Чтение онлайн

– Слушай, не учи меня проводить сеансы. Не надо долго задерживаться в одном положении, нужно менять подход. – Она повертела головой.

– Как скажешь.

Джоан вытащила свою самодельную доску и начала переставлять все предметы. Игорь уселся на краю сцены, навострив уши и ровно положив хвост позади, и уставился в темноту пустого зала. Вдруг он замяукал. И всё с большим любопытством.

Я тоже посмотрела в зал, но увидела только красные знаки выхода. Один из них моргал и гудел. Разве раньше такое было? От холода, опустившегося на зал, как невидимый туман, по коже у меня поползли мурашки – давно ли стало так зябко?

Игорь медленно встал. Шерсть у него на загривке поднялась дыбом – свидетельство самого сильного любопытства.

– Ну же, Оливия, – поторопила Джоан. – Давай руки.

Она положила наши руки на стрелку доски, представляющей собой кусок картона с отверстием посередине, затянутым снизу пищевой плёнкой, из-за чего буквы искажались, морщились.

– Не давите слишком сильно, – прошептала Джоан. – Просто коснитесь картона. Закройте глаза. Сделайте долгий выдох.

Я выдохнула и услышала только биение собственного сердца и отдалённый гул электричества в неисправном знаке выхода. Генри прижался ко мне коленом.

– Привидения, – снова обратилась к призракам Джоан. – Скажите, вы здесь?

Стрелка под нашими пальцами начала двигаться. Генри вскрикнул, а я крепко прикусила язык, чтобы тоже не закричать.

– Соберитесь, – прошептала Джоан. – Начинается. Смотрите.

Мы взглянули на стрелку, кончик которой перемещался по доске, – но что за буквы она показывала? Сначала «Н», потом «И», потом «З». Бессмыслица.

Я представила, как мой мозг словно щупальцами обшаривает все углы помещения. Пожалуйста, пусть всё это будет правдой.

– Джоан! – прошептал Генри. – Что это такое?

– Она сама двигает стрелку, – сказал голос откуда-то из кулисы – хриплый, гулкий, неприятный.

Мы все замерли, и стрелка тоже. Джоан с окаменевшим лицом смотрела мимо нас.

– Оливия! – Генри впился пальцами мне в колено. – Что это?

Я подавила панику. То, что стояло за нашими спинами, явно выжидало. Мне хотелось бежать отсюда без оглядки, но любопытство подзадоривало повернуться и узнать, кому принадлежит голос.

И я обернулась.

Там стоял серый человек, высокий и худой, с чёрными дырами на месте глаз и таким же ртом. Он был весь из дыма, движущегося света и тёмных провалов. Голова сначала была очень большой, потом стала совсем маленькой. Нос блеснул на призрачном лице и пропал. Ноги были, а потом тоже исчезли.

Игорь ловил лапами движущиеся кончики пальцев привидения. «Какая занятная новая игрушка! Дай сюда!»

– А знаете, – произнёс пришелец, растягивая рот в ужасающей улыбке, – чтобы разговаривать с призраками, вся эта ерунда не нужна.

Джоан испустила сдавленный стон ужаса – как бывает, когда проснёшься от кошмара и хочешь закричать, но голос застревает в горле, – и бросилась к ближайшему выходу.

На сцене остались мы с Генри и Игорь. И высокий серый человек из дыма, а также ещё три призрачные фигуры позади него, появившиеся из темноты.

Мы с Генри наблюдали за их приближением. Генри сильно трясло, и я ждала, что он в любой миг вскочит и последует за Джоан, но я оставалась на месте, хотя сердце и норовило выпрыгнуть из груди. Мы сделали то, что хотели: вступили в контакт с призраками – как же можно упустить такую удачу?

Кроме того, Игоря появление призраков на сцене, кажется, не обеспокоило. Он даже завалился рядом с серым мужчиной и подставил ему свой живот.

– Не нужно нас бояться, – сказал призрак. Его улыбка представляла собой кривую дыру, а вместо живота чернел провал. Он протянул руку, и дымчатые пальцы красноречиво изогнулись. У него был странный старомодный акцент. – Мы не обидим ни тебя, девочка, ни твоего кота, ни тебя, Генри.

Генри издал тихий испуганный звук.

– Вы меня знаете?

Серый человек по-птичьи вскинул голову:

– Я провёл в этом здании много лет и знаю обитающих здесь людей. Мы давно наблюдаем за вами обоими.

Меня осенила догадка:

– Значит, этот морозный воздух говорил о вашем присутствии!

Улыбка серого человека стала ещё шире.

– Именно. И, я думаю, теперь мы готовы вам доверять. В конце концов, вы взяли на себя труд вызвать нас. Мы должны хотя бы поздороваться с вами. – Призрак повернул голову на сто восемьдесят градусов к стоящим за его спиной фигурам. – Вы согласны, друзья?

Три привидения кивнули, отчего их дымчатые тела пошли волнами.

– Я – да, – произнёс один из двух невысоких призраков – мальчик, вероятно чуть младше меня. Его серый силуэт имел голубоватый оттенок и был в тёмных светящихся пятнах, похожих на ожоги. – Думаю, Тилли тоже согласится, – продолжил он, улыбнувшись. Половина челюсти завитком дыма сползла вниз и снова вернулась на место. – Конечно, это только моё предположение.

– Я согласна, – сказала другая маленькая фигура – синевато-серая девочка с косичками, парящими вокруг её головы. Дым поднимался над её телом, словно она была объята огнём. – И могу поручиться, что Джакс тоже.

Серый мужчина кивнул:

– Понимаете, Тилли и Джакс не видят и не слышат друг друга. Это очень трагично.

Мальчик, Джакс, сложил руки на груди, а девочка, Тилли, выплюнула на сцену шарик завивающегося дыма, который растаял и просочился сквозь пол.

– Не драматизируй, Фредерик, – сказала Тилли.

– Прости, я действительно питаю слабость к мелодрамам, – ответил серый мужчина. – Думаю, это побочный эффект от занятий искусством… – Он нахмурился. – Наверное, это было искусство. Хотя, может быть, и политика. Или сельское хозяйство. Я точно не помню.

– Искусство? – прошептала я, пытаясь уложить всё происходящее в голове.

Серый человек, Фредерик, кивнул, потом поклонился, осел на пол, превратившись в сизую лужу, и снова принял прежний вид. Мы с Генри отшатнулись, но он только улыбнулся:

– Прошу простить. Иногда мне трудно сохранять форму. – Он притянул к себе оставшиеся клочья дыма и огладил мглистый пиджак. – Меня зовут Фредерик ван дер Бург, а это Тилли и Джакс. – Он указал пальцем на призраки детей. – А это, – он направил палец на четвёртое привидение, – мистер Уортингтон.

Конец ознакомительного фрагмента.