Чтение онлайн

— Это был всего лишь поцелуй.

Когда в понедельник вечером Мэтт ушел, я была на грани того, чтобы пригласить его в дом и в свою постель. Он не стал давить на меня, когда я остановилась. Слава богу. Потому что я бы уступила ему.

Поцелуй был... больше, чем просто поцелуем. Я чувствовала его всем телом, и ощущения оставались со мной еще несколько часов спустя. Возможно, только потому, что я очень долго ни с кем не целовалась. Но может и из-за того, как крепко он держал меня, как овладевал моим ртом, и казалось, придавал этому большее значение.

— С кем?! — снова спросила Руби, вернув меня к нашему разговору.

— М-м-м, с соседом.

— Корпоративный арендатор, — смутилась она. — Как это произошло?

— Мы вместе смотрели на грозу, а затем все просто... случилось. — Когда он коснулся меня, я перестала замечать шторм, не слышала ничего, лишь его дыхание на моей коже и его стоны у моего уха.

— А я даже не знала, что ты видела его.

Я усмехнулась, вспоминая полное замешательство Мэтта, когда набросилась на него на площадке. Должно быть, я была похожа на сумасшедшую.

— Ага, всего пару раз.

— У вас был секс? Вы виделись снова? Или это было одноразовое мероприятие?

Я вздохнула. Потому что не была уверена, что хочу думать о любом из ее вопросов. Мне нравились воспоминания о той ночи - гром и молния, вино и поцелуи. Но, что касается меня, все это началось и закончилось на моем крыльце вместе со штормом. И я была счастлива позволить всему оставаться как есть. Зачем портить прекрасный вечер?

— Никакого секса, и да, это было одноразовое мероприятие.

Молчание Руби никогда не было хорошим знаком. Она либо что-то замышляла, либо придумывала вопросы, на которые невозможно ответить.

— Ладно, — сказала она.

— Что ты имеешь в виду под «ладно»? — Все не могло быть так просто.

— В смысле, ладно.

— Ты не собираешься допрашивать меня, сто раз проанализировать все и обсудить снова и снова? — Может быть, она все еще не отошла от своего недавнего расставания с парнем.

— Неа.

— Неа? — Ну не могла я отделаться так легко.

— Я пообещала себе, что буду более терпеливой, да и вообще, все понятно и так.

— Что именно?

— Этого мужчину имела в виду миссис Уэлс, когда говорила, что кто-то новый придет в твою жизнь этим летом.

Я рассмеялась.

— Прости, что разочаровала тебя. — Он здесь лишь проездом. И это был лишь поцелуй. — Он совсем не потревожил мою жизнь.

— Но он высокий? Красивый?

Очень высокий и очень, очень красивый. Широкие плечи, твердая, загорелая грудь, светло-русые волосы. Мое сердце забилось быстрей лишь при одной мысли о нем.

— Мы такое не обсуждаем, нам ведь не четырнадцать.

— И что? Ты всегда могла оценить горячего парня.

Горячего? Он был горячей самого горячего парня в мире.

— Я не собираюсь обсуждать с тобой его рейтинг по шкале сексуальности.

— Это значит, что он горячий. Я знала, — сказала Руби, и я почти воочию увидела, как она выкинула вверх кулак в победном жесте. — Вы живете рядом, произойдет что-то еще.

— Я так не думаю. — Мэтт, похоже, не расстроился, что ушел. Он не гнался за мимолетными связями. А мне вообще не нужна была никакая связь.

— Что ж, сегодня ты меня порадовала. Бьюсь об заклад, ты обнаружишь, что поцелуй разжигает костер в твоих чреслах. Скоро это случится, поверь мне.

— Не говори «чресла». — Я закатила глаза. — Такое слово вполне могла бы использовать твоя бабушка.

— Моей бабушки уже нет, так что она не может разговаривать. Это может быть началом чего-то нового, Лана.

Приятно было почувствовать себя привлекательной. Ощутить объятия мужчины. Но это ничего не меняло.

— Знаешь, не каждый парень придурок, каким был твой бывший. Да он и сейчас, наверное, такой.

— Знаю, — сказала я. — То, что произошло в Нью-Йорке с Бобби, было очень давно.

— Точно. Так что будь открыта новым возможностям.

Я ненавидела, что Руби говорила так, будто со времен Нью-Йорка я ничего не делала. У меня дел было невпроворот. Я оглядела свой бутик. Солнечный свет скользил сквозь окна от потолка до пола, придавая светло-розовому ковру сияние и создавая ощущение, будто я Алиса в Стране Чудес. Это место потребовало много самоотверженности и внимания, и, хотя я не продавала высококачественные изделия ручной работы, которые, думала, буду делать, когда закончу колледж, я все еще разрабатывала дизайн красивых украшений. И люди покупали их. Я сделала очень много. И использовала тысячи возможностей.

Глава 9

Мэтт

Покончив с последним кусочком жареного сыра, я взял свою тарелку и стакан и отнес в раковину. Посуды, которую надо было вымыть, стало ещё больше. Я был абсолютно уверен, что Леонардо ДиКаприо не моет свою грязную посуду самостоятельно, но пока что я всё ещё наслаждался новизной этого ощущения. Все это было, безусловно, по-настоящему и именно к этому я стремился, когда приехал в Мэн. Сегодня я впервые за всю неделю вернулся в свой съёмный домик раньше полуночи, и, учитывая, что вставал я в пять утра, неделя выдалась долгой и утомительной. Мне нужен был перерыв, и к счастью для меня завтра был мой первый выходной.

Актёрство было не самым тяжелым трудом, вне зависимости от того, что могли сказать мои привилегированные ленивые современники. Я видел, как мой отец тридцать пять лет проработал на сталеплавильном заводе. Вот это действительно тяжёлый труд. Видеть, как друзья умирают или становятся инвалидами из-за опасностей, связанных с профессией, вот что было для меня долбанной реальностью. Я знал, что моя работа в сравнении с этим была прогулкой по парку. Но долгие часы ожидания на площадке, связанные с построением сцен, переодеванием и установкой света выжимали из меня всю энергию. Придя домой, я не зажёг какого-либо источника света и единственной вещью, освещавшей мой путь на кухню, был работающий без звука телевизор. Я открыл кран и подставил под воду палец в ожидании, когда она нагреется и наберётся в раковину. Я посмотрел в окно и увидел Лану, источник света находился позади неё. Даже размытые очертание её фигуры были прекрасны.

Наш поцелуй был сексуальным, соблазнительным и опасным. Слава Богу, она положила ему конец и хорошо, что она смогла это сделать. Я не был уверен, что нашёл бы силы остановиться. Я мыл тарелку и кофейную чашку, оставшуюся после того, как пил кофе утром, и во время этого занятия постоянно наблюдал за Ланой. Она, как мне, казалось, что-то рисовала на настольном мольберте.

Лана сидела спиной ко мне, подняв скрещенные руки над головой. Затем встала, проверила что-то в другом конце комнаты, а потом низко наклонилась. Я приподнялся на цыпочки, пытаясь её разглядеть. Когда она поднялась, мы оказались лицом к лицу. Я не был уверен, что она может меня видеть, и так было до тех пор, пока она не помахала мне. Я отсалютовал двумя пальцами, это было моим обычным приветствием, и она опять повернулась к столу.