Чтение онлайн

— Вообще ничего. Только я удивлен. Мало кто из мужчин решился бы принять такой вызов.

— Немногие мужчины были похожи на моего отца.

— Были…? Его больше нет с нами? — мягко спросил он.

Кэтрин покачала головой.

— Мне очень жаль.

— Спасибо. Но теперь все в порядке. — Хотя это, конечно, было не так. Ничего не было в порядке с тех пор, как ее отец покинул эту землю.

— А как насчет путешествий? — спросил он с легкостью. — Ты сказала, что тебе нравится видеть новые места. Где ты была в последнее время?

— Боюсь, в последнее время нигде.

— О?

— Мой… — она сделала паузу, испытывая отвращение к тому, чтобы называть этого мужчину своим мужем даже в разговоре. Особенно в разговоре с лордом Торнтоном. — Лорд Блейкли предпочитает, чтобы мы оставались здесь. Я не путешествовала с тех пор, как мой отец заболел почти три года назад.

— Как ужасно для тебя.

Он положил свою руку поверх ее на сгибе локтя, его пальцы тяжело легли поверх ее собственных. Ее сердце снова бешено заколотилось, и она пожалела, что не может попросить его еще раз прогуляться с ней по Гайд-парку. Но сплетники всегда наблюдали, ожидая, когда кто-нибудь выйдет за рамки дозволенного. Она сжала пальцы и сжала его чуть крепче. Он заметил. Его взгляд упал на нее. Она впервые искренне улыбнулась ему, ценя его компанию больше, чем он мог себе представить. Она так давно не вспоминала о тех счастливых днях, проведенных с отцом. И лорд Торнтон, с его неожиданным вопросом, вызвал больше искренней радости, чем она испытывала за последнее время.

— Есть еще кое-что, что делает меня счастливой, лорд Торнтон.

— Что это, леди Кэтрин?

— Воспоминания о моем отце.

К этому времени они уже подошли к экипажу, и мистер Делакруа помог Джейн и ее горничной сесть в экипаж. Кэтрин повернулась к лорду Торнтону, опасаясь, что ее эмоции отразятся на лице. Ей нравилось разговаривать с ним гораздо больше, чем следовало бы. Он помог ей подняться в экипаж, держа ее за руку до последнего возможного момента.

— Благодарю вас, лорд Торнтон.

Она не благодарила его за помощь в посадке в экипаж. И он знал это. Он улыбнулся улыбкой, которая согрела ее изнутри и снаружи.

— Всегда пожалуйста, леди Кэтрин. В любое время я могу быть вам полезен.

Они отошли в сторону, и кучер толкнул экипаж вперед, в переулок. Джейн ухмыльнулась, как дьявол, со своего места прямо напротив, качая головой.

— Я не хочу слышать ни слова, — сказала Кэтрин, прекратив поддразнивание до того, как оно могло начаться.

— О, конечно, конечно. — Джейн настороженно взглянула на свою горничную, не желая делиться при ней никакими секретами, чтобы горничная не призналась в них матери Джейн.

Кэтрин

Кэтрин вошла в прихожую, одетая в идеально облегающее платье из мерцающего шелка цвета шампанского. Клайд стоял со шляпой в одной руке и этой отвратительной тростью в виде львиной головы в другой, окидывая ее тело хищным взглядом. Она вздрогнула. К счастью, он некоторое время избегал ее спальни, но она знала, что ее передышка скоро закончится.

— Как раз вовремя, дорогая. Должны ли мы…

Она пронеслась мимо Эдмунда, который придержал открытую дверь, и спустилась к экипажу, где Питер помог ей сесть.

— В Ковент-Гарден, Питер.

Ее муж вошел в экипаж и сел напротив нее, ухмыляясь. Решив проигнорировать его высокомерное проявление мужественности, она уставилась в окно, вспоминая солнечную прогулку в парке и своего благородного спутника ранее в тот день.

— В чем дело, дорогая Кэтрин? Ты все еще не злишься, не так ли?

— С чего бы мне злиться? — спросила она скучающим тоном.

— Судомойка.

Она могла бы взять его собственную трость и избить его ею за то, что он вернул этот образ ей в голову. У нее был такой чудесный день. Она закрыла глаза на целых две секунды, затем пристально посмотрела на него, желая, чтобы гнев в ее груди перестал гореть. Его ухмылка стала шире. Он наслаждался ее гневом, той самой причиной, по которой она так упорно боролась, чтобы держать его под контролем.

— Не расстраивайся, дорогая. Моя привязанность к тебе не уменьшилась.

— Возможно, но моя к тебе, да. — Она пожалела, что открыла рот, но как только открыла, не смогла сдержать слова. — До тех пор, пока ты развлекаешь кого-то другого в своей… постели, — хотя никакой его постели не было, — ты можешь быть уверен, что не будешь делить мою со мной.

— Это правда?

Его голос был полон льда. Возможно, она зашла слишком далеко. Была одна вещь, которую Клайд ценил превыше всего, даже своей гордости, — его имущество.

— Возможно, ты не совсем понимаешь, как устроен брак. Видишь ли, теперь ты принадлежишь мне. И твоя кровать тоже.

Карета подкатила к остановке. Они прибыли в оперный театр. Кэтрин наклонилась вперед, чтобы сама открыть дверцу кареты, желая поскорее скрыться от его присутствия. Он крепко схватил ее за предплечье.

— Отпусти. — Она попыталась вырваться. — Ты делаешь мне больно.

Он сжал сильнее.

— Помни, что я сказал, моя дорогая.

Она перестала сопротивляться, встретив его грозный взгляд со спокойствием и решимостью.

— Я слышала вас, лорд Блейкли. А теперь освободи мою руку, пока ты не оставил отметину, и тебе не пришлось объяснять мои синяки своим дружкам-джентльменам.

Дверь распахнулась, но Кэтрин присела у входа, все еще удерживаемая мужем, в то время как Питер стоял там и ждал.

— Леди Кэтрин?

Клайд отпустил ее, и она с огромной скоростью спустилась вниз, споткнувшись о подол платья, когда приземлилась на тротуар. Питер помог ей удержать равновесие, прежде чем она упала.

— С вами все в порядке, леди Кэтрин?

— Прекрасно, Питер. Спасибо тебе.

Она отошла на несколько шагов, страстно желая убежать быстро и далеко. Но Клайд только поймает ее, а потом накажет за то, что она доставила ему неудобства. Он бочком подошел к ней, предлагая руку, размахивая тростью в противоположной руке. Кэтрин уставилась на медную голову льва наверху, ненавидя этот предмет так же сильно, как и его владельца. Клайду не нужна была трость, но он воображал себя модником. Он думал, что эта проклятая штука добавляет ему власти и престижа. Какой дурак.

Элегантная знать поднималась по каменным ступеням Королевского оперного театра. Женщины заполнили зал множеством шелков насыщенных цветов: темно-малинового, темно-сапфирового и изумрудно-зеленого, их сверкающие драгоценности украшали изящные шеи и тонкие запястья. Мужчины контрастировали с яркими оттенками в черных вечерних смокингах. Кэтрин и ее муж поднялись по лестнице к своей ложе.

— Добрый вечер, лорд Блейкли, леди Кэтрин.

— Спасибо, леди Хелен, — сказал Клайд, своим гладким, как шелк, голосом, — А где лорд Уэзерсби?