Чтение онлайн

– Ты в этом уверен?
– усаживая его на скамейку, с сомнением спросил Потехин.

– Абсолютно. А как там в доме? Все прошло гладко?

– В доме все нормально, - усмехнувшись, ответил Требунских.
– Все связаны и упакованы, остается только грузить и увозить. Могу тебя обрадовать - у внука Седова найден трофейный штык-нож, похоже, что дело близится к завершению. Ты пока посиди, подыши воздухом, а мы осмотрим их мастерскую. Видимо, придется вызывать экспертов.

– Да, дело тут у них было поставлено на широкую ногу.

Чтобы не тратить время попусту, Ухов вытащил из снежного сугроба слабо дергающегося Ванятку, отряхнул с него снег и усадил на скамейку рядом с собой. Вскоре Потехин привел туда же все еще стонущего от боли Гришу. А немного погодя, закончив осмотр гаража, вышел и сам Требунских.

– Ну что, мастера, отработались?
– насмешливо глядя на задержанных, ядовито спросил он.
– Все правильно, так и должно быть, сколь веревочка ни вейся... Не жилось вам нормально под юбками своих жен, так теперь перейдете на казенные харчи. Геннадий Васильевич, что-то наших все нет, выгляни на улицу, может быть, они не могут нас найти? Рыщут по селу без толку, только народ пугают.

– Помилуй, Петр Васильевич, - посмотрев на часы, удивился зам.
– Прошло только двадцать пять минут с того момента, как ты их вызвал.

– А мне показалось, что черт знает сколько, - вяло махнул рукой Требунских.
– Но ты все равно выгляни и посмотри... Мало ли...

Глава 4

В седьмом часу задержанные были доставлены и размещены по камерам временного содержания. Через полтора часа первым в кабинет начальника был вызван внук Седова, Александр Михайлович Седов, вероятно названный так в честь дедушки.

Конвоируемый сержантом, он опасливо вошел в кабинет, снял шапку, пригладил курчавые соломенные волосы и, не зная, как себя вести дальше, беспомощно улыбнулся.

– Проходите, Седов, - кивнув на стул, сухо и официально пригласил его полковник.
– Сержант, вы пока свободны, как понадобитесь, я вас вызову.

– Здравствуйте, - садясь на предложенное место, запоздало поздоровался Седов.

– Мы уже виделись, - хмуро глядя на юнца, напомнил Требунских.
– И работать под дурачка я бы не советовал. Дело достаточно серьезное, и, несмотря на юный возраст, оно обещает принести тебе кучу неприятностей. Кстати, сколько тебе лет?

– Шестнадцать, - мило и обезоруживающе улыбнулся парень.
– В июне исполнилось.

– Тем лучше. Значит, личность уже оформившаяся, и я могу говорить с тобой как с таковым. Скажи, почему ты не посещаешь своего учебного заведения?

– Я посещаю, просто у нас в лицее уже начались рождественские каникулы.

– И потому ты решил, что можно заняться кражей автомобилей?

– Я ничего не знаю, я ничего ни у кого не крал и вообще разговаривать с вами буду только в присутствии родителей и своего адвоката.

– Сильно, - усмехнулся полковник.
– Насмотрелся западной кинопошлятины и решил, что в жизни все именно так и происходит? Ошибаешься, парень, все гораздо сложнее. Я бы имел право задержать тебя только на три часа, не будь при тебе оружия, но у тебя изъят штык-нож, и дело принимает совсем другие очертания, и тремя часами тут не отделаешься. С утра я выпишу ордер на твой арест, и поплывешь ты прямым курсом в следственный изолятор, где тебе не помогут ни папа, ни мама, ни твой несуществующий адвокат. Будет там у тебя только один закон и один хозяин. Закон тот именуется волчьим, а хозяина того зовут пахан. Так вот, этот пахан заставит тебя лизать парашу с утра и до глубокой ночи. А что произойдет ночью, не мне тебе объяснять, не маленький, сам понимаешь. И никто, никто, в этом я тебе ручаюсь, за тебя не заступится, потому как просто некому.

А теперь подумай и реши: или мы с тобой будем говорить откровенно, или ты отправляешься по маршруту, который я тебе только что обрисовал. Можешь не торопиться с ответом, дело серьезное, на карту поставлено твое будущее. Могу лишь добавить, что отслеживали и вели мы вашу шайку от самого кладбища и до деревни. Мы прекрасно видели, как вы сели в красную "Ниву" своего старшего товарища, Алексея Петрова, как разбивали боковые стекла автомобилей, вставляли трамблеры, все видели. Я это к тому говорю, что в любом случае тебе не отвертеться, вопрос только в том, какой срок ты получишь и где будешь его отбывать. Это весьма существенно. Сегодня мы задержали десять человек, так или иначе имеющих отношение к краже автомобилей, и не думай, что все они будут молчать. Ты можешь оказаться в дурацком положении, как говорят, крайним, а это добавит пару лишних лет. Теперь думай.

Опустив в чашку с кипятком чайный пакетик, Требунских внимательно наблюдал, как расходятся золотистые волны и безвкусный пар обретает аромат.

– Ну, как тут у вас идут дела?
– поинтересовался вошедший Потехин.
– У меня серединка наполовинку, Борис Филь говорить не желает, зато Петров раскололся моментально и заявил, что организатором всех краж является Седов Александр Михайлович, так что предводитель банды у нас имеется.

– Что?!
– вскочил со стула парень.
– Он врет, он на меня наговаривает! Не верьте ему. Это он и есть организатор. Он да дед Живцов. Тот, кому мы сдавали ворованные тачки.

– Нам следует это понимать как твое желание дать нам правдивые показания?
– не отрывая глаз от горячей чашки, холодно спросил полковник. Если так, то мы слушаем. Расскажи, когда и как все это началось, сколько и каких именно машин вы угнали? Откуда? Словом, подробно и откровенно.

– Все началось еще в прошлом году в начале декабря, - бесцветным обреченным голосом заговорил Седов.
– Вечером мы с пацанами, с Борисом Филем и Женькой Лещенко, сидели в баре и пили пиво. Примерно часов в десять к нам за столик присел Алексей Петров, которого раньше мы в глаза не видели. Денег-то у нас было мало, а он притащил и поставил на стол бутылок десять дорогого немецкого пива. Он сказал, что это для него многовато и мы можем, не стесняясь, составить ему компанию. А нам чего - только скажи. Пьем, базарим, а потом договорились назавтра встретиться пораньше для серьезного разговора.

А назавтра он нам и предложил свой план. Сам-то он тоже рыбак и поэтому всю их братию хорошо знает. Он втирался к ним в доверие, узнавал, у кого какие секреты, и заранее готовил для нас все необходимое. Это могли быть трамблер, потайной прерыватель, гидравлические ножницы, которыми мы перекусывали противоугонный замок, а иногда и просто готовые ключи. Мы всегда работали в разных местах и, наверное, поэтому никогда не попадались. Петров всегда подготавливал малолюдные места, чтобы нас не застукали какие-нибудь случайные рыболовы. Ну вот и все, мы заводили движок и ехали следом за ним к Николаю Егоровичу Живцову, где сдавали тачки, получали деньги и прощались до следующего раза.

– Сколько вы получали за каждую машину?

– Все зависело от того, какой она модели и в каком состоянии. Обычно от пяти до пятнадцати тысяч рублей. За "десятку" дед обещал нам двадцать пять, но она нам ни разу не попалась.

– Сколько всего машин вы сумели угнать?

– В ту зиму семь тачек, а в эту только четыре.

– Хорошо, более подробно ты расскажешь об этом следователю, а мне объясни вот что: где ты взял эту игрушку?
– Выдвинув ящик стола, полковник извлек оттуда немецкий штык-нож.
– Только не говори мне, что нашел на улице.