Гнездо для стреляного воробья
Шрифт:
– Это только слабая версия. Не более того. Только версия, – произнес парень.
Гость повернулся к Семке всем телом и стал оценивающе его рассматривать.
Такого Дмитрий вытерпеть был не в силах:
– Блин, Даша!! Твои эти бабские фантазии! Лучше бы отца-космонавта Семке придумала, чем это позорище. Это ж надо было так Витязю имечко испортить! – плюнул он, взял сына под руку и вывел из столовой. – Пойдем, Сем, у нас с тобой еще магазины.
– Дима!! – со слезами в голосе кричала вслед Даша. – А как же… А ДНК-то?!
– Не-не-не, – махнул рукой Дмитрий. – Без меня!
– И без меня! – крикнул Семка и поспешил за отцом. – Ну, а я что говорил?! Точно – маменькин бред! Ты ж ведь не поверил, да?
– Не бери в голову, – отмахнулся Дмитрий, стараясь не портить парню настроение. – Мы же хотели… куда? В магазин?
Они поехали в тот магазин, который находился в районе, где раньше жили Вересовы. Там была школа Семки, и до сих пор жили его друзья. И в магазине они одного такого друга встретили.
– Сем! Привет! Говорят, ты уезжаешь? – остановил сына незнакомый парень.
– Есть такое… А ты как?
– Да что я? Ты про себя расскажи! Куда? Насколько?
Дмитрий почувствовал себя лишним.
– Сем, короче… мне надо заехать на работу… Когда будешь свободен, звякни, я подъеду, заберу тебя.
– Пап, да не вопрос, – кивнул Семка. – Я и сам могу добраться.
– Тогда до вечера, – махнул рукой Дмитрий и направился к машине.
К себе в ресторанчик он решил зайти обычным клиентом. Да, еще день, народу не слишком, но и не мало. Несмотря на пандемию, ресторан у Дмитрия пользовался спросом.
– Дмитрий Семенович! – при входе воскликнул гардеробщик Андреич. – А наша кикимора сказала, что вас не будет.
– Какая кикимора, что ты несешь? – насупился Дмитрий. – Разве можно так начальницу звать?
– А в фильме, помните, где Алиса Фрейндлих играла начальницу, ее так и звали – кикимора. А она ведь, накрашенная-то, прям принцесса! А наша…
– Андреич! – рявкнул Дмитрий. – Во-первых, ту звали не кикимора, а мымра! А мымра звучит гордо… чтоб ты знал. А во-вторых, ну той-то было тридцать пять лет, а нашей Алле Иннокентьевне все семьдесят. Какая уж из нее принцесса. Плохо ты в женщинах разбираешься.
– Ага, плохо, – фыркнул Андреич. – Той было тридцать пять, а нашей сорок два. И кто после этого в бабах не разбирается?
– Какие сорок два? – не поверил Дмитрий. – Я с ней работаю уже лет сорок… нуу, не сорок, но… лет пятнадцать точно…
– А я вам говорю, что сорок два! – настаивал гардеробщик. – Сам очумел, когда услышал, что она говорит по телефону, дескать, теперь до пенсии не доживет. Раньше ей в ее сорок два надо было ждать тринадцать лет, а сейчас…
– Офигеть… так она еще и младше меня, – покачал головой Дмитрий. – Ну да ладно. Ты смотри, не говори никому, что я здесь. Сам скажу, если надо будет.
– Конечно, не скажу, – качнул головой Андреич и, не удержавшись, фыркнул. – А то наши официанты безглазые, сами не увидят.
Дмитрий сел за самый дальний столик и стал ждать, когда к нему подойдут. Кстати, подошли довольно быстро. Но совсем не официанты, как ему хотелось бы.
– Прюве-е-е-ет, – услышал он за своей спиной протяжный голос и с огорчением вздохнул.
За его столик уселась Ирина Коржина – яркая дамочка с длинными ногтями и искусственной улыбкой. Сейчас дамочка работала в каком-то центре по развлечениям, но когда-то с этой особой Дмитрию пришлось не один год сидеть за одной партой.
– А я пришла, а мне говорят, что тебя не будет, – тараторила Ирина. – А я еще думаю себе: Вересов такой нудный, зараза, он обязательно придет проверить свое детище. Ну и вот! Я опять права! Я никогда не ошибаюсь, прикинь!
– Ир, ни фига не выйдет, сразу говорю, – категорически покачал головой Дмитрий.
Он знал, ради чего к нему сюда мотается Ирка. У Коржиной, видимо, не все было в порядке с личной жизнью, поэтому одной только работы ей было мало. Она на добровольных началах взвалила на себя обязанность ежегодно проводить вечер встречи выпускников. А поскольку Дмитрий имел свой ресторанчик, то и встречи было решено проводить у него. Решено было Иркой. Сам Дмитрий не слишком одобрял такую идею. Отчего-то всем думалось, что если ресторан частный, а владелец учился с ними в одном классе, то и платить за все должен господин Вересов. Да что говорить, в первый раз почти так и получилось. И одноклассникам так понравилось, что они стали собираться чуть ли не каждые полгода. Причем, с каждым разом ребята вели себя все более разнузданно. Но и это было не предел. Однокласснички стали приезжать к нему в ресторан в любое время, да еще и не одни, а с женами, с друзьями, со знакомыми, с родственниками знакомых, со знакомыми родственников и со всеми, с кем придется. При этом каждый раз кто-то из одноклассников подмигивал и шептал на ухо: «Ну ты там, Дим… чтобы не слишком по карману-то, а?» А потом дело зашло и еще дальше. Когда Дмитрий не выходил к знакомым гостям, те ели и пили, а счет отсылали ему: «Мы знакомые Дмитрия Семеновича. Счет ему передайте».
Вот после этих отправленных счетов Дмитрий решил больше не блистать щедростью.
– Сразу говорю – нет, – еще раз повторил он. – Сейчас карантин, если ты не знаешь. И нас за это так штрафуют, что никаких денег не хватит.
– Ой, да ладно, – не поверила Ирка. – Вон в Москве звезды такие сабантуи устраивают, и им ничего. А у нас….
– У тех звезд есть деньги на штрафы, а у меня нет, – спокойно парировал Дмитрий. – Да в любой наш ресторан обратись, ни кто не подпишется.
– И чего делать? – не хотела отказываться от своей идеи Ирка. И лукаво скосила на Дмитрия хитрые глаза. – Жалко-то как… Вот Ленка-то Ладкова расстроится. Так хотела на вечер выпускников попасть, а тут такой облом. И главное, кто отказал – Дима!! Вересов!! Которого она так любила!!
– Ну да, она любила, – крякнул Дмитрий. – Это я ее любил, ты все перепутала.
– И она тебя, – упорствовала Ирка. – Она мне вчера прямо так и сказала: «А где наш Димочка Вересов? Я его так любила!»
– Ирка, не ври, по тебе сразу видно, – прервал ее Дмитрий. – А что – Лена давно приехала?
– Нет, буквально неделю назад. А с чего, ты думаешь, я стала встречу одноклассников собирать? Приехала Ленка – и сразу ко мне: собирай, мол, всех. Сил нет, как соскучилась. И опять про тебя: «А где мой любименький Димочка?»
Дмитрий уже не слушал болтушку Ирку, он думал о своем. Перед его глазами стояла худенькая, тоненькая, как былиночка, Ленка Ладкова. Глазастая, смешливая, с темными длинными локонами, ей все давалось легко. И училась она лучше всех, казалось, даже не напрягаясь, и по фигурному катанию у нее был разряд, и танцевала она прекрасно, и пела не фальшивя, и на пианино играла. Не влюбиться в Ладкову было невозможно. Мальчишки со всей школы признавались девочке в своих чувствах. Любил ее и Димка. С пятого по выпускной класс. Кстати, с девятого класса они даже дружили с Ленкой. А после выпускного планировали вместе поступать в мединститут. Но Димка поступил в Политехнический, а Лена вдруг уехала в Москву и уже оттуда написала ему, что вышла замуж. Даже теперь, спустя столько лет, больно вспоминать, как он переживал. Исцелила его только встреча с Дашей, которая и стала его женой.
И вот, оказывается, Ленка приехала. А ведь столько лет не приезжала. Говорили, что ее муж занимает очень высокую должность, что у нее все супер, что она счастлива и возвращаться не планирует.
Да, было бы интересно с ней встретиться. Тем более сейчас. Но… пандемия диктует свои правила.
– Нет, Ир, в самом деле – нельзя нам, – качал головой Дмитрий.
– А что делать? – надула губки Коржина. – А! Я придумала!!
Ирка вдруг заблестела глазами, и Дмитрий всерьез испугался, что та на радостях станет скакать по залу новогодним зайцем.