Чтение онлайн

Про "Партию коммунистического возрождения", вождь попросил рассказать подробней, про цели, программу.

Иван рассказал, что ПКВ выступает за свободу народов, социальную справедливость, мир и международную солидарность, защиту окружающей среды, осуждает дискриминацию по половому признаку, расизм и все формы эксплуатации. А более конкретно — хотят национализировать почту, водоснабжение, железные дороги, банки и создать сильный госсектор в экономике. Увеличить подоходный налог для богатых и ввести дополнительные налоги на финансовые операции. Хотят вернуть долгосрочные трудовые контракты вместо "нестандартной занятости". Запретить полиции применять оружие против демонстрантов, пустующие государственные здания отдать под жилье для бездомных. Вывести страну из НАТО, отказаться от уплаты внешнего долга до тех пор, пока экономика не выйдет из пике.

— И где же здесь радикализм — удивился Сталин — это же программа умеренных социал-демократов чистой воды.

— Для Гейропы, начала нового века, и это чересчур радикально, даже общеевропейские тенденции толерастии "Партию коммунистического возрождения" стороной не обошли. Очень уж они лояльно к ЛГБТ-сообществу относятся — саркастически усмехаясь, ответил тогда Иван.

И вот сегодня, две недели спустя, в конце их беседы, Сталин, неожиданно для Ивана сказал.

— Вы очень помогли, товарищ Ленц. Мне стала теперь понятна, основная причина, уничтожения СССР и вырождения мирового коммунистического движения, в конце столетия, в беззубых соглашателей. Мы исправим допущенные ошибки, не допустив перерождения ВКП(б) в новую правящую касту.

Только сейчас до Ивана дошло, зачем Вождь, тратил на его воспоминания своё время. Сталин получил, несколько субъективную, зато целостную и объёмную картину позднего СССР, как и постсоветского периода, заодно и мира в конце 20 и начале 21 века.

Конец марта 40 года, военинженер 1 ранга Иван Робертович Ленц.

В зеркале отражался подтянутый моложавый мужчина, лет 35, в военной форме с знаками отличия военинженер 1 ранга, хорошо выбритый и с причёской под Котовского.

Глядя на своё отражение в зеркале, Иван был уверен, что сейчас его и "родная мама" не узнает. Ещё месяца полтора назад, он понял, что молодеет. В волосах пропала седина, фигура стала более сухой и подтянутой. Это его порадовало, хотя механизма происходящих с ним изменений, Иван не понимал, просто принял как данность. Обратили на это внимание и остальные. Иван был подвергнут тщательному медицинскому осмотру, никаких патологий не выявившему, зато установившему, что пациент здоров до безобразия. Сбрив бороду, усы и шевелюру, стал настолько непохож на маршала Бальбо, что Берия разрешил Ивану восстанавливать лётные навыки, точнее нарабатывать их вновь. Знать-то, как пилотировать самолеты, за счёт воспоминаний реципиента, Иван теоретически умел, а практически нет. Поэтому, два раза в неделю, и нарабатывал с инструктором навыки пилотирования, получалось очень неплохо, как будто вспоминал подзабытое умение. А в мае месяце, в МММИ им. Н. Э. Баумана, Иван готовился сдать экстерном экзамены, на инженера-механика, короче вживался в местную жизнь. Перспективы всю жизнь провести затворником, дача — ОСИП — дача, его совсем не прельщала. Иван прекрасно себе отдавал отчёт, что присвоенное ему звание военинженер 1 ранга, это всего лишь аванс и прикрытие его деятельности.

Одно дело, когда только что назначенному начальнику Автобронетанкового управления РККА Федоренко и начальнику КБ танкостроения Харьковского завода Кошкину, ездит по ушам, какой-то наглый шпак, втирая насчёт необходимости торсионной подвески и поперечного расположения двигателя. Подсовывая кривовато сделанные рисунки, с примитивными чертежами, экранированного БТ-7 с длинноствольной К-20, Т-44, Т-55, 76-мм САУ на основе БТ. И совсем другое, когда военинженер 1 ранга, пусть пока и из не совсем понятного энкэвыдэшного ОСИПа, при активной поддержке наркома Ворошилова. Как говорят в Одессе — это две большие разницы!

А вот на 29 завод в Запорожье съездить, разобраться, что мешает довести до ума двигатели М-88 и М-89, это лучше в гражданском ехать. Этаким шпаком проверяющим, из очередной комиссии. То, что там, коррупция, приписки, воровство и как сейчас говорят очковтирательство, это местные нквэдешники уже выяснили. Но моторы-то авиация ждёт, а они никак нормально и надёжно работать не хотят. Иван хоть в авиационных не силён, больше по судовым двигателям шарит. Но незамылиный и беспристрастный взгляд, технически грамотного человека, ни имеющего пристрастий или антипатий к руководству завода, может многое сказать о причинах брака выпускающегося М-88 или недоведённости М-89.

Вот и сегодня, роль у Ивана, сурового и брутального военинженера 1 ранга, режущего правду матку в глаза и никого не боящегося. Иван состроил зверскую рожу, разглядывая себя в зеркале. Рожа и впрямь получалась зверская, хотя может и зря он себя накручивает, возможно, разговор сразу конструктивным получиться, как с наркомом ВМФ Кузнецовым. Расстались тогда, чуть ли не приятелями, прекрасно понимая друг друга с полуслова, тот даже спросил — "а не служил ли часом, товарищ Ленц в военном флоте". Иван забывшись, сказал — "Да, было дело, почти три года на подлодке, на Тихоокеанском". Кузнецов в ответ кивнул, как бы в подтверждение своим мыслям. За это Иван получил разнос от Берия, что ломает легенду. И отеческое нравоучение от Ворошилова — "Иван, ну кто тебя за язык тянул? Зачем ты про подлодку и тихоокеанский флот брякнул? Ты же по легенде на севере, в торговом флоте служил".

Иван, только покаянно развёл руками, даже спорить не стал, что прокололся. Пришлось после этого, орлам Лаврентия Павловича, нынешнюю биографию Ивану подправлять. Хотя с точки зрения Ивана, ничего опасного не произошло. Кузнецов наверное, уже через пару суток, после того февральского совещания у Сталина, где решали вопрос корректировки программы строительства флота, загруженный делами "по самое не могу", как никак война идёт, забыл напрочь, как того военинженер 1 ранга и звать-то, а не то, что где он служил.

Иван прошёл в свой кабинет, рассортировал бумаги на столе. Большую часть черновиков убрал в сейф, свою часть доклада с подготовленными для обсуждения и анализа документами, с выявленными недостатками в РККА и предложениями по их устранению, в папку. Сегодня предстояло на закрытом совещании, "завербовать" в союзники маршалов Будённого и Тимошенко, тоже ставшего маршалом несколько дней назад, одновременно с Шапошниковым. Посмотрел на часы, время с запасом, можно не торопиться, да и машина ещё не пришла. Присев за стол, Иван ещё раз мысленно проверил, всё ли он подготовил к совещанию.

"За два месяца сделано много". — Думал Иван. — "Но предстоит сделать в разы больше, для подготовки армии к войне со "странами Оси". Поэтому такие тяжеловесные фигуры, пользующиеся большим авторитетом в армии и стране, как Буденный и Тимошенко, могут сильно ускорить и облегчить выполнение этой задачи. И уж если откровенно говорить, то и как полководцы явно посильней Ворошилова будут".

Сам же Иван, был доволен тем, что выполнил основную свою задачу минимум. Не только донес до руководства страны информацию по будущим событиям, главное, ему удалось убедить Сталина, Берию Ворошилова, Шапошникова, в том, что война с нацистами обязательно будет и будет она тяжёлой и долгой. Что немцы очень опасный противник, которого нельзя недооценивать. Поэтому здесь, всё закрутилось, намного быстрее и масштабнее. Вчера, нарком обороны маршал Ворошилов, подписал приказ о создании "Комиссии Главного военного совета по обобщению боевого опыта Советско-Финской войны", куда впихнули и Ивана. А маршалов Будённого и Тимошенко, назначил своими заместителями, с полномочиями, не меньше чем у него самого.

Да и недавно закончившаяся война с Финляндией, как и в известной Ивану истории, сильно поспособствовала пониманию, что к большой войне армия не готова. Здесь она хоть и закончилась на неделю раньше, но результаты были аналогичные. Восторгов и воодушевления в руководстве страны и армии, её ход не вызывал, как в общем-то во всей стране.

Но всё же, РККА, удалось почти на половину снизить уровень безвозвратных потерь, это отчасти была и заслуга Ивана. Правда, как выяснилось ещё в январе, знал он о войне с Финляндией очень не много, общие положения, без каких либо важных деталей. Два гипнотизёра работавшие с ним, помочь не смогли, под гипнозом почему-то вылезала память маршала.