Чтение онлайн

Шира нажимает кнопку на стене и кричит: — Рави, Сар! Мне нужна помощь!

Через секунду вбегает Сар и сжимает Зару со спины медвежьей хваткой. Она отбивается руками и ногами и продолжает насмехаться над Хазой, которая всхлипывает: — Ты неправа! Ты неправа!

— Где Равви? Лев, нет! — кричит Шира и пытается не дать мальчику засунуть в рот очередную порцию бумаги.

— Понятия не имею, — отвечает Сар.

Я прижимаюсь к стене, чтобы не попасть кому-нибудь под руку, но остальные пациенты, кажется, не обращают ни малейшего внимания на происходящее. Они просто продолжают глазеть, раскачиваться и бить себя, пока Сар выволакивает кричащую Зару из комнаты, — Я выберусь отсюда к чертям! Вы меня не удержите! Вы не можете заставить меня остаться!

— Ну и бардак, — бормочет Шира. — Она вытаскивает последний кусочек бумаги изо рта Лева, затем поднимается и хлопает в ладоши. — Ладно, народ, художества на сегодня хватит. — Одного за другим она поднимает пациентов на ноги. Они шаркают в сторону дверей. — Пора возвращаться в свои комнаты, — говорит Шира. — Завтра попробуем ещё.

Прежде чем мне удается уйти, Хаза смотрит на меня. — Я выберусь, — настаивает она.

— Мы обе выберемся, — бормочу я, выходя из комнаты.

* * *

Как только добираюсь до своей комнаты, я хватаюсь за Гизмо. Я удивлена, что они его ещё не конфисковали, но когда я открываю его, то понимаю почему. Здесь нет сигнала. Я падаю на кровать и задумываюсь. Отсутствие сигнала значит, что я не могу позвонить папе, из чего следует, что я застряла здесь, пока бабушка не переговорит с ним, что случится нескоро, так как мама настаивает на своей правоте, что может продолжаться до скончания веков.

Но я ни за что в жизни не хочу оставаться здесь. Это место — настоящая психушка. Бьющие себя в лицо, любители поесть бумагу, созревшие яйца, секс! Эти уродцы никогда не попадут в Фонд Размножения. Никто не собирается активизировать их гормоны. Мне необходимо найти способ отправить сообщение папе. Это единственный шанс выбраться отсюда прежде, чем я сойду с ума как остальные.

Я открываю настройки Гизмо и брожу по комнате в надежде поймать сигнал или частную линию. Ничего. Но где-то в этом здании сигнал должен быть, даже если он и закодирован. Всё что мне нужно, это найти его, и я начинаю попытки пробить себе выход из этой тюрьмы.

Осторожно выглядываю из своей комнаты, чтобы убедиться, что коридор пуст и тих, затем я выскальзываю из комнаты. Моё сердце бешено стучит, пока я скольжу пальцами по гладкой поверхности изогнутой стены. Мне кажется, что лучшим вариантом будет попробовать подняться наверх к окнам, так я смогу попытаться поймать сигнал из Внутреннего Круга, который здесь внизу вероятно заблокирован. Я иду в сторону зала ожидания, молясь, чтобы доктор Деметер не лгал и здесь нет камер наблюдения. Когда я добираюсь до зала, я прижимаюсь спиной к стене и оглядываюсь, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Зал ожидания пуст, и я быстро подбегаю к двойным дверям, за которыми ранее исчезли Рави и Сар. Осторожно поднимаюсь по ступенькам на второй этаж, прижимаю ухо к двери, медленно открываю её.

В отличие от первого этажа с его звукоизолирующим ковром, тёмными стенами и низкими потолками, это помещение сверкает белыми и серебристыми красками. Я вынимаю свой Гизмо и подхожу с ник к одному из окон. Первые звёзды уже появились на вечернем небе и конкурируют с огнями Внутреннего Круга, но мой экран остается тёмным, потому что и здесь нет связи. В поисках сигнала я крадусь по холлу на цыпочках. Слышу голоса и эхо шагов слева. Я в панике, моё сердце подкатывает к горлу, я бегу. Забегаю за поворот в противоположном направлении, двери открываются, и кто-то в бледно-зелёной одежде выходит из них. Я отчаянно пытаюсь найти место, чтобы спрятаться и дёргаю ручку за спиной. Вваливаюсь в комнату, и кто-то вскрикивает

Я поворачиваюсь и вижу Хазу на столе для осмотра с коленями, прижатыми к груди. Я прижимаю пальцы к губам и взглядом умоляю её молчать. Она настолько удивлена, что на какое-то время лишается дара речи. Снаружи затихают шаги и голоса.

Тем временем Хаза отходит от шока и шепчет: — Твое время тоже пришло?

— Да, — отвечаю я, лихорадочно соображая. — Но не говори никому, они будут завидовать.

— Я знаю, — пылко шепчет она. — Мы особенные.

Я украдкой выглядываю за дверь и вижу, что дверь наискосок от меня все ещё приоткрыта. — Мне нужно идти, — шепчу Хазе, и крадусь через холл.

Другая комната пустая и тёмная, но мой экран слабо светится, от чего мой страх сменяется восторгом. Как только я поймаю этот сигнал, я смогу отослать сообщение папе и быстро вернуться в свою комнату, пока меня никто не хватился. Затем мне останется только ждать, когда он меня заберёт. Я открываю настройки и обхожу комнату, пытаясь найти сигнал достаточно сильный для отправки сообщения. Но натыкаюсь на стену. Буквально. Экран становится ярче, теперь я знаю, что иду в правильном направлении, но мне нужно выйти в холл, чтобы попасть в следующую комнату, где сигнал должен быть сильнее. Нащупывая дорогу вперёд, я натыкаюсь на стол. Звук такой, как будто сотни мелких стеклянных тарелок упали и разбились. Я хватаю стол, молясь чтобы шум прекратился и пытаюсь посветить экраном моего Гизмо, чтобы посмотреть, что я натворила.

Ряды маленьких стеклянных посудин сталкиваются друг с другом, взбалтывая розовую жидкость в прозрачном растворе. Я делаю шаг назад, неуверенная в том, что я вижу, но от этого мой желудок переворачивается. Я осторожно выглядываю за дверь. В холле тихо, и я медленно делаю шаг. Как раз в тот момент, когда я прокрадываюсь к соседней комнате, кто-то выходит из-за поворота. Я хватаюсь за ручку, но дежурный ловит меня за локоть.

Судорожно пытаясь вырваться, быстро говорю: — Доктор Деметер сказал мне...

— Шшшшш, — шипит человек в светло-зелёной униформе и сжимает руку, пока толкает меня перед собой по коридору. — Сюда.

Я опять делаю попытку вырваться, думая, что, может быть, мне удастся сбежать по лестнице и укрыться у себя в комнате, прежде чем он опознает меня, но он впивается пальцами мне в кожу и рычит: — Эппл, прекрати.

Я резко поворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с Бэзилом. Бэзил успевает закрыть мне рот ладонью, прежде чем я успеваю завизжать. — Шшшшш, — произносит он. Его глаза широко раскрыты от тревоги. — Нам надо спешить.

Я слепо следую за ним, схватившись за его руку, снова и снова разглядывая его, чтобы убедиться, что это и правда он. Мы выходим через двери и крадёмся вниз по лестнице в сторону первого этажа, но он подталкивает меня ещё на один пролет ниже. — Так мы сможем выбраться отсюда.

— Но как, кто, но, но... — заикаясь, бормочу я, пока плетусь вслед за ним.

— Шевелись, — говорит он.

Мы проскальзываем в подсобное помещение, где Бэзил проводит меня сквозь лабиринт приборов, резервуаров для воды и стиральных машин, пока мы не подходим к большим плотно закрытым стальным дверям. Он вытаскивает Гизмо из своих бледно-зелёных брюк, подносит его к дверям и отдаёт команду открыться. Автоматизированный замок дверей подчиняется его приказу, и мы оказываемся под небольшим бетонным навесом, освещённым слабым светом звёзд.

— Рави, — хрипло зовет Бэзил, — Рави!

Парень в боксёрских шортах и футболке выходит из-за колонны. — Чувак, ты долго. Я себе все яйца отморозил.

Бэзил быстро снимает с себя бледно-зелёную униформу, под которой оказывается его обычная одежда. Он протягивает рубашку и брюки Рави. — Её не было там, где она должна была быть.

— Но как? Откуда? — продолжаю я бессвязно бормотать.

Рави натягивает униформу: — И где она была?

Бэзил криво усмехается: — Кралась по второму этажу.