Чтение онлайн

Она задумалась на мгновение, кивнула; увлажненные глаза делали Дейзи еще более трогательной и привлекательной, чем обычно. Она шагнула к своему трейлеру, но Джок схватил ее за руку, нежно поцеловал в губы и отпустил.

Он повернулся назад; расслабленная поза режиссера, неторопливое дыхание говорили о том, что он после серьезного стресса наконец испытал облегчение. Карр ждал Джока.

— Малыш, если эта картина удостоится премии Академии, то ее получишь ты.

Джок лишь мгновение тешил свою гордость.

— За игру, — тут же добавил Карр.

Первая сцена Дейзи была снята. А также кадры, где Престон Карр ехал верхом. Затем пришел черед более интимных моментов с диалогами. Обмена репликами между Линком, бродячим ковбоем, и Рози, танцовщицей, сбежавшей из бара.

Девушка оказалась одна посреди пустыни, потому что ей пришлось отбиваться от подвозившего ее рабочего с ранчо.

Джок Финли понял то, что и до него поняли многие хорошие и плохие режиссеры, работавшие с Доннелл. У Дейзи интервалы неуверенности сменялись короткими мгновениями покоя, затем следовал очередной период неуверенности. Не было еще такого дня, в течение которого она постоянно верила бы в себя и свои возможности.

Однако Джок всегда проявлял терпение и доброту. Он объяснял, играл сцены сам, даже развлекал этим Престона, чтобы тот не слишком сильно возмущался странностями напуганной Дейзи.

Они долго возились с одним коротким диалогом — шесть строк, сорок семь слов. Иногда Дейзи произносила свои слова лучше, иногда хуже. Один раз она попробовала сделать это по-своему и потерпела фиаско. Актриса поняла это и убежала со съемочной площадки; Джоку пришлось уговаривать ее вернуться назад.

К тому часу, когда Джо сказал, что света уже недостаточно для работы, они успели отснять весь материал, необходимый Джоку для монтажа эпизода. Пленку упаковали и отправили вертолетом в лабораторию. Ее должны были проявить этой ночью. Для съемочной группы и актеров рабочий день завершился.

Часом позже Джок в своем трейлере сказал Карру:

— Налейте себе что-нибудь, Прес.

Карр, подойдя к бару, отыскал там свое любимое виски. Он вслух отметил это. Что дало Джоку повод польстить ему:

— Я узнал много о первоклассном спиртном и кинематографе тогда, на вашем ранчо.

Это был комплимент, но он не разрядил напряженную атмосферу. Карр налил себе виски, попробовал его и повернулся к Джоку.

Режиссер заговорил прежде, чем Карр раскрыл рот.

— Я знаю, что вы хотите сказать. Думаю ли я, что она справится? Да, справится! Но ей мало только моей помощи. Она нуждается в вашей помощи. Вот почему я пригласил вас сюда.

— Я сделал с ней девятнадцать дублей! За всю мою карьеру я не делал столько дублей! Она учит свои слова? Почему она так плохо готовится?

— Плохо готовится? Да она готовится слишком старательно! — парировал Джок. — Она знает каждое слово. И, к сожалению, пять вариантов его произнесения. Причина — в ее конфликтах, в ее внутренних конфликтах. Поэтому-то я и прошу вас, Прес, пожалуйста, проявите немного терпения, ладно?

Карр молчал.

— В конце концов, это ее первый день. Дальше она будет работать лучше.

— А если нет? — спросил Карр.

— Будет! Но вы способны помочь.

И тут Джок принялся сочинять собственную сказку.

— Понимаете… понимаете, она сказала мне — ей кажется, что она не нравится вам… что она вам неприятна.

— Не она лично. То, как она работает, — произнес Карр.

— Тогда дайте Дейзи почувствовать, что не испытываете к ней неприязни, — взмолился Джок. — Это поможет нам всем.

— Ну… — задумался Карр, — если это поможет картине…

— Поможет! — убежденно выпалил Джок.

Карр кивнул.

Все актеры одинаковы, подумал режиссер. Дай им идею, проблему, нуждающуюся в решении, и ты избавишься от осложнений.

Но осложнения появились не по вине Карра. На следующий день после ленча шла подготовка к съемкам сцены, в которой Линк объяснял Рози, что заставило его стать кочующим ковбоем. Фоном служила широкая панорама с видом пустыни. Карр произносил сочные, выразительные слова своим неподражаемым голосом — искренним, сдержанным. Дейзи Доннелл слушала его с широко раскрытыми наивными глазами. В качестве «перебивки» использовались виды бескрайней пустыни, далеких гор. Джок уже монтировал эти кадры в своем распаленном воображении; они обещали получиться поэтичными, трогательными, впечатляющими.

Они закончили основную часть сцены и начали снимать крупные планы Карра, смотрящего вдаль во время разговора. Когда работа завершилась, все присутствующие — члены операторской группы, рабочие, электрики, ассистенты — продолжали завороженно молчать.

Джок отошел от камеры и направился мимо осветителей, державших в руках рефлекторы, к Престону Карру. Он поднял его руку и произнес перед всей съемочной группой:

— Ни один другой актер не смог бы сыграть эту сцену так, как это сделали вы.

Повернувшись к Джо Голденбергу, Джок спросил:

— Вас все устраивает, Джо?

Джо кивнул и добавил:

— Мы могли бы повторить еще раз на всякий случай.

— Такую сцену нельзя повторить! — отозвался Джок. — Она может быть только единственной за всю жизнь! Это история!

Престон Карр, знаменитый Король, слегка покраснел. Он подозревал, что его немного обманывают, но ему нравилось это. Потому что сцена действительно получилась отменной. А самоуверенный, агрессивный, напористый лицедей — настоящий режиссер.

— Знаешь, когда я впервые прочитал этот диалог, когда мы говорили об этой сцене, я сказал себе — я не могу произносить такую чушь. Теперь я понял, что ты имел в виду, говоря о поэзии, — искренне признался Карр.

— Спасибо, Прес, спасибо.

Джок удалился. Его распирала гордость. Он победил.

Престон Карр наконец решил полностью отдать себя в руки Джока Финли. Испытывая большой душевный подъем, Джок увидел бегущего к нему радиста.

— Джок… Джок!

Вся группа любовно называла его Джоком. Это создавало неформальную атмосферу. Подкрепляло легенду о гениальном малыше. Джок Финли, самый молодой член съемочной группы, был боссом.

— Джок… Джок! — радист был явно взволнован. — Студия. Глава студии хочет поговорить с вами. Скорее!

Это было досадным промахом. Ни одно важное сообщение не должно звучать в присутствии съемочной группы. Эта ошибка могла породить массу слухов, домыслов. Взяв трубку, Джок услышал раздраженный голос Гринберга — главы студии.

— Где этот молодой наглец?

Джок произнес елейным тоном:

— Извините, сэр, что я заставил вас ждать.

— Послушайте, Джок, я должен немедленно поговорить с вами.