Чтение онлайн

— Уэнди…

— Мак, мы вернулись к тому, с чего начали, не правда ли? За исключением того, что я теперь более серьезный соперник, если дело дойдет до суда. Я могу использовать против тебя твои собственные средства. Не лучший вариант для тебя.

— Совсем не лучший, боюсь. — В его голосе не было вызова, только печаль.

Все же это причинило ей больше боли, чем она хотела признать. Уэнди отвернулась.

— Мне надо подумать об этом. О том, что будет лучше для Рори.

— Мне жаль, Уэнди.

Она слышала, как он направился к двери.

— Подожди, Мак!

Она сняла кольца, подарок Элинор, и с такой силой сжала их в ладони, что от камней остались полоски на ее коже. Она надела их, преисполненная надежды, и носила их с растущей уверенностью в будущем, но теперь от этих чувств осталась лишь горстка пыли. Она протянула ему кольца.

— Скажи своей матери, что я сожалею, что ее план не удался.

Мак взял кольца и подкинул их на ладони.

— Моя мать? А при чем здесь она?

Уэнди отвернулась, стараясь сдержать слезы. Нет, она не даст волю слезам — по крайней мере, пока он не уйдет.

— Но ведь это была ее идея, разве нет? Устроить замечательную семью для Рори?

— С чего ты взяла?

Она пожала плечами.

— Она ведь была в курсе всех твоих планов.

— Конечно, была. Я рассказал ей обо всем в ту самую ночь, когда привез тебя в Чикаго.

— И она подталкивала тебя на каждом шагу, так? Я как-то слышала, ты говорил ей, что работаешь над этим, и при этом ты очень сердился. — Внезапно Уэнди поняла, что именно он говорил, и оттого ей сделалось еще хуже. — Что ты говорил ей, Мак?

— Что собираюсь жениться на тебе.

Она мысленно взвесила его слова, пытаясь найти в них что-нибудь утешительное. Но, пусть это и была его идея, а не Элинор, здесь присутствовали холодный расчет и логика. Какая разница, когда именно он принял свое решение? Слабая искра надежды вспыхнула и погасла.

— Как все было удачно задумано, не правда ли? — спросила она с горечью в голосе.

— Мне так казалось. — Он сунул кольца в карман. — Но выходит, ты умеешь смешать все карты. Знаешь, до того, как я увидел тебя, я так объяснял твои действия.

— Как шантаж, — отрезала Уэнди.

— Нет, я никогда так не думал — по крайней мере после того как .обнаружил, что тебя очень легко найти. Я думал, что поначалу ты действовала так, как просила Марисса, но, когда увидела, какую непосильную работу на себя взвалила, ты обратилась за помощью. Это было логично, мне не трудно было в это поверить. Пока я не встретился с тобой и не понял, что ты не тот человек, который сдается в подобной ситуации. Или в любой другой.

— Вот как?

— С первой минуты ты произвела на меня впечатление человека, который стиснув зубы пойдет до конца и никогда не попросит о помощи.

Уэнди закусила губу. На какое-то мгновение она почувствовала себя неуютно, словно Мак видел ее насквозь.

— Даже если бы пришлось лгать себе и окружающим, — спокойно продолжал он. — Меня восхитило твое упорство. И я никак не думал, что мне придется сожалеть об этом.

— Ты же сам сказал, что мы должны сделать все, что в наших силах, ради Рори.

— Теперь этого недостаточно.

— Мы оба страдаем оттого, что ты не предусмотрел этого раньше.

— Клянусь, я не планировал того, что случилось прошлой ночью, Уэнди. А когда услышал, что ты плачешь, мне просто захотелось объяснить, что понимаю тебя, что, если ты хочешь уйти, я не стану тебя удерживать. Что я понял: я прошу слишком многого и ты никогда не сможешь полюбить меня.

Уэнди попыталась набрать в легкие воздуха, но, казалось, мышцы перестали слушаться ее.

— Твои слезы блестели как драгоценные камни. — У него сорвался голос. — Потом ты прильнула ко мне, и, хотя я знал, что ты безуспешно пытаешься убедить себя, я уже не мог уйти. Я позволил себе поверить, что нам будет достаточно того, что у нас есть, — в Чикаго найдутся для тебя вакансии, и ты так любишь ребенка. Но когда ты снова начала плакать после того, что произошло, я понял, что ты никогда не будешь по-настоящему счастлива.

— Я не плакала, — сказала она.

— Нет, плакала. Ты чуть не рыдала во сне. А потом, когда увидел этим утром письмо с предложением работы, я понял, почему ты плакала.

— Глупый, — сказала она, но ее голос был таким тихим, что он, возможно, не услышал.

— Вот тогда-то я и вынужден был признаться себе, что и меня больше не устраивает такое будущее. Я больше не в силах заставлять тебя лгать мне, Уэнди, или самой себе.

— Прекрати, Мак!

Он выглядел усталым и постаревшим.

— Возможно, будет лучше, если ты услышишь всю правду. Я считал, что могу удовлетвориться второй ролью в твоей жизни после Рори. Прошлой ночью я даже сказал себе, что смогу примириться и с третьей — после твоей работы. Но я не могу быть никем. Я рвусь на части, и ты тоже. — Не удержавшись, он прикоснулся рукой к ее щеке. — Дорогая, я прошу у тебя прощения за все. А теперь я ухожу.

Она должна была остановить его. Он направлялся к двери, и если он покинет ее…

— Может быть, тебе следовало рассказать мне о своих чувствах с самого начала? — Уэнди едва узнала свой голос.

Мак повернулся к ней и нахмурился.

— Едва ли я бы решился сказать тебе об этом.

Она сделала несколько неуверенных шагов к нему.

— Это избавило бы нас от многих проблем.

— Ты бы просто завизжала и убежала.

— Возможно. — Она на ощупь нашла его руку и сжала его запястья. — Я просто была не очень умной и долго не понимала, что люблю тебя.

Он застыл словно статуя. Двигались только его глаза, жадно всматривавшиеся в ее лицо.

— Но ты плакала, — сказал он неуверенно.

— Потому что я была тебе не нужна! Ты даже не хотел, чтобы я пошла на этот ужин и…

— Разумеется, хотел. Я просто решил не заставлять тебя. Это ведь очень скучно.

— А когда я рискнула высказать свое мнение о том, как вам поступить с новым товаром, ты как воды в рот набрал.

— Я был поражен. Твоя идея была блестящей и не стоила тебе никаких усилий.