Голубая роза
Шрифт:
Разумеется, все этим беззастенчиво пользовались, особенно коллеги постарше, для которых включить компьютер и найти нужный файл было проблемой. А Кемалю позволяли играть в его безобидную игру – видеть всю мозаику в целом и отдельные кусочки, которым пока еще не найдено в ней места.
Сейчас у него вообще были одни кусочки, а до картинки еще далеко.
Но на всех его кусочках отчетливо выделялись фрагменты этого небольшого дома. Если верить свидетелям, девушку видели именно там. Конечно, в аптеку она могла зайти случайно, но дама с кошкой видела ее в подъезде. И Айше, может быть, что-нибудь вспомнит.
К кому она могла прийти?
Кемаль сидел в машине около очередного дома «Арыкента», который был построен намного выше и «кривого» дома, и того, где обнаружили тело. Пришлось даже доехать на машине – не карабкаться же пешком по горе. Этот дом и соседний были почти рядом с маленькими домами, как бы над ними, но автодорога делала несколько крутых поворотов, чтобы смягчить слишком резкий подъем, и от этого казалось, что те маленькие дома остались где-то далеко внизу. А между тем вот они оба, как на ладони. Кемалю хотелось немного отдохнуть перед очередным опросом, и он, достав блокнот, куда он записывал все заслуживающее внимания, нарисовал в нем четырехэтажный домик и разделил его вертикальной чертой – не посередине, а как показала Айше: с одной стороны одно окно, с другой три. Большие и маленькие квартиры. К кому приходила девушка, если пенсионерка-кошатница говорит правду?
Две квартиры пустуют: одна сдается, на окнах наклеено объявление, хозяева другой работают за границей. Кажется, в России. Одну хозяйку – студентку он не застал дома, четыре другие были на месте, он со всеми поговорил и ни одна, кроме старой дамы, девушку не признала. Последней была Айше.
Попробуем по порядку: Кемаль стал вписывать имена и факты прямо поверх нарисованного домика. То есть вписывал он отдельные буквы, стрелочки, вопросительные знаки и цифры, но ему эта картинка заменяла многостраничный отчет. Который потом он, конечно, напишет для начальства.
Первый этаж: одна квартира сдается; в большой живет милая женщина средних лет София с маленьким сыном лет пяти-шести на вид и мужем, который, естественно, днем был на работе. Интересно, зачем им такая большая квартира? Они не производили впечатление обеспеченных людей.
Второй этаж: госпожа Мерием с кошкой в маленькой квартире; большая обитаема лишь изредка, когда хозяева приезжают в отпуск. По словам пенсионерки, у них там сделан какой-то невероятно шикарный ремонт. Судя по окнам, которые все заменены на двойные стеклопакеты, это правда. Всегда ли пожилая мадам говорит правду?
Третий этаж: студентку из маленькой квартиры придется навестить вечером; в большой жила многодетная мамаша с сумасшедшими глазами, захлопнувшая перед его носом дверь.
Четвертый этаж: маленькая квартира – Айше; в большой любезная молодящаяся женщина с больным мужем и собакой Леди. С ними удалось вполне нормально поговорить, вот только толку от этого разговора никакого. Не видели, не встречали, не знают. Правда, госпожа Фатош (она так и представилась, почему не Фатма?) как-то очень нервно закуривала и улыбка у нее показалась Кемалю не слишком естественной, но может эта дама всегда такая? Или переживает, что не так макияж сделала?
Добравшись мысленно до крыши «кривого» дома, Кемаль пририсовал снизу треугольник, чтобы было понятно, что с одной стороны имеется еще нижний этаж, занимаемый аптекой. Он написал «АПТЕКА» и заметил, что буквы в слове «Айше» он обвел раза три и написал их как-то затейливо, да еще и рамочкой обвел. Подсознание дает сигнал, усмехнулся Кемаль, захлопнул блокнот и вышел из машины.
Взглянув вниз, он увидел выходящих из дома женщину с коляской и Фатош с собакой.
Они направились в сторону недостроенного маленького дома. Сейчас их остановят и заставят вернуться, если, конечно, эксперты еще не закончили работу. Хотя какая там работа? Идеальное место преступления: отпечатки пальцев снимать не с чего, кроме дверных ручек, если, конечно, убийца не прикладывал специально руки к оконным стеклам; повсюду остатки строительного мусора, специфическая цементная пыль; куча следов, оставленных рабочими, которые дружно набежали на крики товарища и затоптали все, что можно было затоптать.
Единственной удачей в этом деле была фотография. Зачем она лежала у девушки в сумочке, неизвестно. Почему она была не целой и что было на отрезанной части? Не подсунул ли ее туда сам убийца и если да, то зачем? Ответь на все эти вопросы – и многое узнаешь. Если не все. Ведь если ее туда положила сама девушка, то почему убийца ее не забрал? Наверняка у него было на это время. Скорее всего, что-то он из сумочки вынул – слишком безликим было содержимое: несколько бумажных салфеток, две таблетки аспирина, маленький блокнотик, точнее, скрепленные вместе крошечные странички, на которых обычно что-то записывают для памяти и наклеивают клеящейся стороной на видное место. Записей на них, конечно, не оказалось. Шариковая ручка, несколько монет и эта фотография.
Удачей ее можно было считать по двум причинам: во-первых, это была какая-никакая зацепка, ниточка, потянув за которую можно было установить личность жертвы; а во-вторых, можно было уже сегодня показывать ее потенциальным свидетелям, не сообщая им, что девушка мертва, и не тратя времени на изготовление специального фото, сделанного посмертно, но изображающего человека как живого. С ней-то, затянутой в специальную прозрачную пленку, сохраняющую отпечатки пальцев, и совершал Кемаль свой обход.
Еще раз посмотрев вниз, он уже не увидел женщины с коляской, а дама с собачкой остановилась в небольшом сквере, разделяющем два интересующих Кемаля дома, и наблюдала за передвижениями своего кокера по ухоженным газонам. Наверное, из окон этих двух высоких домов «Арыкента», которые ему еще предстоит обойти, хорошо видно, кто и когда подходит к месту преступления. Точнее, к месту обнаружения трупа, но маловероятно, что тело туда принесли: домик-то со всех сторон просматривается. И он почти закончен, а поэтому и фонари в скверике вокруг него зажигают, так что и ночью с трупом не очень удобно рисковать.
Хотя Кемаль по опыту знал, что убийцы иногда совершают необъяснимые и нелепые с точки зрения здравого смысла поступки. Здравый смысл покидает их.
Надо, пожалуй, проявить инициативу, чтобы потом не делать повторный обход. Спросить жильцов, кого они видели на подходах к тому роковому дому. А то начальство потом, конечно, спохватится…
Заверещал мобильный телефон.
– Слушаю, – деловито сказал Кемаль, ожидая новых указаний или срочных заданий.
– Господин Кемаль, здравствуйте. Мы с вами сегодня встречались и разговаривали о девушке. Я живу в доме 10, квартира 8, Мандариновая улица. Меня зовут Айше, если вы помните…
– Конечно, помню. Разве вас забудешь? – невольно вырвалось у Кемаля.
– Ну и комплименты у вас! – засмеялась женщина в телефонной трубке. – Хотите сказать, что я столько глупостей наговорила, да?
– Да нет, что вы… – запротестовал Кемаль. Не забывай, что тебе как профессионалу не нравится ни она, ни ее поведение. Ни ее звонок.
– Знаете, я вспомнила, где и когда я могла видеть вашу девушку. Это было вчера, во вторник, в шесть часов вечера…
– Подождите, – перебил пораженный Кемаль. – Вы уверены, что это была она? И именно в шесть вечера?