Чтение онлайн

— Нет, выйдет. Я добьюсь!

И, уцепившись за гриву лошади, заставила Сивка взять барьеры…

Трудные съемки продолжались много месяцев. Наконец бесстрашная Василинка начала свой путь по экранам. В Киеве фильм демонстрировался одновременно в девяти кинотеатрах. Василинку полюбили и юные, и взрослые зрители. Талант молодой киноактрисы получил широкое признание. Но успех Василинки, аршинные афиши, портреты в газетах, сотни писем, кинофестивали и встречи со зрителями не вскружили Гуле голову.

Среди рецензий, очерков, статей, посвященных талантливой юной актрисе, была одна маленькая заметка, которую мы нашли в ее киноальбоме. Сорок лет назад ее напечатала газета «На змiну». А написала пионерка Гуля Королева.

«Готовясь к картине и снимаясь, я многое узнала о битвах за революцию. «Дочь партизана» учила меня понимать величие нашей революции. И своей Василинкой я хотела сказать, что советские ребята бесконечно преданы Советской власти…»

Вдумаемся в эти слова. Они многое говорят о том, как мужала эта обыкновенная советская девочка. Мы узнаем в ней черты славного пионерского племени, бесконечно преданного Родине, веселого и беспокойного, неутомимого и деятельного, которое училось и работало, садило деревья и выращивало молодняк, собирало металлолом и уничтожало сусликов, охраняло урожай и искало лекарственные растения, переписывалось со всем миром и задумывалось над его судьбой.

Когда в Ленинском райкоме Киева Гулю принимали в комсомол, десять пар юных глаз внимательно и по-дружески смотрели на нее.

— Кажется, все ясно. Есть еще вопросы к Королевой?

— У меня.

— Спрашивай.

— В кино отважной дочкой партизана мы тебя видели. Ну, а если завтра нужно будет совершить что-нибудь особенное, проявить смелость, волю… Ты сможешь?

— Постараюсь.

И поднялись все десять рук.

Тем временем как «Дочь партизана» путешествовала по всей стране, Гуля с успехом снималась в новых фильмах. В комедийном «Солнечном маскараде» она сыграла одновременно две роли — парня и девушки. А впереди ее ждала большая и трудная роль Варьки. Королеву пригласили сниматься в картине «Я люблю» — о старом Донбассе, о бедах и горе былой шахтерской жизни. В сердце Гули глубоко запали рассказы бывалых людей о Донбассе «собачевок», о шахтерах, которые запрягались в салазки и, словно кроты, прогрызали угольный пласт…

Варька — внучка деда Никанора. Потомственный хлебороб, много лет проработавший на чужой ниве, он пришел в Донбасс попытать счастья под землей. Искал лучшую долю, а нашел смерть. За лишний пятак Никанор согласился работать в опасном забое. И вот уже его несут на носилках, покрытых брезентом. Варька стоит у тела деда, и горячие слезы капают на глубокие морщины…

После съемок этих эпизодов актер Чистяков, исполнявший роль шахтера Никанора, спрашивал:

— Гуля, милая, откуда у тебя такая правда и сила переживаний?.. Знаете, мне казалось, будто я в самом деле умер. Лежу и чувствую, как мне на щеки падают настоящие Гулины слезы. У меня даже волосы на голове зашевелились.

Среди участников этой картины были такие большие мастера, как Гардин, Ужвий.

— Из впечатлений, которые у меня остались от съемок картины «Я люблю», пожалуй, наиболее яркие связаны с Гулей Королевой, — вспоминает Наталия Ужвий. — С первых съемок меня взволновали простота, серьезность и глубина Гулиной игры. Когда я посмотрела уже готовую картину, решила: вырастает большая актриса.

РАЗГОВОР С ВОЕНКОМОМ

Давно отзвенел для Гули последний школьный звонок.

Идет весна 1941 года…

Королева — киноактриса и студентка. Вместе с ней в институте учится ее муж.

Гуля усиленно готовится сыграть в новом фильме роль молодой героини гражданской войны. До съемок еще далеко, а экзамены уже сданы, и завтра Гуля с мужем отправятся на праздник открытия нового стадиона. Начало в три.

Но открытие стадиона не состоялось: в этот день на Киев упали первые фашистские бомбы…

На сборном пункте военкомата Гуля прощалась с мужем. Если бы не одно обстоятельство, они б ушли на фронт вместе. Но Гуля ждала рождения ребенка.

Тяжелое известие об оставлении Киева застало Гулю в Уфе. Ее сынишке Ежику еще не было двух месяцев, когда Королева пришла в военкомат.

— Я спортсменка, стрелок, наездница. Хочу пойти на фронт.

— Но ведь у вас на руках ребенок…

— Родина в опасности.

Королеву послали работать в госпиталь. С утра до поздней ночи она занята в операционной. И при этом еще успевает выступать с концертами. Ее слушают, горячо провожают. Только думы Королевой о другом. Она видит, как выздоравливающие раненые молча и долго стоят у карты Родины. На фронтах труднейшее положение. И ни днем ни ночью, ни у постели раненого, ни у колыбели сына Гулю не оставляет мысль: «Твое место только на передовой. Завтра может быть уже поздно… Во имя сына это нужно сделать именно теперь».

——

«Военному комиссару города.

Я вижу весь смысл своей жизни в том, чтобы немедленно отправиться на защиту Советского Отечества, на защиту своего сына. Прошу послать меня на фронт. Я готова отдать свою жизнь, только бы жила Советская власть и счастливыми росли наши дети.

Марионелла Королева».

Воевком, провоевавший всю гражданскую, колебался. Королева настаивала. Разве вся ее жизнь не была подготовкой к большим испытаниям? И добилась своего. Возвратившись из военкомата, Гуля сказала:

— Дорогие, будем прощаться. Меня взяли в армию.

Обняла Ежика, расцеловала мать, отчима. И только на пороге, в последний раз обернувшись, уронила слезу. Это было в мае 1942 года.

Военный эшелон мчит почти без остановок, а вдоль железной дороги — вспаханные бомбами поля, деревья, иссеченные пулями, руины городов, черные скелеты обгоревших зданий… Прикомандированный к агитбригаде стрелковой дивизии доброволец Королева едет на фронт.

А дома с волнением ждут, когда постучит в дверь почтальон…

«Мои дорогие!

Как вы там? Как Ежик? Крепко-крепко обнимите его и поцелуйте за меня.

Ехали мы хорошо… Настроение у всех бодрое.

Довелось мне быть случайным свидетелем разговора, который вел со своей винтовкой боец, стоявший на посту. Как чудесно он с ней разговаривал! Называл самыми ласковыми, какие только можно придумать, словами. Хочется скорее на передовую, чтобы гнать этих фашистских гадов. Здесь всюду вместо сел чернеют одни пепелища…

А сколько искалеченных детей!

Мы спросим с гитлеровских мерзавцев за каждую каплю народной крови.

Одна мысль у всех: скорее в бой…»

«В ОГНЕ НЕ ГОРИТ И В ВОДЕ НЕ ТОНЕТ…»

В те дни, когда «Дочь партизана» шествовала по экранам, комсомолец из Сум прислал письмо, которое было опубликовано в «Известиях».

«Дорогая Гуля! Ты очень хорошо и правдиво изобразила героическую Василинку. У нас в городе все так считают. Очень рад за тебя, желаю вырасти настоящим, мужественным человеком…»