Чтение онлайн

Глава 8

О том, как дед отправился на рынок

– Ах, да! Чуть не забыл, ты поспи, моя маленькая Элла, а я сейчас вернусь, – вдруг встрепенулся дед, припомнив что-то важное. Он чмокнул внучку в щечку и, заботливо подоткнув одеяло, направился к выходу. Выждав момент, Флоул выпорхнул из калоши и уцепился за ботинок деда. Оказавшись на улице, они снова попали в объятья осени. Подул прохладный ветерок, который поднял с земли пёстрые листья и закружил их в шумном вихре. Оранжевое солнце, забрав свое тепло, заплыло за облака. Деревянные домики, огороженные аккуратными заборчиками, выстроились вдоль извилистых улиц. Дед шёл все дальше и дальше, а ветер продувал его насквозь, будто пытался забрать последнее тепло из его тела.

Лицо старика было серьезным и сосредоточенным, он о чем-то думал и смотрел вперёд, не замечая холода и моросящего дождя. Вскоре он оказался на деревенском рынке, который уже заметно опустел. Покупателей почти не осталось, и торговцы закрывали лавки, прибрав товар. Горстка людей напоминала шустрых воробьёв, которые куда-то спешили, стараясь в последние минуты успеть что-то ухватить. Среди всей этой суеты оставалась неподвижной на своем месте лишь маленькая худенькая старушка в клетчатом пальто, со смешной причёской на голове, напоминающей птичье гнездо. Она спокойно сидела на складном стульчике, и казалось, что время для неё остановилось, рядом с ней стояли два маленьких ведёрка, в которых красовалась крупная спелая клубника. Вскоре рынок совсем опустел, но старушонка продолжала сидеть, вероятнее всего, с твёрдым намерением продать свой товар именно сегодня. В конце сентября клубника большая редкость, и несколько женщин подходили к старушке, с любопытством заглядывали в ведёрки и, отойдя, переговаривались между собой. Затем одна из них бросила в протянутую ладонь старушки горстку монет и, подхватив ведёрко с ягодами, поспешно ретировалась.

Глава 9

Элла – маленький ангел

Дед тоже подошёл к старушке и хрипло спросил:

– Почем клубника?

Старушка ответила:

– Тридцать монет.

– У меня всего двадцать, продай за двадцать, уступи, – начал торговаться дед, дрожащей рукой протягивая монеты. Сначала старушка отказывалась, но скоро сдалась и, бурча себе под нос, приняла монеты.

Дед взял ведёрко и, поблагодарив старушку, направился домой. Впервые за долгое время он улыбнулся, и морщинки на его лице разгладились. Дед был доволен собой и спешил, предвкушая, как порадует внучку ароматными ягодами.

Он ещё не знал, что его маленькая Элла уже присоединилась к хороводу ангелов, а её светлая душа, превратившись в лёгкое облачко, навсегда покинула этот мир, и продолжал идти, прибавляя шаг. Чем ближе он подходил к дому, тем почему-то всё тревожнее становилось на его душе. Наконец, чувство тревоги переросло в предчувствие беды. Оказавшись возле дома, старик остановился, сложил руки ладонями друг к другу и, поднеся к губам, стал молиться. В молитвах он просил у Всевышнего только одного – чтобы малышка Элла выздоровела.

Глава 10

О первых чувствах Флоула

Когда они переступили порог дома, Флоул пережил самые тяжёлые мгновения, потому что впервые ощутил настоящую боль и пропустил через своё сердце чувства, которые ещё не испытывал. Он искренне жалел не успевшую пожить малышку и старика, состарившегося на десятки лет за один миг. Внезапно его глаза наполнились влагой и стали источать жгучие капли, которые он не в силах был сдерживать.

Ему вдруг стало так тяжело дышать, и в надежде залечить рану в своём сердце он взмыл вверх и вылетел через дымоходную трубу.

На деревню медленно опускались сумерки. Женщины, укутанные в шерстяные платки, громко отчитывали своих озорных детишек и загоняли их в тёплые дома, из труб которых тянулись седые струйки дыма.

Потоки холодного ветра осушили слёзы на его щеках, и боль, от которой щемило сердце, постепенно утихала. Тенью пролетев над крышами домов и касаясь кончиками пальцев листвы сонных деревьев, он вернулся в свой ветхий домик, залетел в погреб, в котором родился, отыскал лежащую на полу бутылку и, забравшись внутрь, свернулся калачиком и уснул.

Глава 11

Встреча Флоула с Осенним дедом

Утром Флоул проснулся с приходом зари. В бутылке было душно и тесно. Он протёр запотевшее стекло мохнатой ладошкой и увидел, как сквозь щели пробиваются лучи света, которые сквозь стекло походят на сияющие драгоценности. Вылетев из бутылки, он подтянулся и, размяв отёкшее тело, через приоткрытое окошко покинул домик. По обыкновению, он покружил над сонной деревушкой и, приветствуя восходящее солнце, вытолкнул из своей груди хриплый, но громкий крик, по звуку напоминавший уханье старой сиплой совы. Деревню окутали утренняя прохлада и седой серебристый туман, сползающий с верхушек деревьев. Флоул летел все дальше и дальше, углубляясь в лес, где туман, на удивление, становился всё гуще. Оказалось, что этот туман был вовсе не туманом, а дымом из трубки, которую курил Осенний дед, принимая утреннюю ванну в лесном озерце. Он, удобно расположившись в воде, раскинул руки на желтеющие берега, и дым из его трубки, лениво клубясь, поднимался вверх, медленно расползаясь по всей округе. Флоул наблюдал за дедом, притаившись в куче опавших листьев, поражённый размерами этого необычного существа, напоминающего человека. Дед ещё долго покуривал свою трубку, выпуская изо рта колечки седого дыма. В его густой бороде, словно в рыбацкой сети, запутались небольшие рыбки, которые, сверкая чешуей и вертя хвостами, пытались выбраться в воду. Ветер швырнул в озерцо груду пёстрых листьев, а дед подцепил их пальцами и отправил себе в рот, смакуя вкус и облизывая свои пальцы.

– Вкус этой осени очень приятен! Терпкая ароматная горечь – прекрасная пряность для любого супа! – похвалил дед. Он еще немного понежился в своей ванне и, лениво потянувшись, нехотя вылез из озерца.

Глава 12

О том, как лесной дед приготовил

лесную похлебку

Рыбки из бороды деда одна за другой скатились по его большому животу и с плюхнулись в воду. Его огромное тело было нежно-розовым, совсем как у ребёнка, от него исходил пар, как будто вода в озерце была горячей. Отжав бороду и оттряхнув ноги, дед направился в чащу и скрылся среди деревьев. Но скоро вернулся. Теперь на нём была яркая клетчатая рубашка и брюки цвета коры дерева. В руках он держал связку хвороста. Насвистывая под нос весёлую песню, дед развел костер и поставил на огонь котелок. Когда вода забурлила, он подошёл к старому дереву, в стволе которого зияло огромное дупло, просунул руку, пошарил внутри и вытащил горсть сушёных грибов. Следом из дупла выбежала встревоженная белка и, размахивая пушистым хвостом, стала бегать взад-вперед по веткам.

– Не сердись, Охана, я одолжил немного из твоих запасов для супа себе и лесным жителям, – объяснил дед белочке и погладил ей мордочку. Одобрительно кивнув головой, Охана запрыгнула на спину деда и в мгновение оказалась на его плече. В котелок полетели бордовые шляпки сыроежек и маслят. Следом дед кинул в кипящую воду клубни очищенного картофеля и немного пожелтевшей зелени, сорванной с грядок одного из огородов. Помешав похлебку, Осенний дед приправил её листьями молодого клена. Вскоре запах супа распространился по всему лесу и привлёк стайку шустрых воробьёв, многие из которых уселись прямо на голову деду, ухватившись цепкими коготками за рыжие волосы, остальные приземлились у его ног ждать угощения. Насвистывая себе под нос, дед помешивал похлебку, время от времени пробуя её на вкус. Когда она была готова, дед снял с огня котелок и поставил на землю. Затем пошарил рукой в дупле и вытащил маленькую деревянную тарелочку, в которую налил суп Охане. Белка слетела с его плеча и стала есть, вылавливая кусочки грибов. Следуя её примеру, воробушки слетелись с веток и, усевшись по краям котелка, принялись поклевывать. Осенний дед, не обращая на них внимания, орудовал ложкой, мурлыча от удовольствия, совсем как кот.

Глава 13

О том, как Осенний дед окрашивал лес

Глядя на эту умилительную картину, Флоул услышал, как заурчал его живот, потому как он ничего не ел ещё со вчерашнего дня. Но он не был готов объявиться перед Осенним дедом, да и не хотел оказаться незваным гостем. Решил переждать и, если выпадет возможность, позавтракать остатками супа. Вскоре дед и лесные обитатели закончили трапезу и к огорчению Флоула опустошили котелок до дна. Затем дед опять скрылся в лесу. Спустя время среди деревьев показалась его тучная фигура. Он нёс на плече несколько огромных кистей и катил за собой небольшую телегу, загруженную банками с цветными красками. Разгладив усы, дед принялся открывать банки. Затем вынул из-за пазухи палитру и, макая кисть в банки, принялся смешивать краски. Добившись желаемого оттенка, дед стал размахивать кистью и махал ею до тех пор, пока еще зелёные листья на деревьях ни приобрели золотые и багряные цвета. Флоул с восхищением наблюдал, как дед красит деревья и как удивительно преображается лес. Осенний дед шёл по нему и вдохновленно раскрашивал листву в цвета осени. Притаившись в тележке, любопытный Флоул наблюдал за работой живописца, пока у него ни закружилась голова, и от очередного приступа голода живот ни заурчал с новой силой. Флоул посмотрел по сторонам и, не увидев ничего съедобного, облюбовал в тележке банку с ярко-жёлтой краской. Припав к ней губами, он осушил добрую половину. По вкусу краска напоминала цветочный мед. Утолив голод и наполнив желудок, Флоул слегка расслабился и не заметил, как уснул.

Глава 14

О звуках человеческого голоса

Когда он проснулся, дед всё ещё ходил по лесам, махал кистью направо и налево и оставлял за собой окрашенные деревья. От выпитой краски Флоул почувствовал легкость и приятное тепло, которое разлилось по телу. Его крылышки затрепетали, и он взмыл вверх, в пасмурное осеннее небо. Пролетев над верхушками деревьев, Флоул оказался в деревне. Всякая уютная деревушка с вечно копошащимися людьми привлекала Флоула своим особенным миром, который был для него и близок, и далек одновременно. Он любил греть озябшее тело, прижавшись к дымоходным трубам на крышах топящихся бань и домов, любил наблюдать за повадками домашних котов с острыми ушками, которые казались ему милейшими созданиями, состоящими только из нежного пуха и меха. Но больше всего он любил слушать человеческие голоса. Когда он впервые услышал голос человека, то решил, что сладостнее и приятнее этого звука нет ничего на земле. Поздними вечерами он любил залетать во дворы и, притаившись среди аккуратно сложенных брёвен и другой хозяйской утвари, сидеть, закрыв глаза, и слушать. Он слышал множество звуков и скоро научился различать голоса – строгие мужские, мягкие женские, звонкие детские и хриплые старческие. Но ни один из голосов не был похож на другой, все они звучали по-разному. Некоторые были грубоватыми и шероховатыми как кора отживающих свой век деревьев, другие были заливистыми и напоминали перезвон колокольчиков, третьи – мягкими и бархатными, которые приятно ласкали слух и согревали душу. Со временем Флоул научился понимать речь людей, но сам к сожалению, не имел способности говорить, ведь тот подвижный крючок, который люди называли языком, был недоразвит в его маленьком ротике, это был небольшой отросток, который позволял ему издавать слабые звуки, похожие на пищанье котят.