Голубка для оборотня
Шрифт:
— Ты?! И у тебя получилось? — удивление на лице девушки было таким откровенным, что Яну даже неловко стало. И немного обидно.
— А почему ты так удивляешься? Или подожди, ты думаешь, что раз я из мегаполиса, то в таких делах совсем несведущ? Верно?
— Ну… да. Прости, если обидела тебя. — Бажена замолчала. Но только для того, чтобы уже через несколько минут спросить, — подожди, Ян! Там под деревом, там был огромный волк! И я ведь потеряла сознание! Как я оказалась здесь? Ты меня нашёл, да? И спас?
«Спас, да только не от того чёрного волка» — подумал он про себя, но вслух сказал другое:
— Всё верно. Надеюсь, ты не против этого? И вообще, Бажена: скажи, что ты здесь забыла?
— Ну…я услышала разговор Милены и Ивана. Они так странно говорили. И из их разговора я поняла, что тебе плохо. Вот я и подумала, что вдруг тебе помощь нужна. И решила приехать. А ещё я соскучилась по тебе.
Последние слова девушки заставили сердце мужчины забиться в разы чаще. И если до этого он ещё как-то сдерживал себя и не давал волку взять над человеческой сутью верх и наброситься на синеглазку, то теперь барьер рухнул.
— А знала бы ты, как я по тебе скучал, Бажена!
Миг и девушка уже подхвачена на руки. Ещё миг — и он впился в её сладкие губки неистовым поцелуем. Да, он хотел сделать это нежно и осторожно. Но какая к чертям собачим может быть осторожность и нежность, когда от синеглазки так сладко пахнет!
— Какая же ты вкусная! — выдохнул мужчина, прерываясь лишь на мгновение, чтобы стянуть с себя рубашку.
— Только не ешь меня, волк! — смеясь, ответила Бажена.
— Не могу дать никакой гарантии, синеглазка. Попробую только оставить в живых.
— О, как вы щедры! И с чего бы это вдруг вам оставлять мне жизнь?! — продолжала шутить девушка, при этом тая в его умелых руках.
— А мне одной ночи с тобой будет явно мало.
Это были последние разумные слова их обоих перед тем, как они погрузились в пучину страсти и взаимного влечения.
Ян быстро освободил Бажену от всей одежды, оставив на девушке только крошечные трусики.
Под его умелыми руками Бажена совсем потеряла голову. Каждое прикосновение мужчины вызывало в ней ответную бурю. Сначала она послушно продолжала себя ласкать, но когда в ход пошли и губы, она не выдержала и тоже принялась исследовать его тело.
Ян горел. Он был таким горячим, что Бажене казалось, она сгорит, раствориться в нём без остатка.
— Знала бы ты, как мне с тобой сейчас хорошо, синеглазка, — выдохнул мужчина, делая усилие над собой и давая ей небольшую передышку.
Его зверь требовал сделать всё быстро. Отбросить все мысли и овладеть этим податливым телом, которое дрожало от малейшего прикосновения. Но Ян медлил. Он хотел сполна насладиться моментом. Он хотел, чтобы она запомнила эту ночь.
— Я знаю, Ян, — прошептала Бажена, — мне тоже с тобой хорошо.
— Тогда позволь я сделаю эту ночь ещё лучше? Ты готова?
Вместо ответа она сама потянулась к его губам. Этого Яну было вполне достаточно. Волк внутри торжествовал. И мужчина сам не заметил, как уступил ему.
Ещё миг и они оба полностью обнажены.
— Будет больно, ты это ведь знаешь, да? — тихий, почти рычащий голос.
— Я не боюсь ничего. Я хочу тебя, Ян.
Ещё миг и он почти у цели. Туман в глазах и в голове пустота. Сейчас есть только они оба. И Яну совсем не важно, что Полнолуние не допускает близости с обычной человеческой девушкой.
— А-а-х! Ян, больно! — пискнула Бажена и дёрнулась в сторону, когда он вошёл в неё.
— Тише, потерпи, малышка. Боль скоро пройдёт.
Ян говорил ей это сейчас, держа себя из последних сил. Хотелось не останавливаться, а продолжить погружение. Он отвлекал себя только мыслями о том, что это её первый раз.
— Но это невыносимо, Ян! — захныкала она, — я не думала, что будет так больно!
— Со мной никак иначе не могло быть, синеглазка. Особенно в эту ночь.
Как в подтверждение его словам в окошко заглянула Луна и осветила их тесно переплетённые тела. Его: крупного, смуглого, нависшего над хрупким белоснежным телом его синеглазки, белоснежные волосы которой рассыпались в беспорядке.
— Моя! — непроизвольно вырвалось у Яна.
Волк внутри тут же с ним согласился. И он продолжил движение. И если сначала он действовал осторожно, то постепенно, погружаясь в столь желанное тело всё больше и больше, совсем потерял голову. Он вбивался в её тело глубоко, долго. До тех пор, пока не взорвался сносящим разум экстазом.
А потом комнату огласил радостный вой.
— Теперь точно моя! Бажена, — добавил человек.
Яна разрывало изнутри. Человеку в нём хотелось нежности и ласки. Хотелось сейчас зацеловать дрожащую в его руках девушку и подвести к наивысшей точке наслаждения.
Но волк требовал совсем другого. И на этот раз он ему подчинился: Ян не заметил, как начало меняться его тело. Клыки вытянулись и сейчас жаждали её.
И лишь вскрик синеглазки и дрожь от боли по её телу заставили его прийти в себя.
— Зачем ты меня укусил, Ян? — тихо, хрипло спросила она.
— Это метка, Бажена. Теперь ты только моя.
— Но я итак только твоя! Ян, я не собиралась ни с кем другим больше встречаться! — возмутилась она.
— Знаю, малышка.
Ян принялся покрывать поцелуями место укуса.
— Какая же ты у меня нежная девочка! — протянул он, незаметно зализывая ранку.
— Но это совсем не означает, что меня нужно кусать! И Ян, мне всё ещё больно!
— Потерпи, малышка, скоро пройдёт.
От шеи губы мужчины плавно переместились ниже. Сантиметр за сантиметром он покрывал белоснежную кожу своей синеглазки горячими поцелуями. И постепенно её сознание уплыло. А ему на смену пришло приятное чувство наполненности. Та часть тела мужчины, который всё ещё была в ней, снова увеличилась в размерах. Но теперь он не причинял такой безумной боли, как в первый раз.
Ян снова начал в ней движение. На этот раз на пике наслаждения они оказались вдвоём одновременно.
Тело девушки всё ещё содрогали сладкие судороги, как его клыки снова вонзились в её шею. Только теперь уже с другой стороны.
— Ян! — снова протест. Только на этот раз более слабый.
— Извини, малышка, но я не могу иначе.
— Но это же по-зверски! А давай я тоже буду тебя кусать вот так? — сонным голосом спросила его синеглазка.
На что мужчина довольно улыбнулся: