Голый на маскараде
Шрифт:
Леня сел и огляделся. Окружающая обстановка приобрела мирный характер, если не считать следов разгрома.
Куравель Степан Степанович был туго забит в жерло камина и оттуда только его борода торчала, да лысина светилась.
Горло Петрова перехватила толстая вереквка и он пучил глаза, стараясь её сорвать, однако парнишка в очках управлялся своим оружие умело, Петров уже хрипел.
На спине Иванова сидел Борис, и уже защелкивал на запястьях одноглазаго наручники, а пистолет валялся рядом.
Самым удачливым бойцом оказался, конечно, Вася, – он стоял в дверях и держал на вытянутой руке за заднии лапы своего главного врага – лающего, рычащего пса белой масти.
– Где остальные?! – крикнул Леня.
– Сбежали, черт их дери!
Борис рывком перевернул Иванова на спину и резко встряхнул. Тот раскрыл оба ясных глаза, увидел Леню и прокричал.
– Это ты, болван?! Зачем цирк устроил?! Не убивали мы твоей девки! Не убивали, понял?! Она сама от нас в шахте лифта пряталась! Удрать хотела, её и придавило! Ах, зараза – пистолет осечку дал, прострелил бы я твою тупую башку!
– Малыш! – робко подал голос из камина Куравель. – Зачем ты так?! Я же тебе сказал, все нормально решится! Кто тебя просил вмешиваться, зачем тебе это?
– Бросте кривляться, Степан Степаныч. – Леня поднялся на ноги. – Где ваш самый главный?
– Да какой тут главный, Ленечка? – едва не заплакал Куравель. – Мы просто в картишки собрались поиграть.
– В карты вы уже доигрались. Фирму свою продули.
Леня отвернулся и быстро вышел на крыльцо. Было темно, влажно, тихо. Поразительно тихо, будто только что не грохотал взрыв, не звучали хрипы, визги, мат-перемат схватившихся в схватке мужчин.
Никому во всем поселке никакого дела до происходящего за забором соседа! – быть может, кто-то и позвонил в милицию, а может и того убоялись.
Обе «волги» и «нисан» стояли на месте.
Леня прошел к гаражу и подергал ворота, но они оказались заперты изнутри. Леня обошел гараж и острожно тронул заднюю узкую дверь. Эта оказалась открытой. В гараже слышался шорох шагов, но никого в темноте не было видно.
За спиной Лени возник Вася, прошептавший тихо.
– Ты кого выслеживаешь?
– Уйди отсюда. – в полголоса приказал Леня. – Свидетели не нужны.
Исчез ли Вася, послушавшись, или нет – Леню уже не интересовало. Он оглянулся и обошел гараж, прислушиваясь. Ему казалось, что внутри кто-то шевелился, едва дашал. Леня дошел до задних, узких дверей, они были чуть приоткрыты.
Леня взялся за ручку и потянул дверь к себе, когда между лопаток ему уперлось что то твердое и острое, словно жало копья и глуховатчый голос прошептал.
– Уходи от греха подальше, Ленька. Прострелю.
Не чувствуя никакого страха Леня медленно обернулся и посмотрел в глаза крановщику Дмитрию. Лицо того под козырьком каскетке искажалось, но он уже ничего не говорил, лишь цеплялся, как за спасение, за свое короткое помповое ружье.
– Это ты уйди, раб. – так же негромко сказал Леня. – Продался в рабство, так меняй хозяина, кочился твой срок службы.
Леня медленно отвел от своего лицы ствол ружья, а потом дернул его на себя и вырвал из рук Дмитрия.
Несколько секунд тот ещё сохранял нерешительность, потом отвернулся и сквозь лаз в заборе – исчез, так что и шаги его тотчас стихлии.
Леня распахнул дверь в гараж и позвал в темноту.
– Кончай, Фраков! Хватит тебе...
Из темноты прозвучалао насмешливо.
– Это ты, олух царя небесного? Зачем явился?!
– Документ Лимоновой тебе принес, Илья. Да тебе выкупить его уже нечем.
– А он мне уже и не нужен! Ничего Лимонова не знала и знать не могла!
В гараже вспыхнул свет – Фраков стоял возле выключателя и снисходительно улыбался:
– Убивать меня пришел, Леня? Ну и зря! Мы ж с тобой оба в ловушке! Смываться надо, пока не поздно!
Леня не ответил, перехватил ружье поперек ствола и шагнул к Фракову. Тот понял, что его уже не то что не слушают, а даже не слышат. Он дернулся к воротам гаража, но с замками быстро справиться не сумел, оглянувшись увидел приближающегося Леню и кинулся мимо него, споткнулся, но все же ловко спрыгнул в смотровую яму. Свободной от ружья рукой Леня схватил пустую каниастру и швырнул её в голову Фракова – канистра глухо ударилась о спину вице-президента, но решающего удара на поражение не получилось. Фраков на четвереньках пополз в торец смотровой ямы. Сверху – достаточно было даже не выстрела, а одного удара чем угодно, чтоб Фраков, так и остался там лежать, как в могиле.
Леня перехватил ружье, как дубину, за стволы и рванулся к яме, но тут же растянулся на полу, поскользнувшись на круглой картофилине. Он сильно ударился локтем и вскочил в тот момент, когда Фраков уже выпрыгнул из ямы, словно лягушка из банки, тут же метнулся в угол, где стоял сейф.
Леня сделал шаг, взял ружье на изготовку и медленно поднял его на уровень плеча.
Фраков присел, прикрылся тяжелой дверцей сейфа и крикнул из-за неё.
– Придурок! Да этот мент поганый сделал тебя так же, как и меня! Тебе тоже крышка!
Леня нажал на спусковой крючок ружья, грохнул выстрел, крупнокалиберная пуля ударилась о стенку сейфа, выбила искры и отрекошетила в стену.
Фраков закричал, Леня передернул затвор ружья, посылая в ствол второй патрон и в это мгновение произошло нечто вовсе несуразное.
Фраков нырнул в сейф с ногами, выглянул из него и весело крикнул.
– Ку-ку, дурачок!
И с размаху захлопнул за собой дверцу!
Леня опешил, бессмысленно глядя на сейф. Изнутри ни звука не доносилось, да и не могло донестись – прадедушки наши делали добротные вещи.
Леня услышал за своей спиной шаги, обернулся и увидел Васю. Тот с интересом смотрел на сейф, а потом сказал радостно.
– Больше получаса он там не протянет! Задохнется, как в душегубке!
Вася покрутил штурвал сейфа, попробовал подергать какие-то ручки, но занятие оказалось тщетным.
– Пошли. – сказал Леня.
Он выключил свет в гараже, прикрыл за собой узкую дверь и заложил проушины подвернувшейся лопатой.
– Ты что, Леня, не шутишь? – потеряно спросил Вася. – Он верняком околеет, пока его найдут.