Чтение онлайн

Военными преступниками были объявлены, командование 3-го и 14-го моторизованного корпуса, командование 1ТГР, командование группы армий "Юг" и правительство третьего Рейха. В Осназе Украинского фронта были отобраны добровольцы для уничтожения этих штабов. Почему добровольцы? Потому что шансы вернуться, после выполнения задания, были почти равны нулю. Добровольцев поквитаться с нациками было столько, что пришлось отбирать, в основном одиноких. В течении десяти дней с помощью авиации и Осназа, штабы 3-го и 14-го мк, 1 ТГр, ГрА "Юг", были уничтожены вместе с командующими. Из отрядов Осназа зачищавших штабы, вернуться смогли считаные единицы. Но это того стоило. Одно дело отдать приказ использовать мирное население как "живой шит" и спокойно сидеть в штабе далеко от фронта. Другое дело, когда возмездие не минуемо, а немецкие генералы вовсе не торопились на тот свет, им почему-то очень хотелось ещё пожить. Радиостанция "Свободной Германии" ведущая передачи на Германию из Минска, не жалея красок и подробностей доносила до немцев, что ждёт их за военные преступления. И что единственный шанс не понести наказание за военные преступления, это не совершать их.

В ночь с 13-го на 14-е, по Берлину был нанесён мощнейший бомбовый удар. После налёта на Берлин в первый день войны, АДД РККА больше не летала его бомбить. А тут собрав более 400 ДБ-3ф, Ил-4, Ер-2 (ДБ-240), в сопровождении дальних истребителей Пе-1, наши бомбардировщики зашли на него с севера, со стороны Балтийского моря. Поэтому ПВО рейха запаздало с ответными действиями. Использовав ФАБ-100, ФАБ-500, "Хлебные корзины Молотова", одно тонные и кассетные ОДАБ, наши бомбардировщики превратили цент Берлина в развалины и море огня. Разрушив частично Рейхстаг и Имперскую канцелярию. На отходе все окрестности Берлина засеяли листовками с объяснением, за что бомбили. И обещанием, в следующий раз при совершении вермахтом очередного военного преступления не ограничиваться только Берлином. И надо сказать что подействовало, по крайней мере открыто и нагло, нацики перестали истреблять мирных жителей.

Поэтому при наступлении в Прибалтике, командующие 3ТГр генерал-полковник Рудольф Шмидт и 4ТГр Манштейн запретили повторять трюк с "живым щитом" и гнать мирных жителей на минные поля впереди себя. Им явно хотелось дожить до старости.

Объединённые силы трёх воздушных флотов, истребительных штафельей и групп ПВО, попытались расчистить небо над обеими наступающими танковыми группами. Получилось это только отчасти, за четыре дня боёв в воздухе люфтваффе понесло большие потери, но так и не смогло надёжно прикрыть наступающие танковые группы. Причина, наш 1-й гвардейский истребительный корпус, созданный для усиления фронтовых воздушных армий, включавший семь ИАПов. Которые забрали по одному у Карельского, Молдавского фронтов и пять из армий ПВО с других фронтов. Надо сказать, что гвардейское звание ему присвоили авансом, но по результатам четырёх дневных боёв в Прибалтике, оказалось, что корпус действительно гвардейский. Люфтваффе, не смотря на численное превосходство в истребителях, не смогло очистить небо от наших самолётов. А наши ВВС наоборот, используя организационное и техническое превосходство в РЛС, набравшись боевого опыта за эти недели, наконец-то смогли использовать его в полной мере. К тому же в противодействии люфтваффе были задействованы сразу две воздушные армии, Прибалтийского и Белорусского фронтов.

Поэтому начавшееся 12-го июня наступление 3-й и 4-й таковых групп, особых успехов не достигло. Неман под Алитусом, 3 ТГр всё же форсировала, но далеко продвинуться не смогла, упёршись в наш УР Даугай. После четырёх дневных боёв, расширив плацдарм до УР Мяркине, немцы наступление прекратили.

У 4ТГр продвижение было побольше, почти 40 километров. Но УР Шауляй проломить не смогли, завязли в городских боях. Шауляй так и оставался на половину за нашими. Манштейн попробовал обойти его с флангов, но упёршись южнее в УР Радвилишкис, а северней в УР Куршенай, вынужден был тоже перейти к обороне. Немецкая 18А тоже лишь немного смогла подвинуть нашу 21А Говорова. До 10-го июня это была Лиепайская АОГр, её усилили двумя стрелковыми корпусами и переименовали в 21 армию. И сейчас она держала линию обороны от побережья по реке Барта, УР Тешляй, до УР Куршенай. С 16-го июня на западном фронте наступило относительное затишье, крупных наступательных операций вермахт пока больше не проводил. По всей видимости наступила, так называемая оперативная пауза.

Заканчивался июнь месяц. Я собрался возвращаться в Мексику через пару дней. Все неотложные дела здесь я почти закончил. Какие-то сложности при создании техники, которые будут всплывать в процессе работы, буду решать в реальном времени с Соболевым общением через М-100 "Спектр". Хотя разговор с трёх минутными задержками между фразами, делал для меня процесс общение мучительным и раздражающим. Процесс выдачи мной информации для ОСИП, Сталина и Берии тоже не остановиться. "Шоринофон" с большим запасом кассет уже улетел в Америку на моём самолёте. Мой Дуглас будет ждать меня в Сиэтле. Куда я доберусь на пассажирском Пе-8ПС Аэрофлота. Мою идею создания совместной Советско-Мексиканской авиакомпании не то чтобы отвергли, а скажем так — творчески переработали. Наверно так даже лучше получилось. И пару недель назад появилась новая международная линия Аэрофлота Москва — Мехико. И хоть выпуск новых Пе-8 уже прекратили, но на заводе оставались заделы на несколько самолётов. Их то и доделывали сейчас в пассажирском варианте. А первые два переделали из простаивающих без моторов Пе-8, которые строили под дизельные двигатели Чаромского. На них поставили новые двигатели М-37 Микулина. С несколько сниженной мощностью до 1500 л.с., но за счёт этого с выросшим моторесурсом. Салон и кабину сделали герметичной, поделив салон на первый и второй класс. Восемь мест в салоне первого класса и двенадцать мест в салоне второго. Был в самолёте даже буфет и туалет. Сразу лететь в Мексику я не собирался, поэтому взял билеты до Сиэтла в первый класс, решив побаловать себя комфортом при перелёте. Заодно сэкономить время на сам перелёт. Так как на Пе-8 время полёта до Сиэтла занимало чуть меньше двух суток, с промежуточными посадками в Красноярске и Владивостоке. Там я пересяду на свой Дуглас, слетаю в Нью-Йорк, заберу свою ненаглядную. И от туда уже вместе с Джули полетим в Мексику.

Закончив утренний туалет, сделав комплекс дыхательной гимнастики, позавтракал и отправился в НИИ. Погода была солнечной, а по утреннему времени ещё и не жаркой. Солнце ещё не успело нагреть каменную громаду Москвы и ласково отражалось в мокром тротуаре и дороге, помытых с утра поливальными машинами. Шаловливо играя солнечными зайчиками в стёклах домов, по военному времени заклеенных бумагой крест-накрест. Я постоял у подъезда, не торопясь сесть в машину и решил немного пройтись. Попросил водителя ехать вперёд и ждать меня в конце бульвара у метро Кропоткинская. Идя по прохладным переулкам к бульварному кольцу, поймал себя на мысли что эта Москва мне нравиться значительно больше, чем Москва конца 20-го или начала 21-го века. Москва начала 40-х была, чище, тише, спокойней и что очень важно доброжелательней несмотря даже на то, что больше месяца идёт война. Улыбок на лицах людей значительно больше чем в моё время, хотя встречались и озабоченные и нахмуренные лица. Конечно, людей сейчас на улицах меньше особенно мужчин, мобилизовали многих, да и рабочий день сегодня. Обстановка в стране сейчас совсем другая, чем была в это время в моей бывшей реальности. Поэтому по Москве сейчас даже и не скажешь, что идёт война. Из всех признаков, только военные патрули на улицах появились, мужчин больше в военной форме стало, заклеенные бумагой крест-накрест окна и надписи на углах домов белой краской — бомбоубежище и стрелка показывающая направление. Хотя пару раз учебную воздушную тревогу объявляли, что бы жителей потренировать и светомаскировку проверить. А так абсолютно мирный город. Комендантского часа нет, поэтому кино до одиннадцати работает, театры и рестораны все работают. По выходным в парках и на танцплощадках оркестры играют, людей на танцы много ходит. Напряжёнки с едой нет, но карточки на основные продукты питания сразу вели. На бульваре много мам, бабушек, а может нянек с детьми гуляет, парочки ходят. Правда мужики всё больше в военной форме попадаются, таких как я в костюме мало.

Да что говорить, абсолютно другая обстановка в тылу, чем была в это время в моей реальности. Фронт далеко от центральных районов страны, сводки Совинформбюро с фронта спокойные. Даже на Закавказского фронта обстановка стабилизировалась. Хотя ещё пару недель назад, мне казалось, что там всё висит на волоске. Пока Конев явно не соответствовал должности комфронта. Поэтому я ничуть не был удивлен, когда 18-го числа, буквально наследующей же день после капитуляции Финляндии, командовать Закавказским фронтом был назначен Тимошенко. На удивление мне, Конева оставили при Тимошенко первым замом. Наверно что бы опыта набирался, у умного человека. К этому моменту долбаные аскеры всё ещё наступали, и это не смотря на почти полное господство в воздухе нашей авиации. Турки уже вязли Поти, Самтредиа, Боржоми. Ленинакан и Кировакан. Вышли на подступы к столице Армении Еревану и прорвались с юго-запада к Тбилиси. Бои за столицу Грузии шли уже на окраинах, фактически в черте города. Мало того, Роммель видя успех турок, в середине июня перебросил севернее, в долину Куры, немецкий XLIV горнострелковый корпус. Начав наступление южнее Тбилиси, горные егеря за три дня дошли до Рустави и перерезали железную дорогу Тбилиси-Баку. И хотя взять Рустави не смогли, стали прорываться к кавказскому хребту восточнее него. Тем самым создав реальную угрозу окружения наших войск в районе Тбилиси. Все немногочисленные свободные силы и подошедшие резервы, даже части народного ополчения, Конев бросил против наступающего XLIV горнострелкового корпуса. С трудом и значительными потерями всё же сумел остановить немецких горных егерей. В общем, к моменту прибытия Тимошенко на Закавказского фронт, обстановка там мягко говоря складывалась тяжёлая. Так мало того, турки сконцентрировав почти треть армии под Батуми, 20-го июня начали его штурм.

К тому моменту, обороняющая Аджарию и Батуми Отдельная приморская армия Козлова (переименованная так из 24А), достаточно хорошо укрепилась. А наш черноморский флот наладил бесперебойное снабжение Батуми по морю. Понимая что не прервав снабжение Отдельной приморской армии, взять Батуми будет почти невозможно. Турки позвали на помощь итальянский и немецкий флот. Немцы, отговорившись тем что и так уже отправили в Чёрное море восемь подводных лодок, два десятка торпедных катеров, десяток СДБ с тральщиками. Сомнительное удовольствие помочь туркам с осадой Батуми предоставили Итальянцам. Итальянцы не стали отказывать союзнику и отправили отряд кораблей в Чёрное море. И даже выделили для него авиационное прикрытие, из двух эскадрилий истребителей. Турецко-Итальянская эскадра забазировалась в Трабзоне и представляла внушительную силу. Основной ударной силой были итальянский линкор "Андреа Дориа" и турецкий "Явуз" (бывший немецкий "Гебен"), тяжёлый итальянский крейсер "Больцано", по одному лёгкому крейсеру от итальянцев и турок и по четыре эсминца от итальянцев и турок. И ещё около двух десятков сторожевиков, тральщиков, канонерок и прочей мелочи. В день начала штурма Батуми, Турецко-Итальянская эскадра подержала огнём своих орудий наступающих турок. Что возможно и обеспечило их успех на северном участке. В первый же день штурма, турки взяли городок Чаква и продвинулись на 3–4 километра. Эскадра продолжила крейсировать вдоль побережья Аджарии, не входя в зону возможного поражения нашими береговыми батареями. Только одним этим, она уже срывала снабжение наших осаждённых войск, а так долго продолжаться не могло. Отдельная приморская армия, отбивая одну атаку за другой, тратила боеприпасы со страшной скоростью. Через несколько дней нашим войскам, особенно артиллеристам и миномётчикам нечем будет стрелять.

Я думаю, командовавший Черноморским вице-адмирал Исаков Иван Степанович лучше многих понимал, что один наш линкор "Парижская коммуна", 4 крейсера, 3 лидеров и 14 эсминцев в морском бою вряд ли смогут одолеть Итало-Турецкую эскадру. Поэтому её уничтожение возложил на подводные лодки, торпедные катера и авиацию. Первая атака из-за несогласованных действий, не достигла желаемого результата. Потеряв две подлодки, четыре торпедных катера, шесть бомбардировщиков и торпедоносцев добились скромного результата. Повреждён торпедой тяжёлый крейсер "Больцано", от попадания двух торпед утонул итальянский эсминец, от бомб погибли четыре тральщика и сторожевика. Итальянский и турецкие линкоры получили по паре попаданий 250 кг бомбами. Но это не вывело их из строя и как-то заметно не отразилось на их боеготовности. Думаю Иван Степанович урок усвоил, потому и привлёк к совместным действиям ВВС Закавказского фронта. Правда только истребителей с штурмовиками, но и этого хватило. Днём, на третий день штурма, Итало-Турецкая эскадра в пятнадцати километрах от берега как обычно вела огонь по позициям Отдельной приморской армии. Тут-то всё и случилось. Два полка истребителей за пять минут садили с неба прикрывающую эскадру итальянскую эскадрилью. И двинулись на встречу итальянским и турецким истребителям, взлетевшим на помощь. В это время в атаку на эскадру вышли наши штурмовики. Полк штурмовиков морской авиации и полк штурмовиков Закавказского фронта, работая по лёгким силам и установкам ПВО эскадры. Одновременно в атаку прикрываясь дымовой завесой, пошли наши торпедные катера. Через пятнадцать минут на Турецко-Итальянскую эскадру навалились два полка морской авиации бомбардировщиков, торпедоносцев и топмачтовиков. И на этом можно сказать история Турецко-Итальянской эскадры закончилась. У же третий день спорят. Кто больше попал, в кого попал, чем попал, чья заслуга в разгроме вражеской эскадры весомей. По мне это не самое главное, важно что восстановили возможность снабжения нашей осаждённой армии в Аджарии. И наш Черноморский флот снова активно поддерживает своей артиллерией оборону Отдельной приморской армии. И что штурм турками Батуми забуксовал, невзирая на четырёхкратное превосходство в живой силе.

Разгром Итало-Турецкой эскадры наделал шума не только в стране, но и в мире. Два линкора, тяжёлый крейсер, два лёгких крейсер, семь эсминцев и полтора десятка мелких кораблей — утопили только с помощью авиации, торпедных катеров и подводных лодок. Можно было бы возразить, сказав, что в разгроме Средиземноморского флота англичан основная роль тоже принадлежит авиации и подводным лодкам. По факту это так, кто бы спорил. Но участие итальянских тяжёлых кораблей в разгроме английской эскадры, этот эффект смазало. А тут чистой воды победа лёгких сил без участия тяжёлых кораблей. За эту победу щедрый дождь наград пролился и на морскую авиацию и на сухопутную и на флот, а Исаков получил следующее звание адмирал. Был правда спорный момент насчёт "Больцано". Который получив в первый день торпеду, ушёл ремонтироваться в Трабзон. Там его и добили на следующий день, после разгрома основных сил эскадры, объединённые силы ВВС Черноморского флота и ВВС Закавказского фронта. Поэтому Авиаторы стали настаивать, что это была отдельная операция. По мне так и спорить не о чем, отдельная так отдельная, главное что утопили. Кстати в плен попало больше тысячи итальянских моряков и чуть меньше турецких. Наш флот вылавливал их из воды до темноты. Повезло им, что это не Баренцево море или Северная Атлантика. Там даже летом, больше пяти минут в воде не продержисья.

Да Северная Атлантика начала уже собирать свою горькую дань с наших моряков. Волчата "папаши Денница" отправили на дно два наших грузовых парохода, возвращавшихся в Архангельск. Мои мысли приняли другое направление, вспомнив как я убеждал ИВС переоборудовать суда в конвойные авианосцы именно на севере. Это же очевидно, что бы избежать потерь в грузовых судах, нужна система конвоев. В моей бывшей реальности Северный флот СССР был слишком слабым к началу войны. Здесь это в какой-то мере исправили. Перед самой войной на север перевели новый крейсер "Максим Горький" и шесть эсминцев с Балтийского флота, ещё столько же эсминцев собирались перевести с Дальнего востока после открытия северной навигации. Ввели встрой и перебросили с других флотов дополнительно двенадцать подводных лодок, тридцать восемь тральщиков, охотников, сторожевиков и около двадцати торпедных и сторожевых катеров. Мало конечно, поэтому судостроители прилагают большие усилия по в воду встрой новых кораблей — эсминцев, сторожевиков, охотников, тральщиков, подлодок. Зато авиацию к началу войны Северный флот увеличили почти в семь раз. Ещё в Мурманское и Северное пароходство перевели с Балтики и Черного моря более сорока грузовых и грузопассажирских судов. Так что есть кому ленд-лиз из США возить.