Чтение онлайн

– Вот это и есть наши новые союзники!
– услышал Сашок голос Майора.
– Мы называем их - Белые драконы. Они и Соловей помогут нам в нашей борьбе. Их создали...

Майор все вещал и вещал, рассказывая о драконах. Бойцы очень внимательно его слушали, боясь даже пошевелиться. А Сашок уже ни на кого не обращал внимания - он лишь с упоением, улыбаясь во весь рот, наблюдал за самым грациозным и красивым существом в мире, за белым миленьким дракончиком, шедшем четвертым в строю.

– Шурик!
– решил он.
– Я буду звать тебя Шурик! Будем с тобой почти тезками... А что? Очень даже солидно...

– Ну ты мастер спать, Джонни. Это же надо сорок часов проспал. Как самочувствие?
– Лоббитс сидел в кают-компании, которую превратил в свой кабинет.

– Отвратительно, - ответил Джон, проходя внутрь и тут же уваливаясь на мягкий уголок.
– Как будто всю ночь по мне ездило звено танков и давило, и давило... все тело просто разламывается, голова раскалывается, кажется меня рвало пока я спал...

– Дааа, было дело, - отстранено ответил профессор, снова погружаясь в свои дела.
– Я все убрал. Похоже у тебя токсикоз от обильного использования виктория - думаю, ты постепенно с этим свыкнешься и таких проблем не будет.

– Ага, - возразил Джон, - и этого не будет?!
– показал он на огромные синяки по всему телу и в особенности на лице.

– Ой, да ладно - шрамы украшают мужчин.

От этих слов Джон на автомате потянулся к шраму на лице.

– Я уже достаточно красив...
– тихо пробубнил он себе под нос.

– Вы разобрались, что с транспортом?

– Да, конечно, я же не спал так много, в отличие от некоторых. Итак, у нас на буксире отдельный самостоятельный модуль корабля типа КТ. Похоже, его кто-то сбросил, как лишний груз. На нем шесть тысяч сто семнадцать человеческих тел в возрасте от двадцати до пятидесяти шести лет, из них больше восьмидесяти процентов мужского пола. Почти у всех крайне критические повреждения - лишь у трех процентов средней тяжести.

– Понятно, а что с кораблем? Удалось починить?

– Этим я пока даже не занимался, - отмахнулся профессор.
– Нам все равно лучше отойти подальше от Спектра, а то нас заметят. В общем, мы, на самой малой мощности, удаляемся от места твоих приключений. Потом подробнее расскажешь мне, что там произошло.

– Хорошо...
– устало ответил Джон, устраиваясь поудобнее.
– Профессор, - продолжил он после паузы.
– А я же познакомился с этим самым... Князем Игорем... ничего такой мужик, - руки сами потянулись к лицу и нащупали, все еще ноющие, синяки.

– Конечно ничего... бандюган бандюгана видит издалека. Ты там за это время еще по фене не начал базарить?
– не отрываясь от своих дел пробубнил Лоббитс.

– Чего???
– недоуменно переспросил Джон и, не дожидаясь ответа, продолжил.
– Он отпустил меня, как только узнал, что я хочу помочь раненым. Понимаете, профессор, они там все еще остались людьми - все эти передряги не сломили их дух, они все еще помнят свои корни. Он очень напомнил мне Сторака, вот бы сейчас с ним пообщаться - он бы точно подсказал что делать дальше.

– Люди - это люди, - задумчиво ответил Лоббитс.
– Они всегда были и плохие, и хорошие. Всегда находились предатели и люди слова. И всегда нас сплачивала общая беда... Да, не сразу... Да появлялись мародеры и желающие наживаться на чужом горе, но сполна хлебнув горя, человечество объединялось и выдерживало все передряги. Так будет и в этот раз - я ни капли не сомневаюсь - надо только очень постараться... даже очень-очень-очень - все-таки с такой угрозой мы еще не сталкивались... А что делать дальше???... тут Сторак не нужен. Я могу тебе точно сказать, чем мы будем заниматься следующие несколько месяцев - работы у нас валом.

– А чем вы сейчас заняты?

– Изучаю характер повреждения раненых. Всех я один точно не смогу даже попробовать спасти, и чтоб продлить работу холодильных установок я хочу отключить часть камер с самыми безнадежными ранеными.

– Отключить?!
– встрепенулся Джон.
– Но они же сразу погибнут. Вы убьете их!

– Именно так. Зато у меня будет больше времени спасти остальных.

– Но мы должны дать шанс каждому...

– Сынок, - перебил его Лоббитс.
– Тебя одного я оперировал несколько недель только чтоб спасти жизнь... потом еще месяцы реабилитации. Я один физически не успею справится с шестью тысячами менее чем за год.

– Вы не один, я вам помогу. Мы справимся - давайте хоть попытаемся... пожалуйста, профессор.

– Хорошо, - сдался Лоббитс.
– Давай попробуем на одном человеке, увидим сколько это займет времени и тогда решим.

– Давайте, - тут же с готовностью подтвердил Джон и попытался быстро встать, но чуть не упал от навалившейся усталости.

– Тогда иди еще отдохни, я запускаю процесс разморозки у самого стабильного пациента. Часов через двадцать он будет готов. Иди поспи это время, тогда ты мне хотя бы не будешь мешать.

Джон послушно развернулся и побрел в свою каюту, где моментально уснул и проснулся только через несколько часов от грубых толчков профессора.

– Вставай, некогда спать. Жду тебя в операционной, я начинаю.

Когда удалось все же разомкнуть глаза, профессор уже ушел. Просыпаться оказалось очень тяжело, зато поднявшись Джон понял, что силы почти восстановились. Быстро одевшись, он пошел в операционную, где его наставник уже разрезал первого пациента.

На операционном столе лежал мужчина лет тридцати пяти. Все тело его было бледным, а глаза закрыты. В области живота профессор сделал большой разрез и сейчас ковырялся во внутренностях.

– Я уже извлек осколок, - сказал он Джону.
– Тут повреждены некоторые органы. Если бы у нас была нормальная операционная с запасом крови и всем остальным, я бы смог восстановить его и без виктория. Но у нас ничего нет, так что вживляем материал.

Джон подошел ближе и увидел, как профессор подносит тоненькие, толщиной с волос, стержни виктория к органам пациента и тот начинает заполнять их поврежденные части собой. Сначала было ничего не понятно, но потом Джон увидел закономерность и почувствовал викторий - как тот стремится самостоятельно встать в нужные места головоломки. Он делал это с филигранной точностью, но очень медленно.