сознательно поддерживаемая на основе согласования интересов и норм поведения многообразных и самостоятельных хозяйственных субъектов, стран, регионов и социальных групп пропорциональность развития общества. Бессмысленны многолетние споры «государственников» и «рыночников» о приоритете плана или саморегулирования. Согласно принципам дополнительности и соответствия, разработанным Н. Бором, В. Леонтьевым [19] и другими выдающимися учеными, истина заключается в объединении казалось бы антагонистических, но дополняющих друг друга понятий, которые одинаково правомерны, отображая действительность с разных сторон, плавно друг в друга переходят при укрупнении объекта исследования. Если некоторое глубокое утверждение правильно, то противоположное ему глубокое утверждение тоже правильно.

Концепции квантовой и волновой механики, стоимости и ценности, плана и рынка одинаково правомерны. Согласно современной теории хаоса экономика как сложная система не имеет точно определенного сценария развития, состояний равновесия в ней может быть несколько или не быть вообще. При неизменной структуре она может существовать долго, но может и развалиться при малейшем толчке. В России около 3 тыс. функций государства признано избыточными, дублирующими или нечетко сформулированными. В то же время мифом признана достаточность ценовой рыночной информации для инновационных решений [20].

В индустриальной экономике фирма, как показал еще К. Маркс, была плановым островком в рыночном море. В инновационной экономике субъектом планирования становятся государство, местное самоуправление, все социальные и хозяйственные субъекты, вступающие в коалиции и заключающие контракты. Объектом планирования выступают как материально-вещественные, так и социальные пропорции. Наряду с иерархическим административным (по отношению к собственным активам) особое развитие получает индикативное и целевое планирование с помощью прогнозов, программ и социального маркетинга, направленного не только на реализацию уже выпущенной продукции, но прежде всего на выявление и удовлетворение новых потребностей потенциальных покупателей. Мезоэкономический маркетинг не только анализирует, но и создает новый инвестиционный и потребительский спрос с помощью долгосрочных научно-технических и социальных прогнозов.