Чтение онлайн

— Почему неудачник? — спросила я, пытаясь разобраться в той жизни, которую он описывал, и которая не имела ничего общего с моей.

— Всю нашу жизнь нам говорили, что мы должны быть благодарны Единому Миру за его щедрость и участие. Великий и могучий доброжелательный господин, который даровал нам всем жизнь! Но Единый Мир давно уяснил, чтобы он мог содержать тебя, ты должен покупать много всякой ерунды. Весь Универсальный Акт о Защите Питания это часть единой модели получения прибыли. Мы тебя кормим, ты покупаешь больше всякую всячину. Но дело в том, что просто накормить людей, не дав им больше ничего, никаких возможностей для развития, — этого мало. Существует миф о том, что изобретательность и трудолюбие помогут вам продвинуться в жизни, это всё чушь. Если ты не занимаешь какую-то позицию изначально, ты не существуешь для системы. Люди, как моя мама, давно потеряли надежду и начали искать пути выхода, а таких как мой отец система поглотила живьём, и сказала, что они должны быть благодарны за это.

— А что насчёт таких, как ты? — спросила я.

— Мы стали злыми. — Ответил он. — И ищем способы обойти систему.

— А такие, как я?

Звук смеха Бэзила разрушил тишину ночи. — Я понятия не имею, к какой категории людей тебя отнести, Эппл. Ты не похожа ни на кого, кто мне встречался. Я тебя не знаю, но кажется, что ты можешь разобраться.

— Разобраться в чём? — спросила я.

— В том, что за всё, что у тебя есть, вкалывали другие люди.

Я чувствую, как к щекам приливает краска, и уточняю. — До того как я тебя встретила, я даже не догадывалась об этом.

— Но ты хочешь узнать. И ты делаешь выводы из того, что узнаёшь.

— Моя мама сказала бы, что я не знаю, насколько мне повезло.

— Это просто другой способ сказать, что ты не знаешь, насколько не повезло кому-то другому, — сказал Бэзил. Затем он внезапно сделал шаг вперёд и крепко обнял меня. Я обхватила его руками за талию и прижалась к его груди, погрузившись в теплоту его объятий.

— Я так рада, что я встретила тебя, — прошептала я. Все мои сомнения о том, уйти ли с ним, испарились. — Всю мою жизнь мне твердили, что сейчас люди более связаны между собой, чем когда-либо, но я всегда чувствовала себя одинокой. — Я сжала его ещё крепче. — До тебя.

— Я чувствую то же самое, — произнес он, и мы во второй раз под тем же ночным небом мы поцеловались.

* * *

Мы почти час бродили по скудно освещённым переулкам Внешнего Круга и вглядывались внутрь зданий, пока наконец Бэзил не нашел то, что искал, в покосившемся старом сарае позади ветхого дома. Когда он нашёл это, он помахал мне, широко улыбаясь. — Джекпот! — прошептал он, стягивая чёрный брезент.

— Что это такое? — спросила я, пытаясь рассмотреть странный двухколёсный аппарат в тусклом свете луны.

— Мотоцикл, — объяснил он, вглядываясь в тёмные углы сарая.

— От велосипеда-тележки до этого! У нас прогресс! — сказала я, что вызвало у него взрыв смеха.

Он принёс металлический контейнер с длинным носиком и дал мне подержать тонкую металлическую проволоку, пока откручивал колпачок на задней части байка.

— Что это?

— Биотопливо.

— А это? — я подняла проволоку.

— Проволока.

— Спасибо, гений.

— Это же ты спрашиваешь.

— Я хотела знать, что мы собираемся делать с этим? — Несколько секунд я наблюдала за его действиями, и вдруг меня осенило. — Мы собираемся это украсть?

Бэзил оторвал взгляд от топлива, заполняющего канистру. — Ты что, никогда раньше ничего не крала?

Я поёжилась, чувствуя себя неуютно. — Только у Единого Мира, — ответила я, отчего он снова рассмеялся.

— Например? — Он завинтил крышку и поставил канистру туда, где он её нашел.

— Всякую ерунду. Я взламывала их систему, чтобы они не могли отследить меня, когда я играю в игры или общаюсь в чате.

Он оторвался от своего занятия и уставился на меня. — Ты можешь проделывать такие штуки?

— Когда твой отец — один из создателей Гизмо, ты можешь узнать много чего полезного, — ответила я.

Он покачал головой, и я увидела, что он улыбается. — Это же нарушение закона.

— А ты думал, что из нас двоих только ты преступник?

— Ты становишься преступником, только если тебя поймают. — Он ухмыляется и указывает на байк. — Поехали?

Я колеблюсь. — Даже не знаю. Воровать у Единого Мира это одно, но что если завтра сюда придет кто-нибудь, кому нужно попасть на работу?

Безил прикусил губу. — Я не думаю, что этот человек работает, Талия.

— Откуда ты можешь знать?

Он указал на стол в задней части сарая, и я только теперь увидела ряды стеклянных бутылочек, а ещё стаканы, горелки и трубки.

— Что это такое?

— Лаборатория по производству наркотиков, — ответил он. — Ещё один вид местного предпринимательства.

Я задохнулась. — Как ты можешь это знать?

Бэзил в ответ поднял бровь.

— Ой, точно, твоя мама, — тихо сказала я, затем перевела взгляд на байк. — Что будет, если нас поймают?

Бэзил делает шаг в мою сторону. — Я думаю, нам нужно двигаться всю ночь.

Мои колени начинают дрожать при одной лишь мысли о подобном.

— Или...— он перекидывает ногу через сидение.

Пока я колеблюсь и сомневаюсь, в доме перед сараем раздаются легкие щелчки.

Я быстро бегу к Бэзилу. — Что будем делать?

Он наклоняется и ковыряется во внутренностях аппарата, высвобождает какие-то проводки, рвёт хлипкие соединения. — Дай мне ту проволоку! — говорит он.

Я сую маленький кусочек проволоки ему в руку, но когда внезапно раздаются голоса, я вздрагиваю и роняю её на пол.

— Найди её! — жёстко шепчет Бэзил. — Живо.

Я падаю на колени и шарю трясущимися руками по грязному полу. — Нет, нет, нет, — монотонно бормочу я, напрягая глаза и пытаясь найти эту маленькую щепочку. Где-то слышен звук открывающейся двери.

— Поторопись, — шипит он.

Проволока, наконец, попадает мне под руку. Хватаю и протягиваю Бэзилу, который сворачивает её в виде подковы и прикручивает каждый конец к тонким выводам проводов. — Садись! — наконец произносит он, одновременно включает двигатель, и байк оживает. Не успеваю я перебросить ногу, забираясь на сидение, и прижаться к нему, как мы резко стартуем, разбрасывая в разные стороны грязь и камешки из-под колёс.

Задняя дверь в доме открывается. Высокая женщина сбегает по ступенькам и размахивает руками.

Бэзил гонит байк вперёд и резко выкручивает вправо переднее колесо, отчего я наклоняюсь в сторону. Моя задница скользит по сиденью, и я хватаюсь за куртку Бэзила, чтобы удержать равновесие, пока мои ноги улетают в другую сторону. Он резко поворачивается, и меня клонит вправо. Затем мы едем прямо на женщину, которая визжа несётся на нас, с красным от ярости лицом.

— Осторожно! — кричу я, боясь, что мы можем наехать на неё.