Чтение онлайн

— Позволь, не главы ли Рядилища, часом?

Мальчишка молчал. Зигвард припоминал разговоры с Фалконом годичной давности.

— Волчонок! — вспомнил Зигвард. — Ты — Волчонок, да?

— Я похож на волчонка? — спросил мальчишка саркастически и задрожал. — У меня острые зубы и четыре ноги, да? И шерсть. Сволочи вы все.

Сейчас заплачет, подумал Зигвард. Птица и камень, что же делать? Ну, не бросать же его здесь.

— Так, ладно, — сказал он. — Дай-ка я тебя подсажу на коня. Доедем до… не помню, как деревня называется… там видно будет.

В селении у местного кузнеца нашлась свободная каморка, но не нашлось сдачи с золотой монеты. Пошли на компромисс — кузнец взял себе золотую монету, но уступил свое спальное помещение Зигварду и мальчишке, а сам пошел спать в каморку, оставив гостям кувшин с дрянным пивом и хлеб.

Волчонок поел хлеба и уснул. Зигвард подхватил его в тот момент, когда он начал заваливаться на бок, перенес на кровать, укрыл все той же шалью, а сам устроился на полу перед дверью, держа в кулаке кинжал.

Ночью на улице раздавались голоса. Где-то дрались, какая-то женщина трагически взывала к справедливости в течении получаса и, скорее всего, так справедливости и не получила. Перед рассветом по единственной улице селения с грохотом прокатилась карета. Потом та же карета с грохотом прокатилась в обратном направлении. Оптимистически запели птицы.

Наутро они позавтракали все тем же хлебом.

— Не знаю я, что с тобой делать, — сказал Зигвард.

— Только обратно не отвозите.

— Обратно я не могу, если бы и хотел — нельзя. Я, парень, такой же беглец, как ты.

— Били вас сильно?

— Не очень. Но все равно неприятно. В общем, я направляюсь кое-куда, и могу взять тебя с собой. Это…

Он уже начал было рассказывать про Колонию Бронти, но вовремя спохватился. Мальчишка может потеряться в пути, может отстать, может уйти сам и вернуться в Астафию, а жителям совершенно не нужно знать, куда именно направляется их бывший повелитель. Впрочем, мальчишка не знает, кто он такой. Но мало ли что.

— В общем, хорошее место, гостеприимное. Я тебя там кому-нибудь в подмастерья определю, если хочешь. Будешь ты кузнец, или портной, или еще чего-нибудь.

— Я буду искать приключений, — сказал Волчонок непримиримым тоном. — Мне обязательно нужно убить дракона.

— Безусловно, но не вдруг же. Вдруг нельзя. Сперва надо чему-нибудь выучиться и подрасти чуток. Дракона убить — дело хорошее, но в твоем случае не очень безопасное. Ты его будешь убивать, а он тебя не заметит, да еще наступит ненароком.

Сожженный Кронин отстраивался нехотя. Восстановление города обсуждалось в Рядилище несколько месяцев. Половину затрат планировали оплатить из государственной казны. Несколько ушлых подрядчиков получили разрешения и средства и скрылись в неизвестном направлении. Еще несколько начали строить дома и мостить улицы, но дело двигалось медленно, с большими задержками. На северо-западе города одиноко и величественно высился уцелевший при пожаре храм, построенный по проэкту Зодчего Гора. Храм отремонтировали на средства какого-то богатого человека, пожелавшего остаться неизвестным. Новые же здания строили по новым проэктам, и выглядели они, подумал Зигвард, уродливо и глупо, а спланированы были абсурдно. Например, декоративный ров вокруг нового Купеческого Собрания, с мраморными ступеньками, ведущими вниз к основанию, где человек оказывался невидим с улицы, без сомнения будет использован ночью как альтернатива публичному туалету. Очевидно, идеи и мысли зодчих были настолько возвышенны, что думать о примитивных глупостях, вроде повседневной городской жизни, было ниже их достоинства.

От здания Кронинского Университета, в котором некогда учился Зигвард, осталась только южная стена и три колонны. Вокруг успели почистить и посадить какие-то деревья. Очевидно, здесь собирались разбить парк. Новый Университет строился на противоположной стороне города и выглядел некрасиво, слишком громоздко и плоско.

Зигвард с удивлением обнаружил, что особняк его дяди сохранился полностью. Внутри шумели и смеялись. Зигвард вспомнил, как шумели и смеялись они сами — студенты — в этом вот особняке, во времена его, Зигварда, юности. Он улыбнулся. Но заходить в особняк не стал.

Некоторые предместья уцелели. В одном из них Зигвард продал коня и нанял возницу с парой неприветливых лошадей и подержанной на вид, но, по-видимому, прочной каретой. В лавке портного он, не торгуясь, приобрел теплую одежду для себя и для Волчонка. Волчонок следовал за Зигвардом как привязанный, и это было хорошо с чисто практической точки зрения. Девятилетние дети за которыми не нужно следить редки и ценимы. Зигвард припомнил времена, когда Первому Наследнику Буку было столько же лет, сколько теперь Волчонку. Ходить с ним вдвоем на охоту было сущим наказанием. А собственно, подумал Зигвард, с чего это я взял, что Волчонок хочет непременно быть подмастерьем в какой-то провинциальной колонии? Может, его нужно как-нибудь отправить к своим?

Да. Но. Кто же, повидавший Астафию, пусть и из окна флигеля для слуг, захочет жить в дикой Артании, с их нравами и грязью? Правда, Волчонок — сын Номинга. Ну и что? Дворец Номинга — сарай какой-то, кругом пылища, люди все странные и злобные, у многих не хватает зубов, а лица рябые. Кстати, у Улегвича дворец хорош. Выстроен во времена Большого Перемирия самим Зодчим Гором, которому очень хорошо заплатили. По официальной версии, кстати говоря, именно за строительство зданий на артанских территориях и был выслан Зодчий Гор.

— А ты не хочешь обратно в Артанию? — спросил Зигвард, когда они сели в карету и возница зачмокал, завозил вожжами, высказал несколько невнятных угроз и в конце концов четырьмя ударам кнута пробудил в лошадях былую тягу к путешествиям на дальние дистанции. Карета дернулась, заскрипела, качнулась на ухабе, и покатилась вперед.

Волчонок промолчал.

— Так хочешь или не хочешь? К отцу? К маме?

Помолчали.

— Ну так я, вроде, спрашиваю, — сказал Зигвард.

— Сказал едем в бурбонию, значит, едем в бурбонию.

— В колонию, а не в бурбонию.

Волчонок отвернулся и засопел недовольно.

Ночью, после короткой остановки посреди поля, Волчонок уснул, а Зигвард пересел к вознице.

— Как дела, парень?

Возница посмотрел неодобрительно на луну, покряхтел, и наконец сказал:

— А дальше Мутного Дна я тебя, господин мой, не повезу.

Как все-таки неудобно иметь дело с людьми. Никогда не знаешь, что еще они выкинут в следующий момент. Ни на кого нельзя положиться.

— Мы же уговаривались до самой границы.

— Да.

— Ну так что?

— А то.

Помолчали.

— Ты все-таки скажи, — начал Зигвард, — почему не…

— Луна полная. Видишь? Вон она. Полная. Про луну-то ты мне ничего не говорил.

— А должен был сказать, да? — осведомился Зигвард.

— Еще бы. Полная луна — это самое наиглавнейшее дело. Нельзя в полнолуние ехать дальше Мутного Дна.

— А за двойную плату?

— Все равно нельзя. Не поеду.

— Почему же ты сам не вспомнил про полную луну? Когда мы с тобой договаривались?