Чтение онлайн

Летом 1922 года генеральный консул Великобритании полковник Этертон и вице-консул г-н Фицморис покинули Кашгар, и их место заняли гг. К.П. Скрин и Хардинг 118 . Русская колония тепло проводила уходящих друзей, которым была обязана за гостеприимство и доброту.

В русской колонии поднялся ажиотаж, особенно среди женщин, когда стало известно, что г-жа Скрин 119 тоже приедет, ибо это означало, что в роскошном здании британского консульства появится хозяйка. Так что не без некоторого внутреннего трепета наши дамы приняли приглашение на чаепитие в саду консульства. Конечно, были и языковые трудности, и понятная скованность дам, на долгие годы преданных забвенью в здешней «социальной пустыне», при знакомстве с леди одной из великих столиц Европы. Но все были покорены искреннею простотой и тактом хозяйки, которую сразу же полюбили.

Чай был подан в тени высоких деревьев меж розовых кустов, возле пруда с лилиями. Безупречное обслуживание и сервировка стола, вид огромного самовара, столь милого сердцу любого русского, сразу же создали лёгкую атмосферу непринуждённого общения. Несмотря на неудобство говорить через переводчика, беседа стала оживленной, и все получили от неё огромное удовольствие. То был знаменательный день для нашего маленького кашгарского сообщества, поскольку открыл новые возможности общественного досуга внутри колонии, страдавшей от гнетуще-однообразного существования.

Мистер и миссис Скрин никого не разочаровали на протяжении всего периода своего пребывания в Кашгаре. Своей общительностью, многочисленными «тамаша» они привносили оживление, много света и счастья в семьи, забывшие joie de vivre (радость жизни). Очаровательная юная хозяйка британского консульства стала для нас своего рода общественным покровителем и завоевала нашу искреннюю благодарность.

Особенно довольствовался детский состав нашей маленькой колонии. Бедные маленькие души, не было у них ни игрушек, ни книг, их жизнь доселе не была очень счастливой. Но теперь в консульстве последовала череда развлечений, увенчанных прибытием не кого-нибудь, а самого Деда Мороза с огромным мешком, полным всяческих чудес из Европы, с игрушками, о коих даже не мечтали. Неудивительно, что они твердо уверовали в волшебный мир, что представила им в Кашгаре добрая фея в садах британского консульства.

Генеральное Консульство Британии в Кашгаре. (H.H.P. Sykes, 1920)[14]

Птицы, звери и растения. – Новый взгляд на проблему опиума. – Поездка в Марал Баши. – Охота и естественная история. – Я чуть не утонул.

Зимой в Кашгарию из-за тянь-шаньских гор являются гости с севера: гуси, утки, бекасы и прочие. Их не столь много, как на главном пути миграции птиц из Сибири, что дальше к востоку, но всё же в окрестностях Кашгара у незамерзающих ручьев и тёплых источников птиц изрядное количество. Кроны высоких деревьев в садах зимними вечерами облепляют стаи чёрных ворон (Corvus intermedins) и грачей (C. Frugilegus), которые орут как оглашенные. Перед заходом солнца, вниз по реке летят вереницы красных уток-огарей (Casarca ferruginea, Pall.), их звонкие голоса звучат в воздухе как нечто среднее между звуком рожка и лаем собаки, за что киргизы дали этой красивой утке характерное название Ит-ала-каз, «пёстрый собачий гусь».

С началом зимних холодов превосходный родник возле садов британского консульства, с незамерзающей чистой водой, превращается в настоящий зоопарк. Большие стаи скворцов облепляют деревья и наполняют воздух своим приятным щебетом и свистом, совсем как их сородичи в Лондоне на карнизах Британского музея. Наши кашгарские скворцы, Sturnus nitens и St. Purpurascens, мигрируют в Индию зимой, им на смену прилетает обычный европейский скворец, St. vulgaris. Здесь каждый год зимуют особи большой белой цапли (Egretta alba, L.), а иногда – и обычной серой, Ardea cinerea, L.

Огромные стаи воробьев, Passer indicus, селятся в местах, нагретых солнцем, а на болоте можно встретить малого погоныша (Porzana bailloni, Vieill.) 120 , которого нетрудно приручить. Он позволяет взять себя в руки, не оказывая никакого сопротивления, а если отпустить, не делает попытки убежать и продолжает спокойно прогуливаться, поклевывая семена. Его старший собрат водяной пастушок, Rallus aquaticus, L. 121 , похож на него тем, что тоже не боится людей. Можно увидеть, как сквозь кусты пробираются крапивники (Troglodytes pallidus) 122 , встретить нескольких бекасов (Scolopax stenura, Kuhl.) 123 – азиатских сородичей распространенного европейского вида. Ближе к сумеркам обязательно прилетают две или три кряквы.

Я не имел обыкновения охотиться здесь, и предпочитал отправляться дальше, на милю-две на восток, в рисовые поля, что раскинулись в болотистой местности за городской окраиной. Там было много бекасов, и я мог быть уверен, что непременно встречу большого бекаса, Capella media 124 : он вдвое крупнее обыкновенного и скорее похож на вальдшнепа, только оперение у него более глубокого серого оттенка. Одно из его названий – одиночный бекас, потому что избегает компании не только других птиц, но и птиц своего вида. Scolopax solitaria – так назвал его Ходжсон 125 .

Несмотря на холод, в нашем зоопарке в светлые дни можно было слышать приятное пение трясогузки (Motacilla dukhunensis), неизменной обитательницы всех дворов, улиц и садов нашего Туркестана. Впрочем, у нас встречаются ещё два её вида: M. personata, и M. luzoniensis.

На глиняных стенах Британского консульства часто можно было видеть красные всполохи крыльев стенолаза, Tichodroma phoenicoptera 126 , красивой птицы, трудолюбиво собирающей пауков и насекомых, забившихся на зиму в щели. Этих жителей гор согнали с высот на равнину сильные морозы и глубокие снега. Теперь они красуются здесь, словно красные маки на стенах. Ещё одна симпатичная птица – наш зимородок, Alcedo bengalensis, подобно живому изумруду, дрожит над водой. Я получал огромное удовольствие часами напролёт наблюдать за птицами, в единении с природой в моём маленьком зоопарке.

Предвестники весны – это удоды, извечные старожилы сёл Туркестана. А появление в голубом небе Кашгарии «воздушных змеев», коршунов Milvus govinda, их пронзительный, зловещий крик – верный признак грядущей жары. К этому времени поля покрываются зеленью, деревья распускают листву, северные гости улетают домой, местные обитатели расселяются по гнездовьям, вороны устремляются на поля, и наш зоопарк опустевает.

Зелёная листва скрывает птиц, и их трудно различить. Нужно долго и терпеливо вглядываться в густую листву высоких тополей, чтобы найти их гнёзда. Невесть откуда выпархивают так называемые испанские воробьи (Passer hispanicus), или похожие на них, но как будто перепачканные в крови, великолепные дубоносы (Carpodacus rubicilla) 127 . Свист местной золотистой иволги (Oriolus kundoo, Sykes) 128 слышится часто, но птицу видно только во время её полета.

Кашгарские сарты и китайцы любят птиц; их дети не беспокоят гнезд, поэтому в сельских садах всегда есть своя пернатая фауна. Сарты часто держат в клетках, исключительно для боёв, петушков перепела и чукара, среднеазиатской куропатки. Самцы этих птиц очень драчливы; устраивать и наблюдать их бои – любимая забава местных жителей. Сильные бойцы ценятся дорого, а ставки на победителей бывают высоки. Характерные звуки перепелов и «чуканье» 129 куропаток обычно можно слышать на базарах городов и деревень. Кашгарский перепел, по-видимому, является видом отдельным. Куропатки (иначе – кеклики) также варьируют по ареалам, например, обитающие в Яркенде и Ладакхе признаны как разные подвиды. Любопытно, что на дальнем конце Старого Света, в Испании, местная куропатка, двоюродная сестра нашего восточного чукара, также используется в качестве бойцовой птицы и ловится тем же способом, что и у нас. Возможно, таковой обычай унаследован от арабов, чье влияние было сильным как в Испании, так и в Кашгаре.

Кеклики доверчивы и легко одомашниваются. Но поскольку мясо у них очень вкусное, человек склонен этим доверием злоупотреблять. Если же птиц оставить в покое, как, например, это водится в Малом Тибете 130 , то они близ человеческого жилья начинают чувствовать себя как дома и становятся частью садовой фауны, как воробьи и голуби. В горном ущелье, возле одной из ранее принадлежавших мне шахт, я старался кекликов оберегать, и они бегали стаями прямо по выработкам, как домашние птицы, даже не боясь ружейных выстрелов.