Глядя на падающий снег
Шрифт:
– Давай наверх, – прошептал Витя, после того как сомнительный гражданин шагнул в их сторону.
Пути к отступлению не было. Единственным спасением оказалась лестница. (Может, человек в сером и не найдёт их на верхних этажах.) Ребята что есть духу понеслись вперёд, но, достигнув второго этажа, вдруг остановились. Перед ними стояла та самая девочка, которую они собирались искать после уроков.
– Скорее сюда! – девочка стояла возле открытой двери и звала их.
Не раздумывая, друзья заскочили внутрь. Дверь закрылась, и мальчики почувствовали себя в безопасности. Наконец можно было перевести дух и оглядеться.
– Дядюшка, – позвала девочка, – у нас гости.
– А, гости! – ответил выглянувший из кухни тот самый пожилой мужчина, которого они видели ранее. – Ступайте руки мыть. Сейчас обедать будем.
– Да мы, собственно… – замялись мальчики, снимая куртки.
– А это не обсуждается, – улыбнулась девочка, тихонько подтолкнув их в сторону ванной.
– Ну теперь можно и отобедать. Проходите.
Девочка распахнула перед друзьями двери в комнату, и ребята ахнули. Они словно попали в сказку. По крайней мере, это не была комната в привычном её понимании. Вместо мебели повсюду росли сосны и распускались цветы. Птицы, белки, зайцы, лисы – все они существовали вместе в обычной городской квартире! А когда девочка протянула руку, из-за росшего рядом куста малины показался ежик.
– Иди, Шишик, иди, не бойся.
Миша и Витя стояли посреди этого сказочного великолепия разинув рот. Такого они в своей жизни ещё не видели! Уж не сон ли это?
– Садитесь обедать. Самоварчик уже закипел, – сказал тот, кого девочка называла дядечкой.
Вмиг, откуда ни возьмись, появились стол и стулья. Девочка расстелила скатерть, а дядечка взгромоздил на него пузатый самовар с вкусными, ещё горячими, блинами.
– Ну, угощайтесь! – предложила новая знакомая, разливая ароматный чай.
Почувствовав нежный, цветочный, приятно щекотавший кончик носа аромат душистого напитка, друзья ощутили, как сильно проголодались. Они не стали ждать повторного приглашения, а, уютно устроившись за столом, принялись с аппетитом уплетать румяные блины.
– Как вкусно, – поблагодарил Мишка, обмакивая блин в сметану.
Тот, кого девочка называла дядечкой, улыбнулся:
– На здоровьице. – И добавил, обращаясь к девочке: – Василисушка, шёл я давеча домой, гляжу, опять Володарь под окнами ходит. Всё нас выискивает, а вороны-то к нему со всех сторон слетаются. Чуют, пернатые, силу чёрную.
– Не робей, дядюшка, не отыскать ему нас.
– Так вы… Ты… Василиса? – спросил Миша. – Которая из сказки? – предположил мальчик, осматривая обстановку вокруг себя.
– Она самая, а что, не похожа?
– Да нет, просто… – Мишка замялся.
– Кстати, а откуда у вас серебряное зеркальце Бабы Яги? – спросила Василиса, наливая мальчикам чай.
Ребята ахнули:
– Так она всамделишная Баба Яга?
– Она самая, что ни на есть, – дядюшка отхлебнул чай из блюдца и зажмурил глаза от удовольствия, – соседка моя. Скучает, поди, одна. Повздорили мы с ней… опосля мы с Василисой сюда, к вам, перебрались, а она дома, в лесу, осталась…
Пока дядюшка говорил, к столу подлетели птицы и, усевшись к нему на плечо, принялась клевать крошки с протянутой руки.
– А… – попытался спросить Витя.
– Леший, – произнёс дядюшка. – Алексей Аркадьевич Лешаков, по-вашему.
Алексей Аркадьевич пожал руку сначала Мишке, потом Витьке. При этом с его одеждой стали происходить удивительные метаморфозы. Сначала на рукавах выросли грибы, а потом появились и ягоды земляники. Дядечка сорвал несколько ягод и протянул Шишику.
– А… мы, – Витя всё ещё не мог прийти в себя от увиденного. (И то правда, как часто можно увидеть живого лешего в городской квартире?) – А мы Витя и Миша.
– Ну вот и познакомились, – улыбнулась Василиса. – А теперь рассказывайте, откуда у вас это зеркальце.
Мишка рассказал всё без утайки: и как встретил Бабу Ягу, и как она ему зеркальце передала, и как велела отыскать Василису.
– Да, – задумался Леший, – соседка просто так волноваться не будет. Видно, совсем плохи дела в Белогории. Василиса, – обратился он к девочке, – пора возвращаться. Закончился отпуск-то наш.
Василиса задумалась. Как спасти Белогорию от злого колдуна Тайбара? Ведь силища-то у него огромная. От страха перед ней многие к Тайбару служить пошли. Как совладать с такой мощью?
– Подожди, дядюшка, – произнесла Василиса. – Нам с тобой одним с Тайбаром не справиться. Тут хитрость нужна. Вы, ребята, домой ступайте, а я думать буду. Дядюшка, проводи их да укрой от Володаря. Нечего ему за ними подглядывать.
– А Володарь – это кто? – спросил Витька у Алексея Аркадьевича, когда они втроём выходили из квартиры.
– Володарь – это серый… Волк… Только здесь, в мире людей, он ликом на человека похож становится. Нас он с Василисой ищет. – Лешаков открыл двери и показал на огромную стаю, кружившую в небе. – Видите, сколько ворон вокруг. Знать, серый на чёрную сторону перешёл и Тайбару служить стал. Ну, вы дальше сами ступайте. – Алексей Аркадьевич поежился от холода и продолжил: – Холодно нынче, боюсь насморк заработать. Да не бойтесь, не увидит он вас. – Дядюшка щёлкнул пальцами и помахал рукой: – Ну, ступайте.
Мишка и Витька побежали по домам. Серый Володарь даже не глянул в их сторону, видно, и вправду не учуял.
Глава 4
Василиса хоть и была годами мала ещё, но не зря звалась Премудрою. Она достала из своего резного ларца заветную книгу и начала читать да вычитывать, как одолеть Тайбара.
«Сила Тайбара, – говорилось в книге, – была в хитрости. Умел он так запутать честной люд, что те сами шли к нему на службу. И никто в целом мире не мог противиться ему, потому что боялись его хитрости и коварства. Обманом завладел он волшебным камнем Турманом, затем убил всех волшебников, которых знал, после чего их колдовская сила к нему перешла. Так он стал самым могущественным колдуном во всём мире, – читала дальше Василиса, – упрятал Тайбар в камень Турман свою смерть, наложил заклятие и на веки вечные укрыл от людских глаз. И нет теперь в мире колдуна страшнее да коварнее, чем Тайбар».
– Да, – вздохнула Василиса, – с таким непросто совладать будет.
Задумавшись, она выглянула в окно. Небо заволокло чёрными тучами, а ворон, кружащих над домами, казалось, становилось всё больше и больше.
– Крепчает сила Тайбара, – сказала она, подошедшему к ней дядюшке. – Зло и в этот мир пробраться хочет.
– Крепчает, Василисушка, – согласился Алексей Аркадьевич, – и Володарь по двору рыщет. Не потерял, видно, свой волчий нюх. Я ребят тенью прикрыл, он их не заметит, но чую, ненадолго это. Слабеет моя сила в мире людей. Как бы он и нас не отыскал вскоре.