Чтение онлайн

— Так, — кивнула, но радости особой не испытала. Эрик говорил обо мне как о батарейке. Однако было и хорошее — 8 часов! Плохое — в неделю.

— А я могу делить эти часы? Например, один день выйти на два часа? В другой на три? Или это закон Отдачи предполагает единоразовую подпитку в неделю?

— Хм, — задумался Эрик и полез в планшет. — Нет, в законе не прописано. Указано — минимум раз в неделю. Значит ты сможешь дозировать свое появление на публике. Но это еще не все!

— Я не сомневалась, — прошептала, но Эрик услышал и хитро прищурился.

— Юля, светлых звезд, — прошелестел над ухом голос Гросса. Я ойкнула, обернулась и не смогла сдержать улыбки. Не знаю, что мной двигало, но я подлетела со стула, поцеловала Гросса в щеку и начала пересказывать все, что ранее сказал Эрик.

Гросс… сиял. Сиял не только своими неоновыми линиями, но и глазами. Он немного опешил от моего невинного поцелуя, но вскоре расслабился. У меня возникло чувство, что я удивила адмирала таким простым жестом. Поспешила? Или не стоит проявлять свои эмоции при всех? Это табу? Запрет? Нужно выяснить после доклада Эрика.

— Я…

— Госпожа, — поклонился еще один кхарец, что неожиданно возник за спиной адмирала. — Ваше питание.

— С-спасибо, — промямлила я в спину неизвестному кхарцу.

— Ты не ела? — Гросс задал вопрос мне, а сам испепелял взглядом Эрика. Медик же подпрыгивал от нетерпения и ему было глубоко… все равно ему было на взгляды и угрозы Гросса.

— Все хорошо, Иль, — успокоила своего адмирала, присела за стол и начала есть.

— Итак, на чем мы остановились? Ах да, на объеме энергополя, — затрещал Эрик, показывая совершенно непонятные графики. — Поле макромасштабное, но его когерентность — ниже плинтуса. Смотри график энтропии. Оно не просто флуктуирует — оно пульсирует с непредсказуемой амплитудой. Я пытался найти корреляцию с внешними факторами: плотность кхарцев в радиусе десяти метров, твой сердечный ритм, уровень кортизола… Ничего! Оно живёт по своим законам!

— Эрик, — я потерла глаза и переносицу, чтобы не сорваться на безумном ученом. — Понятнее, прошу! Простым языком!

— О! Твое поле неестественно нестабильное!

— Почему? Может еще раз повесить на меня сканер? — предложила, ведь все исследование было не только ради научного интереса Эрика, но и для меня.

— Было бы отлично! — согласился медик, а Гросс присел рядом со мной и буравил Эрика недовольным взглядом. — Но мне не хватает не то, чтобы данных, а… не знаю, как это объяснить. С тобой не все просто, как с кхарками.

— Я не понимаю. В чем проблема? — отодвинула от себя одну тарелку и приступила к другой. Голод был зверский, и я ела, позабыв и про этикет, и про адмирала рядом.

— Что было в спортивном зале?

— Мой коммуникатор решил меня уничтожить, — вспомнила о вчерашнем происшествии и по коже пробежали мурашки. Поежилась, вспоминая, как была близка к смерти. Если бы не бойцы «Пепла», меня убили бы смарт-часы.

— Нет, до этого! В момент, когда ты тренировалась, — Эрик спешно начал листать графики. — Я записал время, посмотрел записи с камер и сравнил их с колебаниями твоего энергополя.

На экран было выведено видео, где я бегу по инопланетной беговой дорожке. Ох, а я оказывается, немного поправилась. Или это эффект камеры?

— В этот момент вокруг тебя находилось 14 кхарцев! 14, Юля! По всем канонам, в присутствии 14 рецепторов твой потенциал должен был падать со скоростью не менее 200 кель в минуту из-за индукционного рассеяния. Но здесь, — Эрик ткнул пальцем в резкий пик на графике, — он вырос на 150. Не просто стабилизировался, а вырос! Это противоречит аксиоматике энергообмена!

— И? — не понимала ничего, а Эрик, как назло, эмоционировал в самый неподходящий момент.

— А здесь, — медик сменил видео на другое. Там была я, но уже в столовой после тренировки. Ох, кошмар, кхарец-поварешка держал мне поднос, а я как дикарка облизывала пальцы. Неужели нельзя было сделать другую нарезку?! — Аналогичная ситуация. Ты рядом с кхарцами, но энергополе растет, а не теряет. Как?

— Ну… я покушала, — отодвинула от себя пустые контейнеры. — Имею ввиду, что на видео в столовой я вкусно покушала. Пирожные всегда делали меня чуточку счастливее.

— Ты невероятная, — прошептал Гросс, закрывая свою очаровательную улыбку ладонью.

— Нет! Дело не в еде, — артачился Эрик. — А в спортивном зале? Там не было еды!

— А от чего зависит пополнение энергополя? Как… заряжаются женщины? Судя по твоим словам, я могу сделать вывод, что ваше так называемое энергополе — тупо эмоциональный фон.

— Женщина генерирует энергию и отдает ее кхарцам, подобно Богине Кхар, что поддерживала своих мужей, — напомнил мне легенду Гросс. Мы переглянулись с Эриком и до меня дошло, что медик тоже не особо верит легенде.

— Я не могу понять, как при физической нагрузке в окружении кхарцев ты не просто отдавала энергию, но и накапливала ее? — Эрик решил пропустить слова адмирала мимо ушей. — Как? Что ты делала?

— Я вспоминала свое прошлое, — открыла «секрет», но не стала вдаваться в подробности. Не хотела изливать душу и говорить о том, как старалась убежать от новой реальности в старую, где я еще была беззаботной девушкой Юлей Соколовой.

— Нет, это ничего не объясняет! — не верил Эрик, продолжая что-то листать в отчетах. — Но чтобы понять, что ты такое, и как это может… изменить правила игры… нужны тесты. Кровь, сканер, твои записи. Ты не просто источник, Юля. Ты — живой ключ к тому, чего мы не понимаем. И если эта аномалия связана с твоими земными корнями, с тем, как ты восстанавливаешься… Это перевернёт всё. Готова?

— Хорошо, — кивнула. — А почему я много сплю? Проспать 16 часов мне несвойственно. У нас на Земле в сутках 24 часа из которых на нормальный здоровый сон уходит около 7–8. Но 16… Это ненормально.

— Скорее всего так ты восстанавливаешься от потери энергии, которой подпитываешь кхарецв, — предположил Ильхом. — Если ты не чувствуешь других эффектов от подпитки, это не значит, что их нет. Ты тратишь, Юля, это естественный процесс.

— Тем более ты почти все время проводишь в присутствии кхарцев, — задумался Эрик. — Но чтобы подтвердить все, нужно еще сделать пару тестов, установить сканер и сдать кровь. Готова?

— Ммм, — вспомнились мне те жуткие иглы. Я поморщилась, но все же кивнула. Мне очень нужны ответы. — Только записи я вести не могу, так как мой планшет забрали.

— Я уже решил этот вопрос, — ответил мне Ильхом. — И нам нужно поговорить после всех процедур. Это очень важно, Юля.

Юлия

Все прошло лучше, чем я предполагала. На меня нацепили сканер, попросили не ходить в очистительный отсек сутки и выдали… обычный блокнот и карандаш. Блокнот, кстати, был с листами, похожими больше на плотный шелк, а не на привычную мне бумагу.