Чтение онлайн

Ничего подобного не случилось. И предлога у него нет.

Может, она здесь больше и не живет.

Может, умерла.

Есть надежда.

Он ненавидел себя за такие мысли.

Он сидел и мучился. Почему просто не подойти к дому, не позвонить в дверь и не покончить с этим делом?

Бадди решительно стал вылезать из машины, но в это время отворилась парадная дверь его бывшего дома и на улицу вышел мальчуган лет семи. Бадди остановился, а мальчуган подбежал к темно-бордовому пикапу, рывком открыл заднюю дверцу и залез в машину. Парадная дверь дома была открыта, и Бадди ждал, зная точно - с минуты на минуту она появится.

Так и случилось.

Он юркнул назад в машину с тем же чувством вины, что и в день, когда сбежал из дома. Снова как шестнадцатилетний. Ничуть она не изменилась.

Он был в полном смятении. Почему-то рассчитывал - надеялся, - что десять лет возьмут свое. Но даже издалека видно - она осталась, какой была. Прическа другая, вот и все. Роскошные кудри больше не спадают до пояса, она остригла до плеч свои рыжеватые волосы и выглядит еще моложе, чем ему запомнилась.

Сколько же ей лет? Он помнит, как спросил ее об этом, когда был восьмилетним ребенком, и как она его строго одернула:

"Дамы никогда не говорят о своем возрасте. Будь так добр, заруби это себе на носу".

Восемь лет мальчишке, а родная мать скрывает от него свой возраст.

Она села в пикап и уехала в другую сторону, оставив его в состоянии полного расстройства.

Он решил: торчать у дома и ждать, когда она с малышом вернется, глупо. В Сан-Диего у него есть другие дела, и чем быстрее он все закончит и отправится назад в Лос-Анджелес к Ангель, тем лучше.

Вулфи Швайкер.

Не пора ли заявить в полицию?

***

Они настороженно изучали друг друга.

Элейн думала: "Господи, на кого я похожа!"

Росс думал: "Господи, на кого она похожа!"

У них всегда было много общего.

– А где Лина?
– спросил он.

– Ушла, - ответила Элейн, в первый раз за целую вечность сознавая, что ногти у нее поломаны, волосы не причесаны и надето на ней черт знает что.

– А пижама-то моя, - упрекнул он.

– Знаю, - был ответ. Непонятно почему, но настроена она была довольно ветрено.

– Так я войду?

– Войдешь?

– Это мой дом, так ведь?

Она кивнула. Неверный, лживый изменник и подлец. Надо послать его подальше.

Но ведь неверный, лживый изменник - ее муж. И он вернулся.

– Входи, - сказала она.

Знаменитые синие глаза вспыхнули от радости.

– Я уж думал, ты не пригласишь меня в дом.

***

И собирать-то особенно было нечего. Чемоданчик и большая дорожная сумка со всякой мелочью. Никогда больше она не сможет путешествовать налегке. Скоро придется брать в расчет малыша.

Она смотрелась в зеркало, поворачиваясь то одной стороной, то другой, внимательно разглядывала вздувшийся живот. Что скажет Бадди, когда ее увидит? Он даже не спросил про ребенка, не справился о ее здоровье.

А что, если Коко прав и возвращаться к нему - ошибка?

Она решительно тряхнула головой. Он заслуживает еще одной попытки - в самый последний раз. По телефону он - как совсем другой человек: такой серьезный и такой уверенный в их будущей совместной жизни. Должно у них получиться, она знает - и все тут.

Адриан постучал в дверь.

– Помочь не надо?
– заботливо справился он.

– Я уже собралась, - ответила она.
– Завтра к этому времени забудешь, что я вообще здесь была.

Он въехал на каталке в комнатку для гостей.

– Надеюсь, нет.

– Спасибо тебе за все, - выпалила она.
– Не знаю, что бы я без тебя и Коко делала...

– Не забывай, держи нас в курсе. Коко трясется над тобой, как курица над яйцом.., ты уж его не огорчай.

Они рассмеялись.

Ангель зачесала со лба назад светлую прядь и поежилась, заранее радуясь, что снова увидит Бадди. Сказал - машину пришлет за ней в пять, но разве дождешься? Она уже готова ехать.

***

– Послушай, приятель, я не обязан был сюда приходить, - не унимался Бадди.
– Прикинул вот.., знаете ли.., вроде как оказываю вам, ребята, любезность.

– Любезность через десять лет, - рявкнул здоровенный детектив. В кабинете их было двое. Здоровенный детина и его напарник, молчаливый негр, который упорно жевал резинку и зубочисткой выковыривал грязь из-под ногтей.

– Так будете вы что-нибудь делать?
– Бадди терял терпение.

Он предоставил им информацию. Добровольно. Никто его силком не тянул.

– А что нам прикажете делать?
– задал вопрос детина.
– Вы, дать ордер на арест Вулфи как-его-там, потому что сюда являетесь вы и рассказываете, как десять лет назад он убил вашего дружка?
– Почему бы вам не разыскать это дело?
– не отставал Бадди.
– Поднимите архивы. Вам хоть ясно, о чем я толкую?

– Хотите, чтобы дело открыли заново?
– насторожился полицейский негр, в первый раз открыв рот.

– Слушайте, я сюда пришел не маникюр делать, - огрызнулся Бадди, обиженный их равнодушием.

– Значит, писанины будет много, - задумчиво пробормотал негр.

– Да, это тяжеловато, - желчно заметил Бадди.

Детина вздохнул.

– Оставьте ваше имя и адрес. Мы доложим капитану. Нужно согласие начальства.

Бадди удивленно покачал головой. Нелегкое дело - выполнить свой гражданский долг. Потом вспомнил - если дело начнут пересматривать, он тоже окажется замешанным. Известность такого рода ему сейчас ни к чему. Он наивно полагал, что достаточно будет явиться в полицейский участок, рассказать о Вулфи Швайкере и мотать. Что у него с мозгами?

Нет у тебя мозгов, дружище Бадди, ни хрена нет.

– Я передумал, - неожиданно сказал он.
– Завтра приду.

Детективы со скучающим видом переглянулись. Еще один чокнутый, у которого больше дел нет - только голову им морочить.

– Ага, валяй, - согласился детина, широко зевнув.
– Только имей в виду - душителя с автострады и бегуна-убийцу мы уже поймали, так что придумай что-нибудь новенькое, тогда и приходи морочить голову, ага?

Бадди вышел с мерзким чувством, сел в машину и поехал назад к дому матери.