Чтение онлайн

Нэнси Фрэнк

Как бы ему ни не нравилось, что моя карьера затрагивает нашу семейную жизнь, он получал от этого ощутимые выгоды. Он делал вещи, которые очень помогали «корпоративной супруге». Например, как-то раз на одном из мероприятий Фрэнк познакомился с моим генеральным директором, а потом написал ему письмо о том, какое впечатление на него произвела компания и что он понимает, почему его жена так ответственно и преданно трудится. Он отправил это прекрасное письмо, и однажды генеральный директор остановил меня в коридоре и сказал, что ему было очень приятно получить такое послание. Я ничего не знала, поэтому спросила [мужа]: «Что это было?» – «Да так, одно письмо написал…»

Переезды всей семьи, связанные с работой одного из супругов, заставляют супругов решать все те же задачи, отвечать на те же самые вопросы, только поставленные на этот раз ребром: кто важнее – муж, жена, компания? Кто-то чем-то должен пожертвовать – как это решить?

Карен Прайс

Я работала в крупнейшей инженерной компании мира. Ряд повышений и двенадцать переездов в течение пятнадцати лет – высшая похвала и доказательство успеха. Если ты продолжаешь на них работать и тебя опять куда-то переводят, – это означало, что тебя очень высоко ценят. Мужья хвастались, что их заметили и переводят в другой город, а то и в другую страну, а их милые женушки собирали детей, продавали дом и ехали вслед за ними. Мы же с подругами недоумевали: что будет с нашей личной жизнью в случае переезда? Нам не нужны были мужчины, которые станут собирать наши вещи и следовать за нами, бросая все. Мы хотели мужей, у которых своя карьера. Но тогда как же нам каждый год переезжать, когда у них своя работа здесь?

Многие крупные организации просто зациклены на передислокациях своих сотрудников, они используют их как проверку – и таким образом теряют множество блестящих, умных женщин, которые очень хотят работать, но все же не ценой разбитой личной жизни. Мужчины нередко считают это недостаточно веским аргументом и расценивают как несерьезное и безответственное отношение к работе. Отчасти так оно и есть – но это недостаточно серьезно и ответственно, прежде всего, со стороны работодателя, который до сих пор все еще не хочет понять, что игра в превосходство нас не устраивает и мы не станем играть по его правилам.

Если переезд – это своего рода тест, то женщины все чаще его бойкотируют. «Проблема с женщинами в том, – говорит Питер Райт, вице-президент по управлению человеческими ресурсами «Эсте Лаудер», – что их никак не заставишь переехать. Мы работаем по всему миру, и нам нужны руководители в разных странах. А они просто отказываются переезжать!» А Чтобы сохранить своих лучших женщин, ему пришлось изменить политику и искать будущих руководителей на местах, а руководителей, которые готовы переезжать, подтягивать до нужного уровня4. Но Райт вовсе не стремился служить своим сотрудникам, он требовал, чтобы они служили ему. Его проблема с женщинами была в том, что он считал их нежелание подчинять личную жизнь работе серьезным недостатком. Это означает, что мы непременно должны выбирать, а мы не хотим этого делать.

Когда женщины или пары сталкиваются с необходимостью сделать подобный выбор, они рассматривают как решающий фактор не успех в предстоящей работе, а успех своего главного совместного проекта – семьи. Для этого нужно полное взаимопонимание.

Пейдж Арноф-Фенн

Мне предложили работу в «Кока-коле», так что я переехала в Атланту, а муж остался в Вашингтоне. Мы оба были «на коне» и понимали, что если кто-то из нас откажется от своей работы, то будет жалеть об этом всю жизнь, поэтому нам пришлось сделать этот шаг. Так был приобретен незаменимый опыт. Мы настолько сильно скучали друг по другу, что в результате оба уволились и нашли работу в одном городе. Это было наше общее решение, и мы оба чувствовали, что поступаем правильно, поэтому решиться на это было не так сложно. Я думаю, когда-нибудь мы снова переедем, и снова будем правы, потому что решим это вместе. Наш союз очень важен для нас обоих, и у нас одинаковые предпочтения. Мы оба много потрудились, чтобы иметь прекрасные резюме, но мы ценим время, проведенное вместе, и свой образ жизни. Это гораздо важнее работы.

Семейные пары часто сталкиваются с необходимостью решать очень серьезные вопросы. И не просто «что важнее – дом или работа». Гораздо жестче: что именно является главной и определяющей ценностью – корпорация или личность. Традиционные, старые компании предпочитают деспотизм равенству. А вы насколько глубоко позволите своей корпорации проникнуть в вашу личную жизнь? Нужна ли вам семья, в которой один доминирует, а другой подстраивается? Эти вопросы возникают постоянно – в процессе управления временем, при планировании командировок, на корпоративных вечеринках, при переездах на работу в другие города и страны и в ходе планирования всей карьеры. Готовых решений не существует, потому что это очень личный выбор, определяющий всю дальнейшую жизнь. Если решающим фактором для вас является честность, если вы жаждете цельной и полной жизни, то честность дома вам столь же необходима, как и во всех остальных сферах. Если мы действительно не хотим видеть работу как бесконечное соревнование, то еще важнее не превратить в него свою личную жизнь. В этой связи приходится изобретать новые модели поведения – как для одной составляющей нашей жизни, так и для другой. Эта область отношений совершенно не исследована для многих компаний и множества пар. И как всегда, исследование движется медленно, тяжело и довольно запутанно.

История Кэти Эстон – живой пример отношений, в которых изначально доминировали корпоративные ценности. Кэти всегда отдавала предпочтение работе и твердо об этом знала. Там она и познакомилась со своим будущим мужем, для них обоих карьера имела огромное значение. Но через несколько лет, после четырех переездов, Кэти поняла, что работа разрушает ее семью. Да и вообще всю жизнь.

Кэти Эстон

Я познакомилась с мужем, когда меня перевели из Детройта в Чикаго. Нам не всегда было легко. Он воспитан в традициях старой культуры, где доминирует мужчина, и, как правило, был всегда на стороне компании. Я раньше подшучивала над тем, что была только третьей в его списке ценностей, когда мы поженились. На первом месте – компания, на втором – его дети от первого брака, а только потом я. Мы оба были увлечены своей работой, оба уверенно двигались к своим целям. Когда мне предложили повышение с переездом, и нам предстояло некоторое время жить отдельно, никто из нас даже не подумал о том, чтобы отказаться. Компания сокращала количество рабочих мест вот уже в течение двух лет, и мы понимали, что продвинуться будет непросто. Мы жили порознь почти два года, причем последние пять месяцев я была беременна. Это муж хотел, чтобы мы пожили отдельно, прежде чем он позволит мне уйти из компании – не поменять должность или бросить работать вообще, а уйти именно из этой компании. Он был так предан ей, что это не предвещало ничего хорошего нашим отношениям.

Кэти много лет проработала в подчинении довольно жесткого начальника и в такой среде, где мужчины обсуждают гольф, а с женщинами вовсе не разговаривают. Беззаветно преданная компании, Кэти работала на все 200 процентов. Она упорно доказывала свою значимость – как самой себе, так и корпорации, начальнику, мужу, пока не заболела.

Кэти Эстон

Мне нужно было лечиться, и в один прекрасный день я поняла, что найду на это время, только если уволюсь. Муж однозначно заявил, что, если я уволюсь, он меня бросит. Все подруги в один голос твердили, что это чудовищно, но я не могла с ними согласиться. Я не хотела, чтобы мой брак распался по той причине, что мой муж неверно распределяет свою преданность…

Я думаю, что главное для пары в такой ситуации – и особенно для женщины – понять, как самой реагировать на возникшую проблему и как отреагирует на нее партнер. Я имела полное право рассчитывать на поддержку мужа, но не получила ее. Это поразило меня до глубины души. Если мужчина и женщина не могут понять друг друга, свои ценности, степень доверия и готовность идти на компромиссы, то последствия для семьи могут быть просто страшными. Особенно если это союз двух карьеристов.

В конце концов с помощью адвокатов, занимающихся вопросами дискриминации, Кэти сумела буквально «впихнуть» свои отношения с компанией и мужем в более-менее сносные рамки. Возможно, это тяжелый случай. Однако он ярко и наглядно показывает, до какой степени ожесточенности может дойти противостояние между партнером и компанией, – и неважно, вместе работают супруги или нет. Брак, основанный только на работе, не выдерживает испытания временем.

Даже там, где работа не доминирует так явно, она все равно может стать причиной серьезных разногласий. В компаниях деньги обычно напрямую связаны с властью. Чем больше вам платят, тем большей властью вы обладаете и тем меньше черной работы вам приходится делать. В семейной жизни такая схема не работает, потому что в семье вообще нет и не должно быть начальника. Вы же вместе, разве не так? Хотя порой крайне сложно не допускать в семейную жизнь корпоративные ценности.

Рут Коэн

Он получает в три, в четыре раза больше меня. Он платит за квартиру и за отдых. И конечно, мне кажется, что я должна как-то отблагодарить его за это. Поэтому я глажу одежду. Готовлю. Как-то я сломала руку, и, когда наложили гипс, врач сказал, что надо дать руке покой дня на три. Поэтому я попросила Билла в выходные готовить вместо меня. Вечером в воскресенье, когда я спросила, что у нас на ужин, он рявкнул: «Я уже шесть раз готовил еду в эти выходные!»