Год Мамонта
Шрифт:
Фалкон встал, низко поклонился, и вышел из гостиной. В передней хлопнула входная дверь.
Фрика немного посидела в гостиной, а затем прошла в спальню, не прикрыв за собой дверь. Постояв некоторое время не двигаясь, она бросилась на постель лицом вниз и заплакала. Воспользовавшись этим, Брант отделился от стены и проскользнул в гостиную. В этот же момент дверь в апартаменты Шилы бесшумно открылась. Шила просунула голову в гостиную, приложила палец к губам, и поманила Бранта. Он беззвучно пересек комнату, и они оказались вдвоем у Шилы в спальне.
— Садитесь, — сказала Шила, задвигая засов. — Сюда эта сволочь Фалкон зайти так бесцеремонно не посмеет. Он меня боится.
Брант осмотрел помещение отсутствующим взглядом и сел на пол у кровати.
— Ну, ну, не надо унывать, — сказала Шила, садясь рядом.
— Вы все слышали?
— А как же. Вон, кстати, ваши девять тысяч, на столе.
— Ага, — сказал Брант безучастно.
— И какое же впечатление произвел на вас наш хват Фалкон? Ходячая достопримечательность столицы?
— Мерзавец, — сказал Брант мрачно.
— Угу, — согласилась Шила… — Ну-ка, давайте я вам задам несколько очень умных вопросов. Может, я смогу вам помочь.
Брант усмехнулся.
— Помочь?
— Вы любите мою мать?
Брант закрыл глаза и кивнул.
— Вы вчера ночью с ней переспали?
Он сурово посмотрел на нее.
— Извините, что вмешиваюсь, — сказала Шила. — Но, поверьте, это очень важно и очень срочно. И я на вашей стороне. Отвечайте.
— Да.
— А она вас любит?
— Думаю, что да.
— Не будьте таким самоуверенным.
— Мне так показалось.
— Возможно. Но моя мать — очень странная женщина.
— Да.
— Ей было шестнадцать лет, когда я родилась, — сказала Шила. — Это очень рано. В таких случаях, отношения матери и дочери больше похожи на сорорные. На людях было бы неприлично, но наедине с ней я называю ее Фрика.
— А она как вас называет? Наедине?
Шила криво улыбнулась.
— Она меня называет «ну, ты». Как правило. Что вы думаете о предстоящем замечательном браке с Фалконом?
— Его нужно предотвратить.
— Вы знаете, как это сделать?
— Нет. Сейчас — нет. Не знаю. Подумаю.
— Ее нужно похитить. И увезти.
— Вы слышали… впрочем…
— Что она не может выехать из Астафии? Да. И я знаю, что это правда.
— Я тоже.
— В Астафии от Фалкона не спрячешься, — сказала Шила. — Кругом доносчики. Значит, нужно сделать так, чтобы вы смогли ее увезти. То есть — снять заклятие.
— Вы знаете, как это сделать?
— Догадываюсь.
Брант резко повернулся к ней.
— Ну да? Говорите.
— Ишь какой стремительный, — сказала Шила с насмешливым одобрением. — Настоящий рыцарь. Ладно. Заклятие наложено колдуном по прозвищу Волшебник. Он тут бывает наездами, раз в три года. До следующего наезда еще целый год. А свадьба через три месяца.
— Ну, ну?
— Вам нужно будет к нему поехать. И попытаться заставить его снять заклятие.
— А где он живет?
— По слухам — в Стране Вантит.
— Нет такой страны.
— Не будьте скучным ханжой, — сказала Шила. — У меня вон кладовая полна под завязку сувенирами из Вантита. Некто Хок — вы знаете, кто это такой?
— Да, — сказал Брант мрачно.
— Так вот, Хок даже организовывал специальную группу для засылания в Вантит. Они год готовились, изучали легенды и слухи. И — нашли.
— Что нашли?
— Вход. Условно входы в Вантит принято именовать лазами. Так вот, они нашли лаз и поехали.
— И что же?
— И вернулись. И привезли с собой много всякого разного добра. А потом опять поехали.
— И? Опять вернулись?
— Нет. Пропали.
— Так, — сказал Брант. — А покажите-ка сувениры.
— Пошли.
Они поднялись с пола и проследовали в гостиную Шилы. Отперев один из стенных шкафов, Шила показала на внутренние полки.
— Смотрите.
Брант зашел в шкаф. Предметы на полках действительно были странные, ни на что ранее им виденное не похожие. Он взял один из них с полки и повертел в руках. Параллелепипед с приделанной к нему по центру цилиндрической кругляшкой, а в центре кругляшки — выпуклое стекло. Он поставил предмет на полку и взял следующий. Обыкновенный с виду фолиант. Но нет — переплетен фолиант был очень странным способом, текст был на непонятном языке, а буквы такие ровные и одинаковые, что поверить в то, что они написаны рукой человека, было совершенно невозможно. Страницы поронумерованы незнакомой цифирью. Листнув несколько страниц и следя, как меняются номера, Брант определил, что система нумерации — десятичная. Он положил фолиант обратно и взял следующий предмет. Это был кубок. Вернее, кружка. Стенки кружки были ровные, как у серебряного кубка, и слишком тонкие для глиняной кружки, и покрыты чем-то очень гладким и прозрачным. Следующий предмет сделан был из очень необычного, очень легкого материала — продолговатый, плоский, с какими-то миниатюрными продолговатыми и плоскими, черт его знает, нажимами-рычагами, белыми и черными, в четком порядке.
— Что это? — спросил Брант.
— Музыкальный инструмент, — сказала Шила. — Только он сломался, и никто не знает, как его починить. Он издавал звуки, похожие на деревенский рожок. Двенадцать тонов в октаве.
Брант не поверил. Положил предмет обратно на полку.
— Да, странные вещи, — сказал он. — Откуда они у вас?
— Один из вантитской группы набивался какое-то время ко мне в любовники, — объяснила Шила. — Задабривал.
— А где он сейчас?
— Очевидно, там.
— Где — там?
— В Вантите. Я же сказала — из второго похода они не вернулись.
— Как давно это было?
— Год назад.
— Они все туда ушли? Никто не остался?
— Все.
— Странно.
Помня опыт Колонии Бронти, Брант подумал, что, возможно, вся вантитская группа была просто уничтожена Фалконом. Но не сказал об этом Шиле.
— Ну, хорошо, — сказал Брант. — Предположим, что Страна Вантит существует, и что там живет колдун по прозвищу Волшебник, и что именно он зачем-то наложил на вашу матушку заклятие, и что он может это заклятие с нее снять. Мы подошли к главному. Где находится Страна Вантит, и в какой именно ее части живет этот самый Волшебник?
— Я думаю, — сказала Шила, — что есть какие-то карты, составленные группой, и их можно найти в архивах.
— Каких архивах?
— Архивах Фалкона, естественно. Я почти уверена, что никаких сведений о Вантите он в публичное пользование не передавал.
— А сувениры?
— Сувениры — одно, а карты другое. По сувенирам путешествовать нельзя.
— Значит, нужно пробраться к Фалкону в архив.
— Я попробую, — сказала Шила.
— Нет уж, пробовать буду я.
— Брант, вы очень храбрый и ловкий.