Чтение онлайн

— Что же вы предлагаете делать? — спросил Айзенберг.

— Прежде всего перевести их в ракету. Мы не собираемся оставлять их здесь, ведь так? И постараться сблизиться с ними.

Орловский прошелся по каюте, сел рядом с Ольгой на диван.

— Оля! Ведь ты теперь знаешь, в чем дело?..

— Знаю… У них разрушаются дыхательные органы…

— И ты не можешь помочь?

Ольга нервно передернула плечами.

— Если бы это были люди, я могла бы помочь, ты знаешь, у человека можно вызвать регенерацию легких. А тут… Откуда я знаю, что можно и что нельзя? Тот, который просто ослабел от голода, уже здоров, а двое погибают…

— А ты не думаешь, что регенерацию легких можно вызвать и у них? Ведь они дышат, как и мы, кислородом.

— А если больные погибнут при операции? Другие будут считать нас убийцами.

— Но они понимают, что без помощи больные все равно погибнут.

— Кто их знает, что они понимают…

Действительно, земляне узнали только то, что неведомые существа прилетели с планетной системы Альтаира — для этого было достаточно указать рукой на звезду.

— Ничего, мы скоро все же поговорим с ними, — сказал Орловский. — Аркадий Петрович, кажется, разобрался, в чем дело — чешуйчатые наросты на их голове испускают ультразвуки. Да вот и он сам.

В каюту заглянул Айзенберг.

— Идемте скорее. Разговор налаживается.

Орловский и Ольга поспешили за ним.

Возле пульта управления «электронного мозга» сидел один из альтаирцев. Рядом с ним стоял только что смонтированный небольшой серебристый аппарат.

— Будем разговаривать, — обратился к гостю Айзенберг. — Скажите моим друзьям ваше имя.

Все невольно посмотрели на рот альтаирца, ожидая, что его губы шевельнутся, с них слетит какой-то звук. Но синеватое лицо осталось неподвижным, и Орловский и Ольга вздрогнули, когда из серебристого аппарата донеслись отчетливые негромкие слова.

— Мое имя Иокарви.

Орловский торопливо шагнул к пульту.

— Откуда вы? — спросил он альтаирца.

— От звезды Аилеви, — через несколько секунд тем же ровным голосом ответил аппарат. — Четвертая планета… Укуме… наша родина…

— Так… Аилеви — это Альтаир… — Орловский помедлил, собираясь с мыслями. — Куда вы летели? Почему погиб ваш корабль?

— Наш путь был… не очень далеко… мы хотели узнать… это было опасно, и мы понимали… потом мы попали в излучение… мы не могли повернуть обратно…

Речь Иокарви была похожа на то сообщение, которое несколько месяцев назад впервые прочел «электронный мозг»: не было связности, и в перерывах между отчетливыми словами слышалось невнятное бормотание. Многого не сумел перевести «электронный мозг».

Трудный разговор продолжался. Орловский стал расспрашивать Иокарви о жизни на Укуме, но и этот рассказ был так же отрывист и малопонятен. Иокарви говорил что-то об овладении атомной энергией, о заводах, о городах или, во всяком случае, о чем-то подобном. И тут же прорывались неясные упоминания о каких-то волнениях, угрозе, о жизни тяжелой и опасной. Трудно было понять, о чем идет речь, и земляне тщетно пытались уловить ускользающий смысл. Может быть, Иокарви рассказывал о борьбе классов на планете, о каком-то нападении извне, может быть, еще о чем-то, чего земляне не знали.

Неожиданно разговор прервался. Дверь приоткрылась, и в ней показалась голова второго альтаирца. Он торопливо жестами позвал Ольгу.

— В чем дело? — спросила она вскакивая.

— Чимзаги умирает… наш начальник… — ответил аппарат.

Ольга, не ожидавшая ответа, испуганно оглянулась на него и поспешила за альтаирцем. Вслед за нею пошел и Орловский.

У того, кого ее спутник назвал Чимзаги, началась агония. Он судорожно дергался всем телом, приподнимаясь на постели и открывая рот. Лицо его опять потемнело, стало черно-фиолетовым. Ольга бросилась к нему.

Что делать? Можно ли ему помочь? Ольга знаком попросила мужа подать кислород, достала ампулу с прозрачной жидкостью, ввела лекарство под синюю кожу. Поможет ли? Неужели это конец?

Прошло несколько минут. Чизмаги перестал двигаться и затих. Ольга с надеждой прислушивалась к его слабому дыханию. Жив… еще жив… дышит часто и коротко, но дышит. Ему стало лучше, смерть отступила, он проживет еще некоторое время. Земные лечебные средства снова помогли.

В раздумье Ольга остановилась у постели. Может быть, сделать операцию? Николай прав, дни их все равно сочтены… а как хочется спасти не только здоровых, но и этих, больных… и даже этих еще больше…

Ночью Орловский заглянул в медицинский сектор. Ольга знаком подозвала его к себе.

— Николай… попытайся — спроси их, согласны ли они на операцию…

— Ты решилась, Оля? Молодец! Аркадий Петрович налаживает «электронный мозг», утром мы опять сможем разговаривать с ними и спросим. Шла бы ты отдохнуть, до утра всего четыре часа.

— Я не устала.

Ольга так и просидела с больным до утра.

Не раз заглядывали и Орловский с Валерием. Молодой биолог до сих пор был во власти противоречий и не мог избавиться от острого чувства разочарования, вместе с жадным интересом к иной жизни он моментами ощущал почти отвращение к альтаирцам. Он сам порой стыдился себя и в порыве раскаяния старался хоть чем-нибудь помочь Ольге.

Наконец, Орловский заглянул к Ольге еще раз.

— Идем, Оля. Все готово, все уже там.

Действительно, в каюте «электронного мозга» уже собрались все обитатели ракеты.

Они разместились вокруг пульта управления, на котором стоял аппарат Айзенберга и экран для демонстрации фильмов. Орловский и Ольга сели в свободные кресла.

Разговор вел Айзенберг. Он рассказывал альтаирцам о Земле и порою включал фильм, поясняющий его слова. Он говорил о том, что на Земле нет границ между народами, нет разделения на государства, как это было прежде, говорил о термоядерной энергии, сменившей атомную, о новых городах Земли, о завоевании космоса, о фотонном двигателе их звездолета, о достижениях многих наук.

Альтаирцы слушали внимательно. Их узкие глаза неподвижно и напряженно смотрели на экран, следя за непривычной жизнью далекой планеты. Иокарви иногда задавал вопросы, другие двое молчали.

Когда Айзенберг окончил рассказ и хотел предоставить слово Иокарви, Ольга остановила его:

— Одну минуту, Аркадий Петрович. Сейчас они больше узнали о нас… скажите им, что я хочу оперировать больных. За успех не ручаюсь — они ведь не земляне, — но иного выхода нет.

Айзенберг внимательно посмотрел на нее своими умными черными глазами.

— Вы правы — иного выхода нет. Говорить мне незачем. Иокарви уже слышит ваше предложение и сейчас ответит вам. Что вы скажете, Иокарви? — повернулся он к альтаирцу.

Тот встал.

— Должен узнать решение Чимзаги, — донесся из аппарата ответ. — Если подождать немного, я вернусь…

Альтаирец вышел. Оставшиеся, переговариваясь короткими фразами, ожидали его возвращения. Оба альтаирца не сводили глаз с двери. Минут через десять Иокарви вернулся.

— Чимзаги согласен, — перевел «электронный мозг» его неслышную речь. — Биадиме согласится, если Чимзаги выздоровеет.