Чтение онлайн

— Не стану обманывать вас, мастер меча. Если бы вы сбежали, Нандалее последовала бы за вами. Но она мне нужна. Совсем скоро она отправится для меня в Нангог и сделает то, из-за чего как девантары, так и большая часть моих братьев станут для нее непримиримыми врагами.

— А если я решу сбежать отсюда вместе с Нандалее?

— Ваше бегство очень рассердит меня.

На этот раз Гонвалон прочувствовал эмоции Темного. Это была холодная, хорошо сдерживаемая ярость. Дыхание Ночи приказал бы искать их. А как уйти от дракона, способного читать мысли, и его видящих, которые читают для него будущее?

— Вижу, вы задаете себе правильные вопросы. Мы заключим союз разума, мастер меча, который может принести пользу нам обоим. Могу ли я положиться на то, что вы не сбежите, а верно останетесь рядом с Нандалее?

— Я должен понять еще кое-что, прежде чем дам вам слово. Вы сказали, что нас ждут большие опасности. Значит, Нандалее нужен защитник. Она для меня важнее жизни, я готов ради нее на все, но, если я правильно понял, это делает меня слабее, поскольку раз мне есть что терять, значит, я стану сражаться менее решительно. Почему тогда я — это лучший выбор, если речь идет о том, чтобы защитить ее?

— Разве это не очевидно? Если ей будет что-то угрожать, вы будете сражаться изо всех сил. Но если речь пойдет исключительно о вас, вы проявите слабость. Вы не захотите утратить счастье, которого вкусили. Существует будущее, в котором я захочу вашей смерти, мастер Гонвалон. И если случится так, что я пошлю к вам Нодона, то захочу, чтобы он победил вас.

Дыхание Ночи размышлял о своем разговоре с Гонвалоном. Мастер меча оказался упрямее, чем он ожидал. Он знал, что эльф размышляет о том, как обойти его, чтобы бежать вместе с Нандалее. Этот новый дух противоречия среди драконников нужно искоренять. Может быть, стоит убить нескольких драконников? Он представил себе, как Гонвалон отчаянно пытается защититься мечом. Как он в образе дракона гонит его от себя и наконец впивается когтями в это хрупкое тело. При мысли о теплой крови во рту у Темного собралась слюна. Слишком давно он не ходил на охоту! И сейчас нет времени на такие развлечения. Нужно поговорить с братьями по гнезду о драконниках. Нападение на Глубокий город потрясло моральный дух эльфов. Впервые в жизни драконники начали ставить под сомнение решения небесных змеев. Таково было логичное следствие из такой безудержной оргии мести. До сих пор драконники чувствовали себя хранителями справедливости. Теперь это чувство утрачено навеки. Впрочем, горевать о прошлом бессмысленно. Нужно найти способ снова превратить своих убийц в инструмент, которым они были на протяжении многих веков. Может быть, стоит послать тех, в ком жив дух мятежа, на миссию, из которой они, возможно, не вернутся. Это может оказаться разумнее, чем растерзать их у всех на глазах.

Что бы они ни сделали, поступок должен быть взвешенным. Если драконники поймут, что происходит, они могут полностью отвернуться от небесных змеев. Не то чтобы они представляли собой угрозу для правления небесных змеев. Просто они слишком полезны, чтобы столь легкомысленно выводить их из игры. И если он сможет доказать, какой вред нанесен необдуманным нападением на Глубокий город, это пошатнет позицию Золотого, который в последнее время из кожи вон лезет, чтобы занять главенствующее положение в совете.

Дыхание Ночи вытянулся на тронном камне глубоко под своей пирамидой. Он принял облик дракона. Эльфийское тело было ему неприятно. Тот облик был уступкой Гонвалону. Он знал, как сильно дети альвов мучаются, когда небесные змеи разговаривают с ними на языке мыслей. Каждую эмоцию они чувствовали намного сильнее. Добрая мысль повергала их в эйфорию, гнев же, напротив, давал ощущение сгорания изнутри. Теперь, на своем троне, он был свободен от каких бы то ни было уступок. Он воспользуется Гонвалоном для своих целей. На короткое время…

Разговор с эльфом рассердил его до глубины души. Нужно подумать над этим, понять собственные эмоции. Поэтому он отослал газал. Их постоянное бормотание в состоянии транса слишком сильно отвлекало его. Нужно было принять решения наедине.

То, что Золотой зачал с Нандалее ребенка, казалось ему чуждым. Никогда прежде небесный змей не спаривался с эльфийкой. Если она действительно понесла, какое существо она родит? Во всех пророчествах газалы никогда не говорили об облике ребенка. Как обычно, они оставались многозначительны.

Двух детей родит она однажды. Одно — дитя темной страсти, другое — дитя холодного сердца. Это предрекла Фирац только вчера. Одно из них протянет руку к трону Альвенмарка. Будет ли дитя темной страсти отпрыском Золотого? Не обязан ли он восстановить равновесие? Знает ли его Золотой брат что-то о будущем, что пока неведомо ему? Может быть, поэтому он зачал ребенка?

В Гонвалоне не проявлялись необходимые для правителя качества. Сколь необыкновенно ни было его искусство мечника, завоевателем он не был. Он ничего не брал себе. Похоже, власть ничего для него не значит. Может быть, самоотверженность и благородная черта характера, но с учетом интриг, которые могут возникать при королевском дворе, подобное качество сведет правителя в могилу. Если второй ребенок Нандалее будет как Гонвалон, он никогда не будет стремиться к короне. И в таком случае его брату по гнезду необходимо решить уже теперь, кто в будущем будет править Альвенмарком.

Когти Дыхания Ночи скользнули по скале, под которой покоилось сердце Нангог. Он просто не мог сдаться. Он обманет Нандалее, так же, как это сделал его брат. Второй ребенок должен быть его! И в этом ему будет на руку особое свойство эльфийских женщин. День, когда они зачинали ребенка, не обязательно становился первым днем беременности. В тревожные времена оплодотворенная яйцеклетка находилась в состоянии покоя и начинала созревать только тогда, когда эльфийка вела размеренную жизнь и шансы спокойно пережить беременность были выше. Значит, достаточно снова отправить Нандалее на миссию, и тогда ее беременность отложится.

Он сделает это как Золотой, явившись к Нандалее в облике Гонвалона. После этого Гонвалон должен будет умереть, чтобы он мог быть уверен в том, что тот никогда не скажет, что с этой ночью любви тоже что-то не так.

Дыхание Ночи смотрел на свое отражение в воде, покрывавшей пол огромной пещеры. Ему не нравилась идея обмануть Нандалее. Вспоминалось время, проведенное вместе. Он испытывал к ней сильное чувство. Ему хотелось больше не обманывать ее. Но захочет ли она зачать ребенка С ним? Вряд ли. По крайней мере, пока жив Гонвалон.

Он был голоден. Нет, жаждал крови. Нужно позвать одну из газал. Одну из менее одаренных. Охотиться времени нет.

Священнослужительницы действительно оставили ее в покое. Шайя обвела взглядом большой сад, принадлежавший Дому Неба. Каждый день она приходила в беседку за своим домом и проводила целые часы за разглядыванием высаженных террасами садов и гор. Она заключила мир сама с собой и решила, что хочет сделать. Она не знала, когда ее отвезут в город храмов Изатами, но понимала, что уже совсем скоро. Ночи были коротки, до дня летнего солнцестояния оставалось совсем немного.

Она не знала, что произойдет с ней ночью на зиккурате. Она вынесет все, что он с ней сделает, но она никогда не забеременеет от него. Девушка понимала, что это означает. Но она предпочитала умереть, чем провести жизнь в плену. Надежду на то, что Аарон освободит ее, она оставила. Он не мог сделать этого. Они оба оказались впутаны в борьбу за власть между девантарами. К этому убеждению она пришла за долгие часы одиночества, проведенные в беседке. Иначе Аарон непременно попытался бы перебить данный Муваттой выкуп за невесту или освободить ее.