Чтение онлайн

Найджел вскочил с кресла и стал возбужденно мерить шагами комнату. В голове у него складывался образ, подсказанный случайной фразой. Он отчетливо видел этот до абсурда простой образ, который переворачивал всю его концепцию. Решение получалось совершенно логичным… единственно логичным ответом на второй вопрос. И тут, еще больше возбуждаясь, он увидел, что получил рациональный ответ и на первый. Не получался, как ему с сожалением пришлось отметить, лишь ответ на вопрос, как разгадать личность преступника. Но с этим пока можно и подождать.

Он снял трубку и позвонил суперинтенданту Блаунту в Скотленд-Ярд.

– Блаунт? Это Стрейнджуэйз. Мне пришла в голову совершенно исключительная идея… Да, в связи с отравлением Ниты Принс. Я, кажется, знаю, почему и как преступник унес капсулу… Нет, не знаю кто… Нет, черт побери, я не располагаю еще доказательствами: я пришел к этому чисто умозрительным путем… Старина, не обижайтесь, но собирание доказательств – это работа полиции, то есть ваша. Если позволите, для начала предложу следующее: выясните, кто из подозреваемых имел доступ к яду… Да, знаю, имели все, и не считайте меня за дурачка. Я имею в виду: доступ к какому-нибудь другому источнику цианистого калия… Что?.. Да в общем-то никакого вреда не будет, если все узнают, что вы его ищете. Я заставлю нашего мистера Икса, кто бы он ни был, занервничать, и он может не выдержать и сделать какую-нибудь глупость… Нет, это всего лишь блеф – нам важно установить, не было ли у кого-нибудь из них другого источника получения яда. Дело вот в чем… – Но Найджел не успел приступить к изложению своей теории: прозвенел звонок и дворничиха ввела Брайана Ингла. Найджелу пришлось дать отбой.

С величайшей осторожностью Брайан опустился в кресло, в котором только что сидел Найджел. Щурясь, как будто свет или то, что он видел, причиняли ему боль, он оглядел комнату.

– Вы здесь впервые? – наугад спросил Найджел.

– О да, конечно… Разве могло быть иначе! Я хочу сказать, испытывая такие чувства к Ните…

Они помолчали. Потом Найджел сказал:

– Мне бы хотелось, чтобы вы рассказали о ней.

– Да, я это собирался сделать. Но вы были все время так заняты. И, Найджел, я х-хотел спросить: полиция, она уже… То есть я хотел сказать, они кого-нибудь конкретно подозревают? Это Биллсон? Я видел, Меррион сегодня был на работе, значит, это не он.

– Странно… Вы едва ли не первый, кто меня спрашивает об этом. Наши коллеги поразительно выдержанны.

– Это вовсе не в-выдержанность, – возмутился маленький человечек. – Это самое обыкновенное бездушие! Что им до нее? Еще одна смерть, и только. Столько было смертей за последние годы, что мы уже не реагируем на них. Никого это не интересует.

– Включая Джимми?

Брайан Ингл погрузился в свое привычное, похожее на транс, молчание. Найджел знал: не нужно ему мешать и не следует торопить. Это было все равно что наблюдать за тем, как мышь рожает гору.

– Не знаю, – разродился наконец Брайан. – Он, конечно, любил ее. Но мне тоже хотелось бы знать…

– Но? – подсказал Найджел.

После еще одной затянувшейся паузы Брайан промолвил:

– Последнее время она чувствовала себя очень несчастной.

– Она вам много рассказывала об этом?

Теперь Брайан Ингл осмотрелся в комнате посмелее.

– Он хорошо к ней относился. Да, я должен это признать.

И опять замолчал. Потом продолжил:

– Знаете, Найджел, для меня было совершенно невыносимо разговаривать с суперинтендантом. О, я не сомневаюсь, он очень порядочный человек. Но какое это имеет значение? Ее уже нет в живых. Ну какая разница, кто ее убил? И…

Мне нужно было очень сильно проветрить свое сердце. А это следствие, эти вопросы, вопросы, вопросы – они были как звонки от адвокатов, просто так, звонки и письма с соболезнованиями, когда ты пытаешься, – у него дрогнул голос, – когда ты пытаешься навести в сердце порядок.

– Да. Я понимаю. Но вот что нужно все же сказать: вероятно, самая счастливая полоса в ее жизни все равно уже прошла.

– Я мог сделать ее счастливой, – ответил Брайан с подкупающей простотой. – Видите ли, – криво улыбнулся он, – для меня приемлема и самая большая домовитость.

– А для Джимми она не приемлема?

Брайан Ингл опять глубоко задумался. А когда заговорил, можно было подумать, что сказанное затрагивает предмет лишь по касательной.

– Она иногда бывала у меня дома, а я отказывался приходить сюда… Это единственное, в чем я ей отказывал. Она знала, что я ее выслушаю и утешу. О том, как у нее дела с Джимми…

– Очень жестоко с ее стороны, не правда ли?

– О да, наверное. Влюбленные всегда жестоки. По отношению к другим, я хочу сказать… Когда человек влюблен настолько, насколько была влюблена в Джимми Нита. Когда человек знает, чего хочет, он начинает тиранить остальных людей. И я скажу вам, что если бы Джимми бросил ее, я бы его убил.

– У нее и прежде было много любовников, – нарочито грубо вставил Найджел.

Брайан Ингл и бровью не повел.

– Вот-вот, – проговорил он, развивая свою загадочную мысль. – Видите ли, рано или поздно они бросали ее. Ни один не предложил руки и сердца.

– Почему?

– Потому что она была слишком красива. Ее красота вводила их в заблуждение. Они полагали, что заполучили идеальную – как бы это сказать – идеальную куртизанку. И очень скоро обнаруживали, что попали в ловушку: входили в храм Афродиты, а оказывались в домашнем гнездышке с вязаньем на кресле и котом-мурлыкой под креслом. Вроде как здесь. – Он обвел рукой комнату.

– Но Джимми, кажется, это вполне устраивало.

– Нита поначалу тоже так думала. Довольно долго. И он тоже, по-моему. Они с женой люди светские. То что называется современные: для них что легко пришло, то легко и уходит. Нита совсем из другого теста. Ее пристрастие к дому… Знаете, для него это было сначала чем-то вроде забавной игры. А потом он стал понимать, что для нее это вовсе не игра, что она совершенно серьезна…

– И нельзя сказать, что это «легко уйдет»?

– А разве можно ее упрекать? Я знаю, легко говорить про женщину, что она когтями вцепилась в мужчину, что она его душит… Боже мой, что за слово: «душит»! Оно мне напоминает романы дам-сочинительниц, которые я когда-то рецензировал. Но люди, которые так говорят, никогда не примеряют к себе, как это выглядит для другой стороны – для женщины. Нита вела в свое время беспорядочный образ жизни… мужчины желали ее только как любовницу, но не как жену… Вот почему у Ниты выработалась такая потребность в обеспеченном будущем. Каждая женщина хочет обеспеченного будущего, это у них – биологическое. Но Нита буквально помешалась на этом. Я посмеивался над ней, было дело. Конечно, осторожно, чтоб не обидеть. У бедняжки начисто отсутствовало чувство юмора. И почему она, кстати, должна была воспринимать такие шутки? О да, она выглядела такой уверенной в себе, такой неприступной, такой преуспевающей! Верно? А под этим – страх и неразбериха. Она утратила веру в свои силы и искала в самой себе ту ужасную причину, по которой никто не берет ее замуж и не хочет обеспечить ей будущее.

– Но Джимми ведь был готов? Я хочу сказать, готов был дать ей эту уверенность?

– Да, он дал ей все, что обеспечивало такую уверенность, это правда, – ответил Брайан, еще раз медленно обведя глазами комнату. – А значит, и чувство уверенности – на какое-то время. Вы сами знаете, женщинам приходится заниматься самообманом и принимать иллюзию за реальность, которой нет и в помине… Словом, мартышкин труд. И потому, что он так уверенно давал ей ощущение обеспеченного будущего… – Брайан неожиданно замолчал.