Чтение онлайн

Мужики повелись и буквально пару секунд разглядывали друг друга, а я – наслаждалась своей маленькой победой. Попались. И по моему негромкому смеху они это поняли.

– А вы, я смотрю, та ещё хитрая девушка! – рассмеялся Грейс, толкнув хмурящегося Максиэра локтем. – Учтём, госпожа Тилла, учтём! – подмигнул мне и красиво потянулся. Кошак, мысленно фыркнула я, но меня этим не пробьёшь, вот не вызывает он во мне приятных эмоций, в отличие от брата, слишком слащавый. В ответ я с улыбкой поиграла бровями.

– Что ещё вы хотите узнать, господа охотники?

Но тут Грейстон лег на живот, опершись на локти и создавая видимость легкой дружеской беседы, и игриво спросил:

– Почему вы убили только одного и оставили в живых Шаминэра?

Подобный вопрос был ожидаем, и ответить на него решила честно:

– Я никого не хотела убивать, скажу больше, приложила все усилия, чтобы травмы были заживляемыми. Предупредила о последствиях, но достучаться до здравого смысла так и не смогла. Даже бросок звезды не заставил их задуматься, а только дал толчок идти напролом. Этот дубовый первопроходец вообще не отличается наличием хоть каких-то зачатков разума, видно, привык брать силой и агрессией. По мужскому мнению, драка с женщинами, считающими себя воинами, вообще для вас, мужчин, нечто унизительное – ведь мы созданы для иных развлечений, – и таких, как я, надо стразу ставить на место или в позу. Вот только жаль, что навыков для подобного в случае со мной не хватило, – презрительно усмехнулась воспоминаниям. – Ваш Шаминэр, простите за прямолинейность, фееричный засранец, не считающийся ни с какими потерями ради достижения своих целей. Смерть для него слишком простое наказание за мерзкий характер и злодеяния. Теперь он сам среди тех, кого считал отбросами. – На лицах внимательно слушающих меня драконов я заметила некое уважение и согласие с моим мнением. – Мужиков даже жалко немного, но, как говорится, дураков надо учить. Я и того одного убила только потому, что несмотря на приказ начальника взять меня живой, он не собирался этого делать, слишком поглотили его злоба и чувство мести. У меня не было выбора.

– Ха! Заживляемые раны! – дослушав меня до конца, воскликнул Грейстон. – Да их там латать и латать, а целителей такого уровня в Иссаре давно нет. Если Вы считаете, что это называется «приложили все усилия», то я бы оспорил это утверждение, ведь порезали Вы их таким образом, что конечности теперь практически недееспособны. Да, и почему именно таким способом Вы решили обезвредить стражников? – тут же спросил он.

Я горько улыбнулась.

– Все просто. При нанесении ударов в жизненно важные части тела, я повышала риск смертельного исхода – кирасы и кольчуга бы их не спасли – их мощь и опыт работы в страже никак бы им не помогли. Наши навыки и умения слишком разные. То, что в городе нет целителей, уже проблемы руководства города. Принимая решение сразиться именно так, я поставила перед собой две цели: первую уже озвучила, а вторая – заставить пользоваться мозгами хотя бы тех, кто наблюдал, и делать выводы, а в идеале учиться на ошибках других. Судя по тому, что в драку они не вмешались – соображать всё-таки могут.

Максиэр сидел и внимательно слушал всё, что говорю и делаю, впитывая каждое слово и жест. Значит, у Грейстона роль отвлекающего. Оценила. Изменим правила.

– Макс, а у Вас есть ко мне вопросы? – томным голосом, причём неожиданно даже для себя самой, обратилась к принцу.

Тот кивнул и очень строгим тоном, словно на допросе, поинтересовался:

– Куда Вы дели сестер Шадденэр?

– Вы о ком? – удивилась я широко открытыми честными глазами: умение смотреть чистым невинным взглядом выработалось годами постоянных тренировок для сокрытия последствий неудачных боёв или экспериментов с бойцами моей охраны. Училась, как могла, всему и изо всех сил!

Макс постарался отзеркалить моё выражение лица и с такой же интонацией спросил:

– О девушках из зелёного дома, исчезнувших благодаря Вашему телепорту, – глазками хлоп-хлоп. Какой милашка!

– Зелёный дом… Девушки… Телепорт… Вы уверены, что вопрос по адресу? – изобразила искреннее непонимание я.

– Более чем, – ухмыляясь и давая понять, что правила игры приняты, ответил принц. Рядом старался не ржать Грейстон, зажав в кулаке нос и рот разом.

– Не знаю, о чём вы говорите, но если вы о тех молодых особах, чьих родителей Шаминэр прилюдно казнил на площади, то я рада узнать об их исчезновении, может, их жизнь станет легче. Предвосхищу вопрос, откуда я об этом знаю: этот говнюк, сам похвастался, показывая на одну из служанок таверны, коей являлась одна из сестер, – в наглую и с удовольствием врала я. Удивительно, но Максиэр изо всех сил, хотя и с трудом, пытался делать вид, что верит. – Следующий вопрос, господа? – уже откровенно развлекалась я.

Тут, открыто смеясь в голос, высказался Грейс:

– Не знаю, как ты, Макс, а я думаю, что это пустая трата времени. Ваши интеллектуальные способности, Тилла, мы оценили.

Принц недовольно на него посмотрел, но перечить не стал.

– Если все вопросы, выяснены, господа, предлагаю, разойтись с миром, – я поднялась с плаща, мужчины последовали моему примеру, подобрала оружие и саркастически добавила: – Если только вы не собираетесь со мной сражаться, но что-то мне подсказывает, что я ошибаюсь.

– Почему Вы так решили, Тилла? – загадочно улыбнулся Максиэр.

– Вряд ли вы шли бы просто поболтать. Цель должна быть более существенной: например, нанять или заставить расплатиться каким-либо образом за совершённое. Ваша экипировка говорит о том, что сразиться со мной в ваши планы точно входит.

Принц уважительно на меня посмотрел и дипломатично уточнил:

– Не сражаться, Тилла, а расширить свои познания и усовершенствовать нашу технику боя. Если, конечно, Вы нам позволите?

– Это теперь так называется? – рассмеялась я. – Ну-ну. Выбора, я так понимаю, у меня нет?

Я осознавала, что перед боем мои противники постараются обезопасить себя, обследовав меня на предмет магии и магических амулетов. На мне было несколько небольших, но броских украшений, которые должны вызвать к себе интерес, а это для моей главной цели – получение образцов – уже немало. Стоило мне, потянувшись рукой к вороту куртки, незаметно его расстегнуть, открыв доступ к висящему на шее камню, как по телу прошла обволакивающая теплая волна – проверяют. Я стояла неподвижно, открыто улыбаясь, давая понять, что знаю об их проверке.

– На Вас очень интересные артефакты, Тилла: то ли они защищают Вас, то ли Вы их, – уважительно произнес Грейс. – Не расскажете о них?

– А должна? – ухмыльнулась я.

– Конечно же, нет. Это была только просьба, не больше, – и опять этот улыбчивый змеиный взгляд. – Мы лишь не хотим причинить Вам боль от нашего неведения, поверьте, и надеемся, что ваши украшения не доставят её нам.

– Не доставят, если вы не будете пытаться до них дотронуться, – я почувствовала, как кулон на шее начал нагреваться, значит, работает, что не может не радовать. В идеале в него бы вложить образец их боевой магии, но пока это не вариант. – Снимать я их не стану, опасности для вас они не представляют.

Посмотрев на Максиэра, я замерла: он сосредоточенно смотрел на кулон, а пальцы на руках от внутреннего напряжения шевелились. Что он делает? Кулон становился всё теплее и теплее. С одной стороны, это хорошо, а с другой – нельзя было акцентировать внимание на том, что именно он «изучает». Постаравшись привлечь внимание легким покашливанием, я, приподняв левую бровь, задала немой вопрос мужчине. Он лишь на миг смутился, но взяв себя в руки, строго спросил:

– Что за украшение на Вашей шее?

– Личная защита, – спокойно, почти не солгав, ответила я. Она была вплетена в цепочку кулона.

– Странная вещица…

– Я бы сказала, уникальная, – улыбнулась в ответ.

– Возможно. Я попросил бы Вас снять его перед спаррингом. Оно не внушает мне доверия, – жёсткий и властный тон этого принца и забавлял, и внушал опасение одновременно, но, что удивительно, не страшил. Зато безумно захотелось поддеть этого наглого драконишку.

– Если моё украшение для защиты от ментального воздействия внушает Вам такой сильный страх, я, конечно же, его сниму, – растянув от уха до уха улыбку фальшивую, я потянулась к кулону. Вся соль была в том, что, убрав его с тела, ничего, по сути, не изменится.