Чтение онлайн

– Тот предмет, что перенёс нас сюда, зовётся "Киртани". Венцом творения. Значение самого этого слова ближе к вашему "Нить".

– Ариаднова? – Аттвуд, громко сглотнув, непроизвольно метнул фразу так быстро, что сам опомнился только мгновение спустя.

Валлур флегматично посмотрел по сторонам, повертелся, а потом поучительным тоном заявил:

– Не похоже на лабиринт.

– Точно, да и ты не Тесей… – тихо пробурчал Аттвуд замечание.

– Впрочем, возможно свой минотавр здесь и обитает. – Валлур сдвинул полосы нашлемных индикаторов так, словно от чего-то предостерегал. – Теперь, – указал он на одинокий валун, призывая Аттвуда сесть. – я постараюсь кратко объяснить несколько вещей, которые тебе и остальным необходимо знать.

– Мне больше не придётся упрашивать? – недоверчиво обошёл его Аттвуд. – Зачем тебе…

– Чтобы ты мог объяснить остальным, если по какой-то причине этого не смогу сделать я. – ответил он. – Миссия должна быть выполнена. Любой ценой, любым из живых, любыми средствами. И вы должны понимать, почему.

Предвкушая острую головную боль и ещё более усугубившееся чувство бессилия, Аттвуд опустился на один из сквадраченных камней, предварительно расстелив на холодной поверхности свой местами порванный тёмно-синий блейзер.

– Во вселенной, среди известных сообществ, – начал вещать закованный в непроницаемую маску стальной голос Валлура. – все высшие разумные организмы, условно, подразделяются на шесть категорий миров по уровням восприятия окружающей действительности и две соответствующие группы. Категории сами по себе не отражают технологический уровень – его отдельно выделяют по циклам. В первые четыре категории входят существа, которые, не смотря на разницу подходов к получению чего бы то нибыло, стремятся к процветанию, неуклонному росту, самосохранению, а потому их относят к первой группе. К центральной группе. Наиболее развитые образуют так называемый "Монн" – миры связанные длительным политическим, экономическим и культурным взаимодействием. Они же являются единственной структурой, которая рассматривает вопросы деятельности иных сообществ и миров, а так же вопросы поддержания или не поддержания контактов с ними. Зилдраан, находящийся в ближнем к галактическому ядру подсекторе Друомшет, занимает в Монн одну из ведущих позиций в силу, прежде всего, своего социально-культурного и технологического влияния в сообществе.

Аттвуд, помятуя о резне в комплексе, недоверчиво покосился на него.

– И большого военного флота, само собой. – добавил Валлур, словно прочёл его мысли. – Более того, именно нам принадлежит выстраданное право производства энларида. Без него любые открытые контакты между какими-либо расами были бы невозможны, из-за проблемы несовместимости бактериологических наборов и языковых систем. Монополия на него это, на ровне с флотом, ещё одна наша линия обороны. Символ власти и фундамент политического веса Малвергесиума.

– Постой. Остановись. – контратаковал Аттвуд, выставляя вперёд ладонь. – Я не просил лекции по инопланетной истории и понял мало. Мне просто нужно домой! Понимаешь меня? Домой.

– Ничем не могу помочь.

– К чертям… Почему?

– Для того чтобы понять тебе придётся дослушать.

Аттвуд, хмыкнув, кивнул и наконец, с лёгкой опаской, хлебнул синеватой дождевой воды из упругого пупырчатого листа, свёрнутого в чашу. Валлур ранее утверждал, что этот самый энларид, о котором он сейчас подробнее рассказывал, уже адаптировал его организм к большинству типов непереносимых микробов и местную еду можно употреблять не страшась. Осторожно распробовал и покатал жидкость по нёбу. По вкусу напоминало крайне кислый лайм. Он осушил свёрток до дна. Горло запершило и слизистая оболочка как-то непривычно быстро иссохла. Валлур это заметил.

– Тебе очень повезло, что эта планета насыщена кислородом на целых девятнадцать процентов, но вот из-за слабой прочности верхних слоёв атмосферы слизистой придётся не сладко в дневное время. – он оглянулся в сторону словно стеной вставшего позади них леса. – К тому же, судя по всему, местные формы жизни образовались на основе белково-водородных элементов. Проблем с пищей твоего подкласса не должно возникнуть.

– Я почти счастлив. Так что со второй группой?

– С ней всё иначе. Оставшиеся две категории представляют собой нечто особенное. – Валлур вытянулся, выпрямив спину. – Существа пятой, те которых все привыкли уважительно называть "Клахар", Творящими, были некогда могущественной общностью в обозримом поле вселенной, оставившей после себя различного рода предметы, вроде Киртани. – едва заметным движением он извлёк октеракт из-за спины и повертел в свете преломившихся солнечных лучей. – Как выяснилось в дальнейшем, функционал предметов был крайне ограничен и абсолютно не понятен, даже для самых одарённых из нас. Некоторые испускали энергию и их пытались использовать во благо те цивилизации, что первыми обнаруживали нечто подобное. Безуспешно. Что бы с ними ни делали, от них не было никакого реального проку. Мотивы и стремления их создателей для нас так и остались загадкой.

Переваривать сказанное оказалась сложнее, чем он надеялся. Как забавно, подсознательно порывался сказать Аттвуд, пришелец предложил присесть, выражая некую формальную, поверхностную заботу о теле, но, словно гигантский каток, раздавил своим массивным валом информации тлеющие остатки понимания происходящего.

– Ты говорил о пяти категориях, но помянул о шести. Что с последней? – он снова отпил. Тревога понемногу уходила.

– Шестая – Нолгвур.

Мурашки, на контрасте противоречивых ощущений, пробежали по телу человека, словно свежие ездовые по стоптанному ипподрому, но он сдержал в себе неприятные позывы. Аттвуду было совсем неважно от всего того, что в одночасье свалилось на его плечи. Собеседник отклонился, чтобы лучше видеть сияющие сквозь утреннюю дымку созвездия.

– Зилдраанцы, – продолжал рассказ Валлур, не обращая на чувства человека никакого внимания. – полагали, что Киртани это оружие. Настолько мощное, что способно обращать целые системы в сгустки космической пыли. Кто, если он, конечно, не выжил из ума, откажется от такой силы? Не отказались от её поисков и мы. Скомканные упоминания о Киртани встречались повсюду, где бы ни находили остатки цивилизации Клахар. Большей частью смутные и расплывчатые указания, похожие на забытые, выброшенные хозяевами инструкции. Они не давали прямых ответов, лишь скупые намёки. Меня и ещё нескольких адептов отправили в самые удалённые концы исследованного космоса, дабы отыскать способ определить её местоположение, но мы нашли лишь новые руины и те же повторяющиеся записи, коими были исписаны стены строений, бесконечно высоко вьющихся узкими ходами вокруг горы или искусственной колонны.

– Как змея, сжимающая телом жертву? – после того как вещание с африканского континента отрубили, Аттвуд пересел на австралийский "Клуб охотников". В охоте он и правда смыслил – спасибо брату-зоологу.

– Верно, как Земная змея сжимающая жертву. Основной мотив их забытой архитектуры. – Валлур то и дело поглядывал наверх. Гора никуда ни делась, но теперь казалась огромной замершей волной камня, готового обрушиться на них в любую секунду. – И вот тогда, наших знающих осенило. Учёные свели все части в систему и построили заново звёздную карту на основании положения тех мест, где руины удалось найти. Получилось что-то вроде изогнутой сети паутины, а её нити пересекались лишь в одной точке.

– На Земле.

– На Земле. – кивнул Валлур. – Это есть и была единственная разумная причина, для кого бы то ни было, лететь к вашему сектору.

– Киртани нашли, как я слышал, нашли где-то в глубинах атлантического океана, недалеко от Анголы. Как оно оказалось там?

– Ведомо лишь самим клахар. Мы так и не разузнали большего.

Растерянный и абсолютно потерявшийся в пространстве взгляд Аттвуда ничего не выражал, кроме крайнего напряжения и усталости.

– Данные походили на какой-то ребус или хитрую головоломку. Очень и очень сложную. На основе этих же записей знающие вывели код последовательности звуко-тактильных комбинаций, предназначения которого мы не знали до текущего момента. Набор знаков просто повторялся каждый раз при синхронизации потоковых изображений с рисунков. В конечном счёте родилась и теория неразделённости кода и объекта указаний. – пришелец слегка помедлил собираясь с мыслями. – Я готовился к операции некоторое время, адаптировал свой разум к восприятию вас и, благодаря сканерам нашего дальнего флота, узнал в точности, где находиться Киртани. Всё остальное ты видел сам.

– Итак… – сдержанно вышел из под информационной атаки начальник безопасности, осматривая вьющиеся кусты, полные колючек. – Где же мы?

– Не представляю. Но в этой ситуации нужно задавать вопрос не "где", а "как". – всполох рыжеватого свечения застыл над перчаткой Валлура – Мой позиционный индикатор утверждает, что мы преодолели расстояние в несколько сотен миллиардов световых лет менее чем за земную минуту. – он выждал паузу, повернулся к Аттвуду. – Понимаешь, что это значит?

Аттвуд понемногу приходил в себя благодаря разговору, собирался с духом, однако озноб, вызванный холодным дождём, не стихал даже под жаркими лучами местной звезды, волнами прокатываясь по его телу. Ни о чём другом думать было невозможно. Он понимал только то, что дела обстоят скверно.