Глюконавты
Шрифт:
— Да вон за тем самым камнем, за которым присел нужду справить. Смотрю, блестит что-то под ногами я хвать… а это кольцо золотое.
— Ты его уже надевал?
— Что я дурак совсем? Нет, конечно. Мало ли… вдруг то самое…
— Что-то сильно сомневаюсь… — скептически скривился Вадик. — А ну дай-ка я его подробней рассмотрю. — Так… эльфийских рун на нём нет как и надписей на чёрном наречии… стоп… а это что такое… а ну-ка ну-ка…
Поднеся кольцо поближе к носу Вадик сощурился как следует присмотревшись.
— Есть надпись!
— И что же там? — с нетерпением воскликнул Муха.
— Мэйд ин чайна! — разочаровано прочитал Вадик.
— Бля… — печально выдал Муха. — Я так и знал.
— Но ты всё равно его храни… какой никакой, а сувенир! — и Вадик вернул золотое кольцо другу.
— Ну что насекретничались там уже, красны девицы? — недовольно спросил ждущий всё это время в сторонке гном. — Можно наш славный путь дальше продолжить?
— Кстати… — Муха весело посмотрел на гнома, незаметно пряча колечко во внутренний карман камзола. — А как тебя зовут-то, уважаемый?
— Бонч-Бруевич, — коротко ответил гном.
— Как? — друзья переглянулись. — Как ты сказал?
— Как-как? — зло рявкнул гном. — Как родители назвали, так и зовут. Бонч-Бруевич я из самоцветных горных приисков Дирзаддумма. Кончайте пустой трёп, нужно выбираться из подземелья, а то я тут с вами в этой сырости ещё радикулит с геморроем заработаю…
Когда они, наконец, вышли из подземных пещер, настало утро. Не теряя времени, гном сразу же повёл Вадика с Мухой окольными путями в монастырь Шаолинь, где друзей должны были постричь в монахи.
— А это будет не очень больно? — спросил Вадик, которому было жаль своей роскошной шевелюры.
— Но ведь тебе же не скальп снимать будут, а лишь ритуально обреют голову, — резонно возразил гном.
Окончательно рассвело. Вокруг простиралась, покрытая росою буйная фэнтезийная зелень. Пели какие-то яркие птички, порхали гигантские бабочки и о плохом думать в такое прекрасное утро совсем уж не хотелось.
К монастырю вышли довольно неожиданно. В какой-то момент гном просто раздвинул густые высокие кусты, и друзья увидели в низине у синей живописной речки необычное разноцветное строение.
— Э, ты куда это нас привел? — Муха подозрительно посмотрел на гнома. — Это что, павильон Диснейленда?
Гном фыркнул:
— Это не Диснейленд, а знаменитый монастырь Шаолинь. Здесь вас обреют в монахи, после чего вы сможете отправиться в героический поход за ужасным драконом.
— А может быть, как-то можно обойтись без этого? — с надеждой спросил Вадик.
— Нет, — отрезал гном. — Другого варианта для вас нет. Выбирайте: или казнь на гильотине или бритьё голов под ноль?
Вадик тягостно вздохнул:
— Прощай любимый хаер.
— Тогда вперёд! — скомандовал гном. — Настоятель этого монастыря Хон Гиль Донг мой давний приятель.
Миновав прекрасный сад камней, они спустились к речке, где их встретили двое монахов в жёлтых халатах-кимоно.
— Ух ты, ниндзя! — восхитился Муха. — Рю Хаябуса мой кумир. Рубился ещё на третьей плейстейшен.
Монахи недоумённо посмотрели на гнома. Гном покачал головой, после чего выразительно покрутил пальцем у виска. Монахи, зацокав языками, понятливо закивали. Муха хотел было показать им знаменитую комбинацию из оставленного вверх среднего пальца, но вовремя передумал.
— Передайте настоятелю Хон Гиль Донгу, — торжественно сказал гном. — Что я привёл вам двух тупых овец, неосмотрительно отбившихся от единого стада с великого пути Дао Дэ Цзин, но одумавшихся и вновь возжелавших познать великую сущность бренного миротворения.
Поклонившись, монахи удалились обратно в храм.
— А у них тут гейши есть? — спросил Муха. — Развлекаются эти скинхеды как?
Гном укоризненно погрозил Мухе пальцем:
— Какие ещё гейши в мужском монастыре? Рикша гейше не товарищ! Думай что несёшь, тем более женщины, после бритья голов, монахов уже не интересуют.
— Смотрел я как-то по видику одну оскароносную китайскую драму, — задумчиво проговорил Вадик. — Название того фильма вот уже точно не вспомню. Но сюжет там был забористый… Папа рикша, мама гейша, а сын Мойша.
— Не помнишь названия? — удивился Бонч-Бруевич, доставая из кармана смартфон. — Сейчас погуглим…
— Видал? — Муха пихнул друга локтём в бок. — У недомерка Samsung Galaxy S23 Ultra!
— А неплохо в этом их фэнтези королевстве они живут…. — завистливо проговорил Вадик.
— Нашёл! — ликующе провозгласил гном, подняв над головой свой смартфон. — Только этот фильм не китайский… «Не шутите с Зоханом» называется!
— Зохан Двир, крутой чувак! — подтвердил Вадик. — Но, кажется, тот фильм был не о нём…
Вернулись монахи и, поклонившись гному, сообщили, что настоятель Хон Гиль Донг уже ждёт их у себя в северном крыле храма в палатах «Неиссякаемой Мудрости».
Настоятель Хон Гиль Донг медитировал в позе раздавленного копытом лани белого лотоса и, судя по одухотворённому выражению лица, собирался с минуты на минуту вознестись прямо в Нирвану, дабы пообщаться там с великим Гаутамой Буддой, а может даже с самим Куртом Кобейном чей портрет висел на почетном месте на стене за спиной медитирующего монаха.
Тем не менее, присутствие посторонних в своей келье Хон Гиль Донг почувствовал безошибочно и, разомкнув веки, улыбнулся, словно плескающийся в тёплой ванночке невинный младенец.
— Проходите, братья мои, садитесь, — мягким, приятным голосом сказал настоятель. — Кто же из вас, сбившаяся с пути овца?
— Ну, конечно же, не я, — взметнул кустистые брови гном. — Донг, ты меня удивляешь.
— Извини друг, — чуть наклонив голову, настоятель дотронулся правой рукой до груди, переведя взгляд на Вадика с Мухой.
— Вы католики? — быстро спросил он, казалось, сканируя друзей полным неиссякаемой мудрости пронзительным взглядом.
Парни поёжились:
— Нет, мы металлисты.
— Хм, — Хон Гиль Донг задумчиво погладил подбородок. — Такая религия мне неизвестна, но окончание слова весьма похоже на «буддист». Что ж, вы нам подходите. Отхожие места расположены на заднем дворе монастыря, чистить их следует два раза в день, утром и вечером. Плата — еда и жильё.
— Хон Гиль Донг, — нахмурился гном. — Ты не понял, я хочу, чтобы эти молодые люди стали монахами.