Чтение онлайн

– Валдис, оставь свой "глюк" в библиотеке. Мы сейчас перейдем в пункт наблюдения, обсудим детали - глядишь, и поможем Глинсу.

– Надолго?
– Тоомант расстегнул кобуру.

– Это же просто формальность, Валдис. Глинсу при расследовании обстоятельств нужна уверенность, понимаешь?
– Бржичка разжал пальцы Тооманта и отнес бластер на стол.

– В принципе я, конечно, не настаиваю на немедленном выяснении. Факт установлен. Но думаю, если вместе попытаемся разобраться в причине, то получим большой плюс... К тому же свежий след. Жалко упускать такую возможность.

– Теперь, Глинс, прославишься, - Шпанк открыл дверь.
– А вот что будет с нами - неизвестно.

– Не бойся, о нас тоже все узнают, - Бржичка подтолкнул к выходу Тооманта.

Выходя из библиотеки последним, Александр оглянулся на стол. Осиротевшие "глюки", припорошенные тонкой пылью, лежали тихо и спокойно.

26

– Глинс, ты когда затевал проверку, был уверен, что кто-то из нас не выдержит?
– Бржичка занял место у пульта, между Александром и сникшим Тоомантом.
– Или действовал вслепую?

– Надеялся почему-то на штурмана.

– Хватит ко мне цепляться! Не нравится, что я не клюнул, да?.. Но Валдис Тоомант не дурак, отвернулся к двери на всякий случай... Вот у Шпанка ума на это не хватило.

– Да если бы я у спарринга не намекнул, ты бы первый влип!
– электронщик прислонился к стене, втиснувшись между видеофонами.

– Давайте разматывать клубок спокойно, постепенно... Проследим каждый шаг на Передышке. Напрягите память, вспомните...

– Глинс, можешь не пыжиться. Бржичка еще в библиотеке подсказал ответ, а Тоомант - живая иллюстрация типичной жертвы Передышки. Что больше всего поразило командира? Похожесть возникшего ощущения. Он интуитивно связал попытку выстрелить в "Мадонну" с прогулкой по пустыне.

– Правильно, Генрих, - черные кристаллы!

– Гипотеза интересная, но вам не кажется подозрительной ее простота? Кристаллы всегда маячили у вас перед глазами и, естественно, сразу возникла иллюзия их воздействия.

– Нет, Глинс, Шпанк угадал. Когда стреляешь по кристаллу, испытываешь желание обязательно повторить выстрел. Вот и в библиотеке я почувствовал точно такое же непреодолимое желание.

– Но при чем здесь "Мадонна"?

– А в этом сам разбирайся, - электронщик гулко хлопнул по пустой кобуре. Тебя за этим и прислали.

– У вас есть записи выходов в пустыню?
– Александр повернулся к Бржичке. Не мешало бы взглянуть

– К сожалению... Мы сами себе не враги. Оставлять такие свидетельства... Вдруг на Базе узнают?

– А вы уверены, что ваши предшественники тоже стреляли по кристаллам?

– Еще бы!
– Тоомант ухватил Александра за плечо и развернул к себе.
– Они же разумные, кристаллы! Чем больше мы хлещем их из "глюков", тем больше их становится. По любому заселенному бархану видно, как поработали разведчики до нас. Прекрасный способ размножения.

– Не сердись, командир, - Шпанк подошел к креслам.
– Я сделал одну кассету. Она у меня в комнате спрятана.

– Тащи живее! Пусть Глинс убедится в правоте наших слов. А Валдис преувеличивает насчет кристаллов. Может, их микроскопические осколки, попав в песок, действительно интенсивно кристаллизуются. Но при чем здесь разум? Обычная молекулярная решетка. Химический состав идентичен песку.

– Тогда я прав, сомневаясь в воздействии кристаллов на человека. Почему они заставляют людей покушаться на произведения живописи? Какой в этом смысл?

– Не торопись с выводами. Может, они чисто случайно воздействуют на подсознание, обостряют до невыносимости восприятие прекрасного? И вот мы, натренировавшись на кристаллах, видим перед собой мадонну. С каждым новым выстрелом по кристаллу ощущение усиливается, а получив от картины похожий робкий толчок, хочется довести его до максимума. Возник устойчивый рефлекс. Наслаждение прекрасным напрямую связалось с выстрелом.

– Марк, здорово он нам голову задурил. Он сейчас прикидывает варианты. Вдруг в пустыне мне, тебе, Марк, или Шпанку подвернется кристалл, который заставит нас выстрелить в женщину, в ребенка, в друга!

– Шпанк, давай запись на центральный экран. Бржичка, прокомментируйте, пожалуйста.

– Рядовой выход, один из первых группой... Сначала Тоомант наведался в пустыню, а потом соблазнил нас. Обрати внимание, Глинс, мы еще не азартны. Штурман показывает пример... Какой великолепный кристалл уничтожен им! Генрих, тебе не кажется подозрительным такой нимб?

– Хочешь взглянуть на кристалл в замедленном темпе?

– Повтори выстрел Валдиса. Внимание на экран... Смотрите, какой странный световой узор. Высокочастотная пульсация, интенсивно насыщенные вспышки!

– Допустим.

– Глинс, я думаю, кристаллы - это своеобразное оружие исчезнувшей цивилизации.

– Не пугай, Генрих.

– Да, мины психологического действия, оставленные для мести. Просто нам повезло, что они сделаны с расчетом не на наш мозг. Поэтому мы уничтожаем шедевры, а не себе подобных. Представляю, в какую мясорубку превратилась бы наша разведка. Пылающие Зонды, пикирующие Службы, взорванные Базы! Не здесь ли разгадка мертвых планет?

– Правильно, Генрих! Кристаллы явно настроены не по нам. Их действие мы поддерживали упорной, регулярной стрельбой. В отсутствие кристаллов их эффект ослабевает и может проявиться лишь случайно, например, в музее.

– Вы хотите сказать, что разведчиков вынудили к стрельбе сами гениальные картины? И в первую очередь были обречены лучшие произведения? Теперь понятны и редкость выстрелов, и выбор штурманом оптимальной точки. Если бы свидетель не ткнул его носом, ничего бы не случилось.

– Ненавижу! Всех ненавижу!
– Тоомант вскочил, стараясь дотянуться до экрана, по которому плыл замедленный колдовской нимб, но рухнул на пол.

– Побереги нервы, они тебе еще пригодятся в диагностике на Базе, - Шпанк помог Тооманту подняться и сесть в кресло.
– Вспомнилась одна древняя притча... Марк, не куксись, она короткая, да и Глинсу будет весьма полезно послушать... Однажды умирающий в пути скиталец набрел совершенно случайно на оплетенную бутыль. С хрипом пал на колени, выдернул зубами пробку, заглянул в толстое горлышко. Воды было на один глоток. Воспрянув, человек наклонил бутыль, подставил распухшие губы. Опьяненный живительной порцией, он упал на горячий песок, а когда припекло и сверху, и снизу, в отчаянии вскочил и снова - к бутыли. В ней булькнул очередной глоток. Так путник раз за разом утолил жажду да еще напился впрок и даже вымыл руки и лицо. Но не сидеть же всю жизнь в пустыне! Тем более что появился реальный шанс выжить. Человек решил взять бутыль с собой, но та была слишком тяжела. Он попробовал вкатить ее на бархан, но только выбился из сил. Тогда, подкрепившись напоследок парой глотков, скиталец поднял с раскаленного песка увесистый кирпич и разбил бутыль...

– Трепло! Откуда в пустыне кирпич?!
– Тоомант снова рванулся к экрану. Смотри, здесь лишь кристаллы!

На экране тягуче плыла серая, бескрайняя пустыня. Между черными кристаллами был виден четкий след ушедшего человека.

– Глинс, знаешь, почему Валдис так взвинчен, а Шпанк мелет ерунду? Не привыкли ребята к пустым кобурам, да и положение какое-то двусмысленное. У тебя одного "глюк". Давай договоримся: или ты относишь свой бластер в библиотеку, или возвращаешь наши.