Чтение онлайн

– Аднан, посмотри этот участок дороги, из-за поворота ограничивается видимость, следовательно издалека не очень просматривается, и автомобилём к тому же сьехать с дороги в лес, вон тут очень удобно, и если проехать вот ещё чуть чуть, вон там за кустами автомобиль практически становится невидимым для проежающих мимо. Место выбрано с умом.

Труп был накрыт желтой клеёнкой, я включив фонарь, убрал клеёнку, мне нужно всё видеть четко. Молодой смуглый мужчина, в одних трусах, руки скованны полицейскими наручниками, длинные волосы ниже плеч, и такая же необычно длинная и неухоженная борода. Полненький. Тело практически без живого места, кожа вся покрытая линиями ожогов разной степени обгорелости, как будто к телу прикладывали раскаленные прутья, свежих шрамов с кровью намного меньше, чем старых заживших, шрамы вроде неглубокие, подошва ног вся черного цвета, как будто он прошёлся по раскаленным углям. С трудом представляется какую чудовищную боль испытал погибший. Что за оборотень сделал это, и зачем ?

– Наручники снимите аккуратно, на них должны быть отпечатки пальцев – сказал я – указывая пальцем на безжизненное тело. Убийство и избавление от трупа произошло максимум два дня назад, кровь ещё не успела полностью почернеть и высохнуть.

– А следы туфлей и покрышек смотрели ? – спросил я

– Уже смотрели, дождь всё смыл – вздохнул Аднан.

Мой взгляд остановился на шее погибшего, луч фонаря высветил миниатюрную наколку

– Волкан, сфотаграфируйте – сказал я указывая на рисунок гитары, для опознания понадобится.

– Тамер бей, посмотри на его странные уши – ответил Волкан – они все в дырках как решето, как будто толстым шилом прокололи. Дырки на самом деле необычные, одинаковые диаметром, значит сделаны одним и тем же инструментом, и полностью покрывают уши.

– Может быть погибший сам сделал их, при жизни ещё, сейчас такая молодежь пошла – ответил Аднан.

– Но в любом случае дырки это не причина смерти – дополнил я.

– Помнишь тело из Алемдаг леса, в прошлом году ?
– вопросительно посмотрел на меня Аднан. Я весь внутренне замер. Как я мог забыть. Тот декабрьский полдень всплыл в памяти так ясно, как будто это было вчера. Потрясение, испытанное тогда вновь пробежало волной по моей памяти. Мы тогда нашли тело обезглавленное и наполовину обглоданное дикими животными. Но шрамы на тех небольших кусках кожи которые остались на теле, идентичные тому, что сейчас передо мною, голову до сих пор так и не нашли и убийцу тоже, труп не опознан и дело висит.

– Ожоги на теле и шрамы идентичные, похоже на дело рук одного и того же человека, это уже двойное убийство – сказал Аднан.

В моем воображении начала вырисовываться странная, совсем мне не нравящаяся картина, неужели ритуальное убийство ? Тело несомненно несёт на себе печать нестандартного преступления. Созерцание мертвого тела довольно напряжённое занятие, особенно когда труп несвежий, я так и не привык до сих пор, быть безразличным к трупам, относиться к ним так словно это кусок мяса за прилавком в супермаркете, как это умеет делать Аднан. Как то на мой вопрос об этом, он меня с радостью попытался учить – убеди себя в том, что место преступления – всего лишь декорация на съемках фильма, или театральная сцена во время репетиции и что тела – всего лишь муляжи, вот тогда всё будет по другому. Прошли года, и я понял, что сказочник Аднан мне просто врёт, он за годы службы в жандармерии почерствел душой, перестал воспринимать чужую боль как свою собственную, в отличии от меня, вот и весь его секрет.

– Нужно запросить у мобильных операторов, данные всех телефонов, которые находились в этом районе последние пять дней, пускай Энре их просканирует, а что насчёт кинологов, им звонили ? – спросил я Аднана.

– Они выехали, будут через минут сорок, но они вряд ли чем нибудь помогут, дождь моросил накануне.

– Прочешите всё вокруг трупа в радиусе трехсот метров, сигареты и любой другой мусор собирайте в стерильные кульки для анализа ДНК, всё что найдете пошлём в лабораторию криминалистики.

Я уже понял, что дело дерьмовое. На месте преступления мы наверняка проторчим до позднего вечера, если не прихватим позднию ночь. И намечающихся выходных точно не будет. Завтра с утра мы соберёмся в караколе. Будем работать, выдвигать версии, отрабатывать по горячим следам. Мне нужно будет составить подробный отчет, а что если есть третья жертва ? Тогда это серийный убийца. Придется поехать на работу раньше обычного времени, чтобы просмотреть списки пропавших людей с аналогичными ожогами и дырками в ушах. Нам пригодится любая зацепка, у нас два идентичных убийства. Наверняка кто то видел преступника и возможно обратил на него внимание. Надо поискать свидетелей. Когда совершается преступление сперва видит Всевышний а потом узнаем мы криминалисты.

Истанбул это мегаполис, и если стать босфорской чайкой и взмахнув крыльями взлететь высоко вверх, то можно увидеть что этот город расположен в уникальном месте, сверху Европа, слева ниже Африка, справа внизу Азия, это реально географический центр земли. Мост между континентами, пупок земли. Приежих ради заработка, искателей приключений и криминальных типов здесь пруд пруди, в последние года тут ещё прибавились беженцы из Сирии, вот почему процент раскрываемости преступлений здесь существенно ниже по сравнению с другими городами Турции. Нереально поставить в этом городе по камере, на каждом углу. Насколько он прекрасен – настолько же опасен. По статистике каждый год в Турции исчезает около трех тысяч человек, из них половину находят в первые сорок восемь часов. Впрочем статистика раскрываемости убийств моего Аксарайского каракола одна из лучших в Истанбуле, по этой же причине, главный комиссар Истанбула Эркан бей вручил мне благодарственную грамоту. Я раскрыл немало сложных дел, и не только из за того что я специалист своего дела, каким знают меня многие, я ещё и везучий. Везение часто играет для меня даже намного большую роль, чем моя квалификация, и я конечно коллегам по работе никогда не говорю, что мне часто просто необыкновенно везёт. Повезёт ли в этот раз опять или же мы его схватим по уликам ?, незнаю, поживем увидим. Есть у меня ещё один специфический дар – я часто во время поиска преступника использую интуицию а не логику, это умение прислушаться к себе, я умею мыслить и чувствовать как преступник. Я один из лучших, и несомненно, дело поручат именно мне. Первым делом надо выяснить, чей это труп ?, чем быстрее тем лучше. Когда между пропажей человека и нахождением трупа прошёл маленький интервал времени, дело можно легко раскрыть. Чем больше интервал, тем труднее вычислить убийцу.

Белградский лес где нашли мы труп, теперь мне будет напоминать не только мою юность но и этот труп ещё. Меня захлестнула волна воспоминаний, когда то в далеком прошлом, в этом лесу наша семья любила устраивать походы и пикники. Здесь папа первый раз обьяснил мне, как работает компас и как им пользоваться, и здесь же я первый раз выстрелил из ружья, этот лес мне так и запомнился моим детством в котором было всё прекрасно, и я наивно думал что все вокруг такие же счастливые. Я мысленно перенёсся в далекое прошлое, вернулся бы на минуту назад в детство, к самому себе в этом лесу, нашёл бы себя и рассказал бы про свое будущее, что важное произойдет у меня а на что вообще не стоит обрашать внимания. Пояснить бы самому себе, что вырасту и стану комиссаром, будет форма на мне и пистолет на ремне, а ещё буду расследовать убийство в этом же лесу, вот в этом месте. И папе обязательно передал бы, чтоб в тот злополучный жаркий день, пятого июля идя на задание, ни в коем случае не снимать бронежилет. Столько всего, если я всё хотел бы изменить, так как мне хочется, пришлось бы постоянно мотаться между настоящим и прошлым. У меня всегда были мечты которые невозможно исполнить, именно то что невозможно сделать, шапка невидимка, проходить через стены. Как хорошо что не все мечты сбываются, представляю сколького бы натворил. Я любил фантазировать и верил в чудеса, со временем всё конечно ушло, но иногда просто приятно лечь закрыть глаза и начинать фантазировать с картинками в голове, и в какой то момент, граница между реальностью и мыслями плавно стирается и представляется, что это уже, не моя фантазийная выдумка а сама реальность. Сейчас у меня осталась всего одна мечта, телепортация.

Итак, поехали… Сижу дома, раз щелкнул пальцами, и я в Милане, оглядываюсь, никто не заметил моего внезапного появления, погулял, сел в ресторане заказал самое дорогое блюдо, выпил, щелчок пальциком, и я дома опять. Или же ещё лучше, вот я перед банком в Милане, хочется экстрима, грабануть банк что ли, легко … заходя в банк, вытаскиваю свой служебный пистолет, всю обойму выпускаю в потолок, люди разбегаются, кассирша послушно отдала мне деньги из кассы, не забыв при этом заблокировать входные двери и нажав на кнопку тревоги, не торопясь захожу в туалет, ещё раз щелчок, и вот я у себя дома в Истанбуле, с пачкой миланских евро денег. Эй Тамер, алло, очнись, что за левые криминальные мечты у тебя пошли опять, ты же комиссар. В принципе я законоуважающий трус, так что на это всё равно не решился бы, как бы я этого не хотел.

Каждое утро в десять в нашем Аксарайском караколе проходит короткая летучка по уголовным делам. Из дома я выехал на час раньше обычного и приехал на работу в восемь утра, вместо обычных девяти. Мне нужно успеть накопать больше информации, для полноценого отчёта, до начала совещания. Припарковавшись перед зданием я поторопился внутрь. Пятиэтажное здание примыкаюшее прямо к центральной дороге, на втором этаже столик с двумя компьютерами около окна, это моё рабочее место – с окнами на вечно бурлящую трассу. Компьютер с централизованной базой данных, по моему запросу по нераскрытым убийствам, он выдал мне очень длинный список. Быстрый анализ результатов, глотки из финчана кофе по турецки, опять поиски по словам, есть предчувствие – не всё ещё нашёл, наверное что то ещё упущенно. Результаты неутешительны, десять схожих результатов, последние проверки. Так, что я вижу, у нас будет толстое дело, со множеством трупов. Неужели серийник ? Возможно. Два часа пролетели как пять минут. Пора идти. Я успел, готов. Буду оглашать нерадужные результаты начальству и коллегам. Без пяти десять с распечатанными листами в формате А4, и своим рабочим ноутбуком я поднялся в лифте, на пятый этаж, в комнату оперативных совещаний.

Это просторная комната без окон с серыми стенами, овальный стол в центре комнаты занимает основную площадь. Большой тонкий экран установлен по соседству с портретом Ататюрка на фоне флага, с потолка свисает встроенный проектор. Поздоровавшись с коллегами, я плюхнулся на свое кресло около Волкана по другую сторону стола от двери, кресло очень удобное и я могу часами сидеть в нём, оно очень комфортное. Комната начала понемногу наполняться. Пришли специалисты разных уровней, люди самые разнородные по возрастам и характерам, но одинаковые по цели – восстановить справедливость.