Чтение онлайн

— Положи ее на кровать и отойди.

Джордж сделал это. Когда Дамас подошел и взял фотографию, чтобы посмотреть ее. Джордж позволил своему взгляду блуждать по Кэтрин, его сердце разбивалось от того, что он не мог пока ее освободить. Она дико задыхалась. Ее выражение недоверия пропало и заменилось на отчаяние. Укусив губу, она повернула голову и подавила рыдание. Ее золотые волосы упали на талию запутанными волнами и частично прикрыли ее тело. Она потянулась к манжетам, которые связывали ее, пытаясь хоть как-то ослабить свою хватку и попытаться освободиться.

— Я так понимаю, ты хочешь обменять кого-то конкретного на моего брата.

Джордж не мог говорить, его горло стянуло от ярости. Он кивнул на черно-белую фотографию, на которой был изображен пьяный Бамаль, раскинувшийся на гостиничной кровати, это был единственный способ удержать его от просеивания, а Джуд прислонялся к стене недалеко от него, а Уриэль находился с другой стороны. Джордж ждал, чтобы увидеть, насколько Дамас верит в древнее пророчество. Только истинные верующие сделают все возможное, чтобы не довести пророчество до исполнения. Если бы один принц демонов был уничтожен, пророчество могло бы не сбыться, и шансы Фламмы Тьмы на господство на земле заметно уменьшились бы.

— Что ты на нем используешь? Опиум?

— Абсент. Он находится в совершенно удовлетворенном состоянии, хотя понятия не имеет, где он и кто он в данный момент. — Джордж заставил свой взгляд остаться на Дамасе. — Если я не вернусь через час, Уриэль убьет его. И если я не вернусь с ней, Уриэль тоже убьет его.

Только Фламма с превосходной силой, как архангелы, имела власть полностью уничтожить, стереть их с лица земли и ада навсегда. Джордж хотел бы, чтобы у него была такая возможность прямо сейчас, но он знал, что если он навредит Дамасу, он и Кэтрин никогда не выйдут живыми.

Дамас издал отвратительный звук.

— Ты бы начал войну из-за женщины?

— Да. И даже глазом не моргну, — капелька стекла по его спине.

— Уриэль не убил бы принца без небесного разрешения, — насмешливо сказал он.

— Если ты в это веришь, то ты совсем не знаешь Уриэля. Он никогда не играл по правилам. Это и есть причина, по которой у нас есть армия охотников, преследующих таких грязных, гребаных собак, как ты.

Его голос был больше похож на рычание, чем на свойственное ему спокойствие. Он больше не мог себя сдерживать. Его руки тряслись и не от того, что в них лежал тяжелый меч, а от едва скрываемой ярости, которая все усиливалась внутри него.

— Отпусти ее. И мы отпустим его. — Он посмотрел на Кэтрин, которая была все еще пристегнута к стене, как животное.

— Откуда мне знать, что вы не обманите меня?

— Сейчас слуга Бамаля Доммиэль охраняет портал в тронной комнате Бамаля. Ты знаешь, что я не могу просто просеяться в ад. Доммиэль доставит к тебе Бамаля сразу же как только мы уйдем, он знает, где это место на фото, и он знает, что твой брат в безопасности.

— И ты думаешь, я тебе поверю? Твои слова не являются гарантией. Скорей всего вы убьете их обоих, как только вернетесь на землю.

— Нет, если я хочу, чтобы ты оставил меня в покое навсегда. Я не оставлю Кэтрин снова одну, пока она будет жить.

— Ах. — Он улыбнулся. — Понятно, — его взгляд снова вернулся к Кэтрин. Но она отвернулась от них обоих настолько, насколько могла.

Наконец, Дамас подошел к Кэтрин. Каждая мышца в теле Джорджа стала жесткой, плотной и готовой к удару. Дамас схватил ее за челюсть и наклонил лицо к нему. Ее болезненное выражение тоски, страданий и стыда пронесло как кинжал через грудь Джорджа, подкашивая его ноги.

— Это время было самым лучшим с тобой, — сказал ей Дамас. — Ты уверен, что хочешь, чтобы она вернулась, а Убийца? Я не уверен, что эта рана когда-нибудь заживет. — Дамас оглянулся на Джорджа, удерживая Кэтрин. — Я не верю, что она сможет когда-нибудь снова стать твоей.

Все внутри Джорджа словно пылало огнем. Он наконец понял, для чего все это было нужно. Но он не знал, как же сильно Джордж любил Кэтрин.

— Я буду представлять тот день, когда я все-таки тебя убью. А сейчас отдай ее мне.

Дамас сжал челюсть.

— У тебя есть одна минута, чтобы выйти из моего дома.

Он махнул рукой и ее манжеты исчезли. Вот ублюдок! Он использовал на ней свою сущность. Он сейчас это было не так важно, он кинулся к Кэтрин, которая рухнула на пол. Дамас же переступил через нее, как будто она была мусором.

— Кэтрин.

— Нет, — прошептала она, прижимаясь к полу. — Я не могу. Я отвратительна.

Сняв пальто, он обернул его вокруг ее тела, прежде чем поднять ее. Она была легкой и хрупкой, но было так приятно снова держать ее в своих руках. Она не сопротивлялась, хотя и пробормотала:

— Отпусти меня. Оставь меня здесь.

— Никогда.

Он спустился по лестнице и прошел через тронный зал Дамаса, перепрыгнув через портал в домен Бамаля. Доммиэль сидел на троне, его руки скрещены, а ноги были вытянуты. Он не сказал ни слова о голой женщине, прижимающейся к груди Джорджа, Доммиэль схватила за плечо Джорджа и просеял их обратно в отель Рузвельт на краю Французского квартала в Новом Орлеане.

Они появились в комнате, изображенной на фотографии, которую Джордж подарил Дамасу. Уриэль, не беспокоясь о том, чтобы бросить иллюзию на свои белые крылья с золотыми наконечниками, повернулся от окна с видом на город. Джуд не сдвинулся со своего положения на диване, локти на коленях, зажатые руки.

— Отпусти Бамала. Поместите его куда-нибудь, где его смогут найти его лакеи, — сказал Джордж Уриэлю, прежде чем обратиться к Джуду.

— Новый Орлеан теперь является территорией Доммиэля. И это твое новое назначение. Александр возьмет на себя Лондон.

Джорджу не нужно было уточнять, что Джуд теперь будет хранителем Доммиэля, гарантируя, что верховный демон и его приспешники не пересекут черту. Джуд также не протестовал против перераспределения из Англии. Он встал и глубоко кивнул. Уриэль прошел через комнату без слов и схватил Бамала, а затем исчез с резким потрескиванием энергии. Джордж взглянул на своего дорогого друга, который пережил всевозможные адские препятствия, чтобы помочь ему вернуть женщину в его руках. Его благодарность застряла в его горле. Но он знал, что они поймут, что для него сейчас самое важное. Джордж кивнул своему другу и исчез, просеиваясь через пустоту, он крепче прижал ее к себе, так как боялся снова ее потерять.

Он приземлился на твердую землю, на передней лужайке Торнтона, дом темный, но для него осталось несколько огней. Кэтрин не подняла голову с тех пор, как он еще сильнее обнял ее, но он чувствовал ее неглубокое дыхание на своей шее. Он прошел мимо комнат и вошел в свой дом, просеяв их в спальню. За исключением добавления электрического освещения и ванной комнате с надлежащей сантехникой, он ничего не изменил. Он хранил постельные принадлежности, обои и всю мебель такими, какими они были. Ее багаж все еще оставался в большом шкафу. Ее платья все еще висели там, хотя она больше не могла их носить, не привлекая внимания. Не в этом столетии.