Чтение онлайн

— Это зависит от того, что вам нужно.

— Ты по-настоящему привлекательна, — сказал он. — Твои ноги такие стройные и одновременно сильные.

— Спасибо, сэр, — сказала Мэг, считая, что ему нужно отвечать вежливостью.

— Ты должна всегда носить шорты.

— Я часто так и делаю.

— Ты кажешься умницей. Такой любезной. Держу пари, ты знаешь, как услужить мужчине.

— Да, сэр, — сказала она, думая: «Черт возьми, может, ему нужна гейша?»

— Я достаточно взрослый, чтобы быть твоим отцом. Это тебя не смущает?

— Нисколько.

— Возбуждает?

— Ну… возможно.

При этих словах он расстегнул ширинку, вытащил стоящий пенис и начал мастурбировать, воскликнув:

— Ты такая молодая и красивая!

Испытав настоящий шок, Мэг прокричала так, чтобы ее услышала команда прикрытия:

— Вот дерьмо! Он онанист! Убирайся отсюда!

На секунду она даже забыла почесать колено.

Через минуту команда преследования на автомобилях с включенными проблесковыми маячками остановила «лексус». Когда же подъехала команда прикрытия, Мэг только и смогла выговорить:

— Черт, он только что залил спермой машину за семьдесят пять тысяч долларов!

Доставив на передвижной командный пункт бизнесмена, его арестовали по статье 647а уголовного кодекса — распутное поведение в общественном месте, — и Мэг даже немного пожалела больного ублюдка.

После того как его сфотографировали и сняли отпечатки пальцев, он повернулся к Мэг и сказал:

— По правде говоря, у тебя толстые бедра. И могу поспорить, комплекс дочери.

— О, да ты психолог, — сказала Мэг. — Глядя на мои бедра, ты меня полностью раскусил. Прощай, дорогой папочка.

Уже собираясь уйти, она заметила, что на нее смотрит симпатичный молодой коп из полиции нравов по фамилии Тернер, и, покраснев, непроизвольно взглянула на свои бедра.

— Они великолепны, как и все остальное, — заверил ее Тернер. — И наплюй на дочерний комплекс.

За два часа Мэг Такара задержала трех клиентов, а Баджи Полк — двух. Когда третий клиент Баджи, опустившийся ублюдок в побитом «понтиаке», предложил «снежок» за возможность трахнуться, его арестовали за хранение наркотиков.

— Хорошо работаешь, Баджи, — похвалил Симмонс. — Развлекайся, но будь настороже. На улицах много настоящих ублюдков.

Мэг встретилась с таким уже через десять минут. Это был человек лет сорока с небольшим за рулем «ауди» последней модели и в одежде из дорогого магазина. С таким парнем она, возможно, пошла бы танцевать в одном из ночных клубов, куда ходила с подругами.

Он медлил, пока вокруг нее крутились другие клиенты, нервно заводя разговор, потом уезжая. Его мучил страх перед копами, перед ограблением, перед болезнью — множество страхов, смешивающихся с похотью, а то и делавших ее еще сильнее.

Когда парень в «ауди» наконец дождался своей очереди и заговорил с Мэг, неуверенно затронув тему секса за деньги, он стал вторым за вечер, кто возбудился настолько — и так быстро, — что расстегнул штаны.

Мэг сказала, склонив голову:

— Вот это да! Ты мастурбируешь! Как занятно!

— Все из-за тебя, — сказал он. — Все из-за тебя! Я бы заплатил тебе за минет, но потратил все деньги. И, черт возьми, не могу поднять инструмент!

Пока команда преследования мчалась к углу, фары большого фургона осветили внутренности «ауди». Мэг пригляделась и увидела, что это правда: инструмент не стоял. Но он был ярко-красным!

— Боже мой! — воскликнула Мэг. — У тебя кровотечение?

Он перестал мастурбировать и посмотрел на нее. Потом отпустил свой вялый член и сказал:

— А, это. Это помада трех других проституток, которые сосали его сегодня вечером. Вот куда ушли все мои деньги.

Чуть позже Баджи нарушила приказ Симмонса не сходить с тротуара, когда большой трехосный грузовик, перевозящий телят, завернул за угол и припарковался в единственном месте, где мог уместиться, в первом переулке к северу.

Она не смогла удержаться от искушения и подошла к кабине, хотя в переулке было очень темно. Поднявшись на ступеньку, Баджи выслушала водителя со шрамами на лице в обычной майке и ковбойской шляпе:

— Пятьдесят баксов. Здесь. Сейчас. Забирайся и отсоси у меня, дорогуша.

Этот клиент казался таким необычным, что когда прибыла вторая команда прикрытия, один из копов с удивлением спросил:

— Интересно, и что ты скажешь боссу, если мы тебя арестуем, а грузовик конфискуем?

Баджи тоже задала вопрос ковбою:

— Их везут на бойню?

Ковбой был настолько зол, что некоторое время молчал, но потом все же ответил:

— Вы что, не едите телятину? Или убиваете гребаных омаров, прежде чем кидаете их в кипяток? Не задавайте дурацких вопросов, леди.

Задержание этого клиента создало бы так много проблем, что после условного освобождения ему разрешили ехать дальше вместе с грузом.

Баджи, покончив с делами на командном пункте, вернулась на свой угол на Сансет-бульваре. Она старалась не вспоминать обреченно мычащих телят. Впервые за весь вечер ей стало по-настоящему грустно.

Баджи не простояла одна и трех минут, как подъехала «хонда» с арканзасскими номерами, в которой сидели двое молодых парней, почти подростки. Она все еще чувствовала себя подавленной из-за телят и тех легкомысленных мужей и отцов, которых они сегодня задержали вместе с Мэг, спрашивая себя, какие болезни эти неудачники привозят домой своим женам. Может быть, смертельные. Может быть, даже СПИД.

Она сразу поняла, с кем имеет дело: с парой морских пехотинцев. У обоих были незагорелые лбы и очень короткие прически с выбритыми висками. На обоих — дешевые футболки с названиями рок-групп на груди, которые они, вероятно, купили в сувенирном магазинчике на Голливудском бульваре. Оба натянули неуверенные улыбки на свои туповатые лица, и после того как Баджи испытала необъяснимую печаль, сейчас она испытывала необъяснимую ярость.

— Привет, ягодка, — обратился к ней один из морпехов.