Чтение онлайн

Солнце быстро скрылось за горизонтом. Последние вечерние лучи окутали площадь мягким розовым светом. Но от этого барельеф со священнослужителем перед ним казался не менее страшным. Вытянув руки вперед, цапотец протягивал стилизованному солнцу бесформенный комок.

Коля поднял голову и поглядел на небо. Луны-близнецы поднялись высоко над краем кратера. На протяжении последних лун земля много раз сотрясалась. Некоторые дома рухнули, обвалилась одна из якорных башен. Может быть, склон кратера — не самое лучшее место для того, чтобы основывать город. Сейчас он командует пятьюдесятью тремя публичными домами. Сколько останется, если начнется сильное землетрясение? Нужно подумать о том, чтобы расширить свою сеть до других городов.

Коля заглянул за белые ворота. В их тени только что что-то шевельнулось. Над самой землей. Оттуда они пришли в прошлый раз, люди-ягуары. Они… Под воротами появилась фигура! Всего один удар сердца тому назад там не было никого. Парень не производил впечатление торопившегося человека. Он источал самоуверенное спокойствие. Ровным шагом вышел на площадь. Он был хрупкого телосложения и на нем был плащ из перьев со стоячим воротником, не менее роскошным и ярким, чем хвост павлина. Бедра были обернуты белой тканью, завязанной искусным узлом. На запястьях красовались широкие браслеты с бирюзой. Насколько Коля видел, оружия у него не было.

На расстоянии шага от него цапотец остановился. У него было узкое строгое лицо с носом, похожим на клюв коршуна. На груди красовалась странная татуировка. Извивающаяся змея, одетая, похоже, вместо чешуи в оперение. Это был тот же самый цапотец, что принял назад кинжал и отдавший приказ об их смерти.

— Человек, которого называют мясоголовым, неужели безумие ослепило твой разум и ты осмелился прийти сюда еще раз? — Священнослужитель говорил с ним на его родном языке. Несмотря на страшный акцент, понять его, в принципе, было можно.

— Я хочу сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — спокойно ответил Коля. Священнослужитель был почти на две головы ниже его. Как такой карлик умудряется вести себя столь нагло? Возможно, он смог бы пробить ему череп с такой же легкостью, как винную амфору. — Я предложу тебе сделку, в которой речь идет о крови и смерти, то есть о вещах, в которых ты разбираешься наилучшим образом.

— А что заставляет тебя думать, что я стану тебя слушать?

— Ты имеешь в виду, кроме того, что ты стоишь здесь, передо мной? — Коля снял с пояса длинную прядь светлых волос и протянул священнослужителю.

Цапотец мягко провел рукой по волосам.

— Сколько?

— Семнадцать. Все сильные мужчины. Шестеро из них ранены. Но не серьезно. Они оправятся.

Священнослужитель намотал прядь волос на руку.

— Ты знаешь, что они должны пройти через белые врата добровольно. Того требуют наши законы.

— Это моя забота. Не тревожься. Они с радостью придут к вам. Не все ведь еще знают, что вы… — Коля запнулся. В целом он предпочел бы выражаться прямо. Ему не нравилось, когда вещи называют не своими именами. Но цапотцы были в этих вопросах чересчур щепетильны. — …Что вы встречаете светловолосых мужчин и женщин совершенно по-особому.

— Они предстают перед нашими богами. Это величайшая честь, — произнес священнослужитель таким тоном, как будто предпочел бы поменяться с ними местами.

«Лживый ублюдок», — подумал Коля и улыбнулся.

— Думаешь, мы договоримся?

— Это зависит от того, чего ты хочешь.

Коля рассказал ему. На этот раз совершенно прямо и без обиняков.

Барнаба обливался потом. Солнце безжалостно опаляло скалы. Его израненные подушечки пальцев протиснулись в щель. Им придется выдержать весь вес его тела. Всего на один удар сердца, но он устал.

Он осторожно поднял правую ногу. Недостаточно высоко, чтобы как следует опереться. Теперь могла помочь лишь сила его рук. Он с трудом переводил дух. Прижался к горячей скале. Изо всех сил напряг мышцы рук. Наконец-то пальцы его ног обрели опору. Это снова оказалась всего лишь узкая щель, но этого должно хватить. Он протянул правую руку вперед, сумел ухватиться за край выступа скалы и на этот раз уцепился хорошо. Из последних сил подтянулся.

Тяжело дыша, он лежал, вытянувшись на камнях, собравшихся на уступе скалы.

— Мы спятили, — негромко произнес священнослужитель и поглядел на солнце, стоявшее в небе цвета стали и похожее на бело-желтую рану.

Он и молился. И пытался глубоко погрузиться в медитацию и быть ближе к богам. Но всегда оставался один. Один на один со своими растревоженными чувствами. Со своим гневом на Аароновых убийц священнослужителей и на то, что Львиноголовый столь равнодушно отреагировал на то, что были убиты самые верные его слуги. Что за боги эти девантары? Неужели сочувствие и защита — это слишком много? Может быть, подобные мысли чужды богам?

— Давай будем честны. Это не одни только боги, — он повернулся и поглядел в долину. Там никого не было. Конечно, не было! Так было всегда. И тем не менее… Он готов был поклясться чем угодно, что за ним что-то наблюдает.

— Да, что-то! Оно не из плоти и крови! Оно невидимо. Но оно здесь! Все время.

Может быть, духи все же существуют? Он долго колотил камнем по глазам на скале в своей пещере, пока они не исчезли без следа. Эти жуткие зеленые глаза. Но лучше не стало. Иногда чувство того, что за ним наблюдают, оставляло его на несколько часов или даже на целый день. А потом возвращалось снова. Особенно когда он пытался медитировать. Может быть, тогда его чувства становились чувствительнее к сокрытому. Когда он сидел на своей любимой скале и, погрузившись в себя, искал связь с богами, чувство того, что на него постоянно смотрят, было сильнее всего. Когда же он, напротив, карабкался по отвесным скалам, смеясь смерти в лицо, отыскивая самые опасные подъемы, и боролся с отвесными стенами до полного истощения, на него наконец снисходил покой и он оставался наедине с собой.

Может быть, таков ответ богов? Не пламенные буквы на стене, не голоса во тьме, не девантар, появляющийся перед ним в нечеловеческом великолепии. Просто тот факт, что он находит покой только лазая по скалам, это и есть послание. И та мысль, которая занимает его уже не первый день. Он сможет подобраться к Аарону, если попытается перелезть через западную стену дворца. Несмотря на то что она очень высока, камни пригнаны неплотно. Раствор раскрошился. Можно взобраться в углу между одной из сторожевых башен и стеной, если быть достаточно мужественным и обладать силой и ловкостью, уметь удержаться лишь с помощью пальцев рук и ног. Оттуда уже недалеко до западной дворцовой террасы, за которой находятся покои бессмертного Аарона. В спальне должен быть Ааронов меч. Оружие, созданное для того, чтобы оборвать жизнь даже бессмертного.

— Мы здесь для того, чтобы тренироваться, — пробормотал Барнаба и сел. — В этом вся тайна. Эта долина идеально подходит для этого. Если мы сумеем взобраться по этим отвесным скалам, то подняться на дворцовую стену не составит труда, — он был рожден для того, чтобы стать убийцей короля! А эта долина подарит ему способности, которые нужны для того, чтобы совершить убийство.

Барнаба осмотрел следующий участок отвесной скалы. Здесь меньше зацепок, зато скала слегка наклонена. Он сумеет крепко прижаться к ней. Священнослужитель сжал руки в кулаки, а затем распрямил пальцы так, что хрустнули суставы. Еще этот отрезок, и тогда он поищет спуск полегче и примет холодную ванну под водопадом. Он привык к ледяной воде. Закалился, все больше и больше отдаляясь от былой жизни священнослужителя.