Чтение онлайн

Помимо больших красивых голубых глаз, которые мне так нравились, у него были черные вьющиеся волосы, свисающие до плеч. Красивый мальчик, что сказать… И на фоне его наверно становилась блеклой. Высокий брюнет, худощавого телосложения, надувал всегда свои щёки, которыми любил меня дразнить: «Хомячок! Хомячок!» – слышался доносящийся смех в мой адрес.

– «Да, сам ты хомяк!» – отвечала я ему, глядя на него сердитыми глазами. Как мне не нравились его шуточки, терпеть просто не могла. Я вообще человек отходчивый, но чувство юмора у меня хромало. Вот так.

Алекс очень любил музыку, и мы как два заядлых меломана, катаясь по дорогам, громко слушали музыку, басы так дребезжали, что моя сумка подпрыгивала на заднем сидении. А нам было всё равно, мы слушали любимую музыку, как раз тогда играла группа «Amatory». Это наверно юношеский максимализм, живи на всю катушку, забыла ещё добавить про «пофигизм». Но было бы так всегда, ведь я совсем не такая. Может быть задержались в подростковом возрасте? Душа поет и не замечает возраст.

Конечно же Алекс не знал, чем я занимаюсь в свободное время от университета, и думаю он об этом никогда не узнает. И о лисенке тем более.

Сегодня мы целый день с Алексом проболтали о разных темах, о политике, о музыке, о его девушке, о мире, о людях, о поступках. В общем обо всём, о чем мы хотели. И так до вечера. Во время обеда купили хот-доги с апельсиновым соком. Это был наш обед в машине.

Мы были вовлечены в беседу и это так нравилось, тем более сегодня выходной, и после обеда мы собирались поехать на рок-концерт, который должен был состояться в нашем городе. Но до рок-концерта я должна была подготовиться и раскрасить свои волосы баллончиком. Уж, очень сильно хотелось походить на рокершу, хулиганку. Хоть я не совсем таковой являлась. У меня оставался с прошлого раза после посещения одного из таких же рок-концертов баллончик для волос с голубой краской, он как раз был у меня в сумке. Потому что домой опять заходить не собиралась.

Глядя в зеркало на переднем сидении машины, я распыляла баллончик на свою челку. У меня был целый набор цветов. Волосы сами каштановые, кончики фиолетовые, а челка голубая. Оторва, точно оторва, кто-нибудь обязательно бы так подумал. Говорят, да, и я читала, что человек, который красится или одевает яркие цвета, хочет привлечь к себе внимание, потому что испытывает его недостаток. Так может к этим категориям людей я тоже отношусь? Нет, я с этим не спорю. Алекс смотрел на меня прищурено, видать не понимал зачем вообще я крашу волосы, но молчал.

Золотисто-фиолетово-каштановые кудри свисали на мои плечи, голубая чёлка закрывала один глаз, убирая её за ухо и улыбаясь, я кричала: «Черная роза! Черная роза!» Мило качающая руками взрослая 25-летняя девочка, выглядевшая на лет 20, прыгала в такт музыки и подпевала.

Да…я косила под подростка, несомненно. Возможно, стесняясь своего настоящего возраста…

Алекс рядом стоял не шелохнувшись, и забавно наблюдал за мной и хихикал. Мы очень любили рок-музыку. В наш город приехала рок-группа на праздник «День молодёжи». Рок для меня был как вызов, крик души, слова, которые я не могла сказать.

Как рассказывала ранее, у меня была прогрессирующая депрессия, длительная. Годами она могла не уходить, поводом поднять себе настроение, как раз оказался рок-концерт. Я знаю, что мне с этим надо что-то делать. Я не знаю, учеба или работа на меня так давят? И что вообще происходит в моей голове?

В целом хочу сказать, что меня постоянно тянуло менять себе прически и цвет волос. Если честно не знаю, что и с этим непонятным для меня периодом жизни связано. Может мне чего-то не хватало? А может мне просто, надо было стать визажистом? Помню, как ранее красила свою челку в розовый цвет и шла по улицам… Помню, что на меня почти все обращали внимание. Наверно думали, что я – идиотка. А черные локоны? Помню, как один раз шокировала своего соседа, когда, выходя из подъезда, он увидел меня с ярко-рыжими волосами. Вот представьте себе момент, вы гуляли целый день с человеком, с которым у вас клеился хороший разговор, смеялись, веселились, и он запомнил вас такой симпатичной девушкой, с белыми волосами без всяких цветных прядей, обыкновенная блондинка, в короткой пышной юбочке, фиолетовом джемпере, в котором проглядывался белый провод от наушников. И всё замечательно! Наступил чудесный вечер, прощание до завтра. А утром при случайной встрече, ведь живем в одном подъезде, выходит не белая пушистая вчерашняя блондинка Женя, а рыжая бестия! Это да…в этом плане люблю шокировать людей, хотя об этом и не думаю, просто делаю, что душе угодно, а вот волосы страдают от моих прихотей.

После радостных и восторженных выкриков рок-группе, я наблюдала за публикой, а потом смотрела тайком на Алекса.

Эх, Алекс, Алекс – это имя в голове хотелось всегда произносить. Я понимала, что мы не будем вместе. Что не в его вкусе и что у него есть девушка, с которой он тайно встречается. Бывало, когда он начинал говорить, моё сердце начинало трепетать в тайне от всех, погрузившись своим затаившимся дыханием я немела, глядя в его глаза, пыталась моргать, чтобы не привиделось моё мление. Как волна с волной, как бабочки в животе, я была с ним и дышала только им, хоть и на расстоянии.

Всегда спокойный, как море. Общаясь с ним, я влюблялась в него недели за неделями, не осознавая этого. Стоя рядом с ним, так хотелось его поцеловать. Так хотелось невзначай к нему прикоснуться. И мне хотелось, чтобы он тоже думал об этом. Но я терпела, говорила про себя: «Спокойно, успокойся». Но всё не так, как хотелось мне. Наверно любой бы человек догадался, что я в него влюблена, посмотрев на мой взгляд вслед Алексу или на Алекса. И грустную нотку в улыбке, потому что симпатия безответна.

Когда вспоминала о том, что я не такая, какой, возможно, представлял меня Алекс. И если бы он узнал, кем я работаю, я б его наверно никогда больше не увидела. Что ещё сильнее меня притягивало к нему, и заставляло молчать. Мой секрет он никогда не узнает и не должен узнать.

Вечером я пришла на работу к лисенку. Это был офис в высотной башне одного из бизнес-центров, лисенок арендовал весь восьмой этаж. Кабинет был просторный светлый в коричневых оттенках с высокими потолками и красивым видом на город в огоньках, черный кожаный диван находился при входе слева рядом с которым стоял стеклянный стол, справа стоял стол для совещаний на шесть мест по бокам. Лисенок сидел в глубине кабинета на большом черном кресле за своим рабочим столом, и смотрел в монитор, не реагируя на моё присутствие. Я молча стояла, облокотившись на стол, где он сидел, и ждала, когда он закончит разговаривать по мобильному телефону. Сегодня у меня было хорошее настроение. Я ждала многого от него, особенно денег, тем временем взгляд пронизывал его плечи, мысли о том, что обнимаю их, не давали покоя. Мне так не хватало ласки и любви. Ох, эти сильные мужские плечи, я утопаю в его объятиях сильных крепких рук. Я представляла, как он сжимает моё тело своими сильным ладонями, как мой вздох даёт о себе знать в тишине любовных прелюдий.

На мне было черное маленькое платье от Шанель с глубоким вырезом на спине. Мои локоны свисали ниже моих обнаженных плеч, касаясь неловко его пиджака. Мои ноги ждали теплых ласковых рук, они говорили, я тебя хочу. В черных капроновых колготках и на высоких черных каблуках, я старалась для себя и для него тоже. Всё время думала, что буду делать, и как себя буду чувствовать, если его не будет у меня. Если он уедет, он ведь меня с собой не возьмёт. Эта разлука может быть для меня трагичной. Потому что я не знаю, как справлюсь с постоянными печальными и унылыми депрессиями. Я не хочу умирать, но я и не хочу жить без него и без его денег, которые дают мне временную иллюзию красивой жизни.

Постоянно задаю себе слишком много вопросов, вопросов, на которые я не всегда могу найти ответы. И когда моя жизнь – это придуманная розовая сказка, мне хорошо, но, а когда наступают такие обстоятельства, которые на миг ломают кусочек моих розовых иллюзий, меня жизнь бьёт в живот или в бок, осознавая, что я не могу жить в таком мире, в жестоком мире. Понимаю, что слабая, очень слабая. А люди практически все злые. Затем я превращаюсь в маленькую девчонку, которая не может ничего поделать и решить.