Гнев совы
Шрифт:
Гнилые корни листьев скрученных
Не помнят июльский нежный цвет.
Тындынец
Узнает себя после шкуры
И моет заботливо глиняным клювом
Щеки в руках.
Смеется, поет,
И белая чаша мельчает.
Тертая ягода
Радует,
Теплом летним дарит.
Торопится сталь увидеть исподнее,
Вернуть в голодные рты проходимцев вкус,
Вдохнуть в тела истому.
Привыкать не ко времени:
Немеет кулак,
И пряжка ремня темнеет.
Продержаться до завтра;
Утром вернется вода
Заживлять ночные ожоги.
Сосны Байцетуя
И понял я,
Разбегом удрученный:
Беречь чужие руки все же ремесло.
Догадка грустная -
Венец терзаний юных.
А знаешь,
Когда не слышат смехи,
Когда глаза текут ручьями,
И вой волчицы в сумерках пугает -
Меня хоронят.
Черед придет за всеми -
Невелика беда.
Ладони загрубеют свежим черенком,
И медь печальный холм умоет.
Мы все больны куриной слепотой:
Не видим дальше пальца
С потемневшим перстнем.
Дыхание
Печатает,
Тиранит лист,
Уводит заново упрямиться.
– А кто из нас обманут?
–
Тревожит крик округи
И в горло возвращается.
Секут осколки губы.
Горький вкус
Напомнит сосны Байцетуя вповал
И иней на плечах.
Три Солнца нам светили,
Когда горели щеки,
А сучья жаркие губили рукавицы...
Не дрогнула рука стрелка;
Лишь конь храпел устало под седлом -
Просил казачьей ласки
Потемневшими боками.
Страна поедает детей равнодушно
Страна поедает детей равнодушно.
Без устали клацают челюсти,
Кости хрустят,
И травы шумят в головах
Обреченных.
Участь жертв -
Ждать покорно черед
Сгинуть однажды.
Кто во мне спит - пробуждайся
Не ведать покоя, дерзать.
Проиграны битвы в забавы.
Погибших героев
Бросают в ямы сырые,
Хоронят землей
Без пиров
И костров погребальных.
– Эй, кто-нибудь!
Тишина...
Беглецы следы заметают,
Верховоды торгуют верой,
Скупают награды торговцы.
Остатки полков боевых
Ютятся в берлогах,
Стареют.
Ветераны с бедой примирились,
В ночь готовы уйти
Неотмщенными,
Тихо, без песен.
Неужели удел -
Поминать прошлое безвозвратным?
Одинокий,
Торопишь весну,
Не сдаешься -
Надежда на всходы.
Ребра светятся,
Щеки бледнеют -
Уносишься дремой косматой.
Мелеют ночами зрачки,
Рассветами разум темнеет.
– Опоздал веком славы родиться, -
Не замай, -
Рассудит мудрец нездешний.
– Не замай, -
Шевелятся губы,
И шепот пугает пришельца.
Слух
Вести -
Одна печальней другой.
Год Черной Луны
Посеет смятение в души.
Наступает черед моих звезд.
И в предутренней дымке
Их внезапный свет ослепит
Глубиной и сознанием духа.
Земля задохнется от радости!
Рубахи шейте заранее,
Красной ниткой строчите белое.
Опоздать - измене подобно.
Платки на плечах дымятся,
Ни пылинки в местах сгиба.
А люди?
Услышьте лепет ребенка
Невинный и светлый.
Бегут в родники слезы;
Вызревает рябина,
Теряется ниткой бус
Среди таежных урочищ.
Никто из нас не вернется
В седую от ветра пену.
Этот путь никому не измерить -
Будущее в изломе молнии
Мокрой лощиной зачато.
Лишь медью уздечка дрогнула,
Да топот копыт вдалеке
Поспешно трава хоронила.
Забудем до лучших времен
Забудем до лучших времен
Обещаний прозреть.
Круторогий ребенка крик
В развод Хохломы обрек
Запасаться крохами смеха
Первых встречных.
Пылятся дары племен,
Осыпаются русла рек.
Срывается с губ: гори!
–
Канун для тебя сберег
Белые кольца меха
Междуречья.
Патриархи пробуют розги,
Делят навскидку угодья.
Запекается вызов грозный
Оплеухой в поводья.
Утро иное степь
Ждет прищуром раскосым, -
Кто же отважится спеть
Вольные косы?
Ладони, влажные в рукавах,
Помнят печаль болезни
Ясно-смутно.
Скоро - цепи без сна ковать,
Просить затеплиться рези
Полногрудно.
Тогда, может быть, повезет -
Умоем лицо росой.
И с юных снегом высот
Рухнем хлопьями.
Плечи тронем лозой,
Завалим сугробами темные тропы.
А брызги даробы
Смахнем смуглой рукой
В лица века, -
Всем довольным.
Прямо в сердце
Нацелен осколок стрелы
Мирным воинам.
Полоска крови запеклась
Полоска крови запеклась
На верхней губе околышем -
Боевая раскраска в завтрашний день.
Кончик языка ловит горечь -
Скудная добыча невода.
Морские травы, седая пена
Лобзают берег неприветливый.