Чтение онлайн

Отвечать на вопрос Сталина, нарком сам не стал, сказав.

— Товарищ Сталин, пусть лучше генерал-майор Романов ответит, как ПТАСП марш провёл. Он всю ночь бдил, чтобы самоходчики не "жульничали", ему и карты в руки.

Начальник автобронетанкового полигона, открыв блокнот, доложил.

— Марш завершён в срок, с опережением графика на полчаса. Во время марша зафиксировано пять поломок. Две мелкие — у колёсной техники, замена пробитых колёс. Две средние — разрыв гусеницы у полугусеничного ЗИС-22 и слетела гусеница у ЗСУ. Одна крупная — обрыв шатуна двигателя, у СУ-26-76. Все поломки устранены на месте, техника закончила марш в полном составе.

— Что, прямо ночью, на дороге двигатель починили? — удивился стоящий рядом с ними Будённый.

— Полковой ПАРМ, произвёл замену двигателя на запасной. Самоходка прибыла к месту показательных учений своим ходом, отстав от основной колонны на сорок восемь минут, доложил начальник НИАБП.

— Молодцы, значить могут марши совершать, не теряя технику — сказал Сталин.

— Ну что Семён, обратился к тому Ворошилов, такое испытание самоходок тебя устраивает?

Ответить Буденный не успел, на поле поднялась стрельба, все повернулись в ту сторону, прильнув к оптике, кому она досталась. Присутствующий связист, получающий информацию с КП ПТАСП, доложил — "Обнаружена разведка противника, которая сейчас уничтожается".

От леса, вдоль дороги, двигалась по проложенным в углублениях направляющим, колона макетов, изображающая два бронеавтомобиля, с четырьмя бронетранспортёрами. Огонь ЗСУ, из двух спаренных ДШКа и 37-мм автоматов, с ложной линии обороны, на 400 метрах, за десяток секунд разнёс макеты в щепу.

— Разведка противника уничтожена, доложил связист.

— Противник обнаружил нашу оборону, передовая, ложная позиция, противником вскрыта. Сейчас противник постарается её уничтожить, вызовет пикирующие бомбардировщики, потом проведет артподготовку — стал давать пояснения Ворошилов. — Исходя из условий, что кампфгруппа имеет на усилении дивизион 105-мм гаубиц, два дивизиона батальонных миномётов 81-мм, с батарей 75-мм пехотных пушек, у моторизованного батальона. Артподготовку противник проведёт сильную. Если бы это был основной рубеж обороны, а не ложные позиции, потери наших войск, были бы очень большие. Противник этого не знает, считает, что это основной рубеж обороны. Поэтому после авиаудара с артподготовкой, в наступление пойдут основные силы кампфгруппы, закончил давать пояснения Ворошилов.

За это время, мотострелки отошли с первой линии обороны на основную, ЗСУ выползя задом из окопов, ушли на фланги, встав в заранее подготовленные укрытия. Через пару минут, на позиции, стали вставать кусты взрывов, это рвались имитационные заряды. Через десять минут, "артподготовка" завершилась — ложные позиции были перепаханы взрывами. Послышался гул авиационных двигателей, заходящие на ложные позиции, два ДБ-3 стали сбрасывать имитаторы, изображающие эскадрильи пикировщиков Ю-87. Натренированные расчёты ЗСУ разнесли все имитаторы до высоты в 600 метров. Как и надеялся Иван, зрелище вспыхивающих баллонов наполненных водородом, наблюдающих впечатлило.

С противоположного края поля, сдёрнули масксети с бронеплит, контуром напоминавшие немецкие танки, тройки и четвёрки. Первые выстрелы, СУ-26-76, произвели по ним, а между пробитых бронебойными снарядами 70-мм бронеплит, по направляющим двинулись макеты танков, со скоростью бегущего человека в 10 км/час, тоже напоминающие тройки и четвёрки. По мере движения расположенных в шахматном порядке макетов танков, стали подыматься фанерные мишени изображающие пехоту и БТРы. Огонь самоходок был сконцентрирован на "танках", по "пехоте" вели огонь минометы, мотострелки, а с флангов ЗСУ. Через пять минут канонада стала стихать, через минуту всё стихло. Сорок два макета танков густо дымили, два не загоревшихся, сконцентрированным огнём, просто разнесли в щепки, только один "танк", добрался до минного поля, перед основной линией обороны. Мишени пехоты и БТРов, тоже были поражены все.

На НП царило удивленное молчание, наблюдавшие были впечатлены столь скоротечным разгромом противника, превосходившего обороняющихся в четыре раза. Даже не взирая, на то, что все понимали — это демонстрация, или учения приближенные к боевым, но не реальный бой. Всё равно, скоротечность разгрома всех поразила.

— Вот так, пять с половиной минут, на уничтожение танкового и моторизованного батальона противника, прервал молчание на НП довольный Ворошилов.

В это время, связист озвучил доклад с КП ПТАСП — "Противник уничтожен, полк отходит на третью линию обороны, ждут дальнейших указаний".

Общее впечатление озвучил маршал Тимошенко.

— За пять минут, в сухую, помножить на ноль ударную группу противника, просто не вериться! — Глядя на поле, удивлёно покачав головой, сказал он.

Буденный с задумчивым видом крутил ус.

— Что там так дымиться в "танках", опустив бинокль, спросил Сталин. Он тоже выглядел слегка удивленным. На поле, техника и бойцы ПТАСП, в этот момент, начали отход на третий рубеж обороны.

— Макеты фанерные, на металлическом каркасе. Внутри бак из жести с отверстиями, два метра по высоте, полтора по ширине, толщиной тридцать сантиметров, набитый промасленной паклей и ветошью. Бронебойно трассирующий снаряд трёх дюймовки, проходит его насквозь, поджигают паклю, вот они-то и дымят для наглядности. У двух, не задымившихся макетов, сами видите, разнесли даже каркас. Особо хочу обратить внимание, что ЗСУ и мотострелки, вели огонь обычными патронами и бронебойными болванками, так что все "танки", поражены самоходками — ответил Ворошилов.

— Каковы были бы потери у полка? Будь это настоящий бой.

— Потери у ПТАСП, за этот "бой", не превысят пяти процентов, это по максимуму.

— Откуда цифра в пять процентов? — Заинтересовался Сталин, отвечать ему стал Иван.

— Расчёт времени боя, расстояние до цели, на количество произведенных противником выстрелов. Макет самоходки, в окопе, обстреливался из танковой КТ-28, похожей по баллистике и могуществу боеприпаса, на 75-мм немецкую танковую пушку. Причём, это мы ещё максимально посчитали, вряд ли танки бы отрыли огонь с 500–600 метров, по хорошо замаскированным самоходкам. Тройки пока, вообще вооружены 37-мм пушкой, так-то, в действительности потери могли быть один-два процента, в такой ситуации.

И тут в разговор влез Федоренко. Его лицо из удивленного, стало раздражённым, в голосе тоже слышалось раздражение и сарказм.

— Это называется подыгрывать себе! Так в настоящем бою не бывает! Танки, попав под сконцентрированный огонь ПТА, увеличат скорость до максимальной, а не будут тащиться со скоростью пехоты!

На НП опять установилось молчание, все смотрели на Ивана, ждя, что он ответит. Пока Иван соображал, как лучше ответить, обиженный в лучших чувствах нарком, сам раздражённо ответил начальнику ГАБУ РККА.

— Товарищ Федоренко, вы, что нас в очковтирательстве обвиняете? Вы хотите сказать, что мы смухлевали?

— Нет, товарищ нарком, ни в чём таком не обвиняю — сбавил обороты Федоренко. — Только в настоящем бою, танки увеличили бы скорость и стали маневрировать. А так получаются поддавки.

Ворошилов аж покраснел от досады, повернувшись к начальнику полигона, приказал.

— Генерал-майор, доложите, почему была выбрана скорость движения макетов в 10 км/час?

Романов виновато глянув на Федоренко, доложил, что скорость движения "танков", выбрана в соответствии с уставом и наставлениями, при сопровождении пехотой в бою танков. Тут неожиданную поддержку Федоренко оказал, командарма 2-го ранга Штерн.

— Уставы уставами, а в боях на Халхин-голе, вовремя атаки под огнём японской артиллерии, наши танкисты, выжимали из танков всю возможную скорость, чтобы не подставиться под прицельный выстрел ПТА.

Иван, не давая разгореться перепалке, могущей испортить впечатление от демонстрации, предложил повторить атаку, только уже на максимальной скорости. Сталин, с интересом слушающий разгорающийся спор, спросил Романова, возможно ли повторить демонстрацию, но уже с учётом замечаний?

— Так точно, возможно. Нужно не больше получаса, оттащить макеты на исходный рубеж, заменить баки с паклей, и мишени изображающие пехоту с БТРами.