Чтение онлайн

– Не вздумай, - хотела остановить меня Винн, но у меня созрел план.

– Согласна, выпущу тебя - не послушавшись Винн ответила демону.

– Интересно и кто из них одержимый?
– съязвил Хоук.

Все трое посмотрели на меня с осуждением, но нужно заняться загадкой. В этом я немного разбиралась. Конечно, Фергюса мне не переплюнуть, он мастак в ребусах. Походив вокруг площадки со значками и огнём. Так эту повернём сюда, эту переведём сюда. Тьфу ты, не получилось, ещё и обжигает, что б его. Ладно, теперь эту сюда, а ту туда. Я видимо говорила вслух, так как, мой друзья смотрели на меня, как на сумасшедшую. Нет, я с ума не сошла, просто думаю.

Значит с одной стороны нужно провести линию огня, непрерывную в другую, та, что наискосок. Горячо, но вот последняя плиточка стала на место и что-то щёлкнуло. Барьер исчез, Китти оскалилась и посмотрела на меня:

– Ты обещала...

– Отпустить, но не оставить в живых, - с иронией сказала я.

– Я всё равно увижу мир её глазами, - глаза кошки зажглись фиолетовым огнём - Китти не надо, - девочка вскочила.
– Я тебя боюсь.

Она убежала до того, как одержимая кошка, додумалась в неё вселиться. Зато нам осталась взбешённая демоница, которая призвала себе помощников. Что ж, после башни полной одержимых, эти нам не страшны.

– А мы уже подумали, что ты...
– начала Винн, на обратном пути, но я её перебила:

– Отдам девочку демону? Нет, мне нужно было убрать влияние на девочку. А для этого надо было раскрыть истинное лицо и напугать Амалию. Я хотела, что бы она убежала, ловушка не тронут её, ведь она внучка Вильгельма. Хотя и сильно рисковала, демоница могла быть сильнее. Какое-то время, что демоница провела тут, ослабило её.

Выйдя из подземелья, я увидала прекрасную картину, Амалия и Матиас. Потомки мага, который хотел найти средство избежать или лечить одержимость.

– Спасибо вам за дочь, - улыбнулся он.

– Папочка, я больше не буду убегать, обещаю.

– Вот, - я протянула ему тетрадку Вильгельма.
– Это вам кое-что объяснит. Пора уводить вашу статую. Нам она понадобится.

Он сказал мне слова, на удивление они подействовали. Она ожила и уставилась на меня, а потом добила вопросом:

– Оно живое?

Не буду пересказывать наш разговор с Шейлой, но она согласилась нас сопровождать. Конечно же, Алистер был этим раскладом не слишком доволен, но его убедил довод переносного тарана. Зато я поняла, что Шейла ненавидит птиц, с каким удовольствием она раздавила несчастную курицу, меня передёрнуло. Ну, всё, прощай Хонлит, надеюсь, у вас всё будет хорошо.

В лагере, я обнаружила тех людей, которых послала сюда. Пояснив, что деревня очищена, поручила Лелиане с Хоуком проводить их.

Вечером я подошла к Алистеру, который грелся у костра, села напротив, протянула ему амулет:

– Вот, думаю это твоё.

Он, наверное, не поверил, по крайней мере, на лице у него появилось удивление.

Алистер, осторожно взял амулет:

– Неужели это он? Но как...

– Надеюсь, эрл не обидится, что я вернула его владельцу. В общем, я нашла его в столе кабинета Эамона. Знаю, что поступила неправильно, но ничего не смогла поделать.

– Он его починил?

– Видимо Эамон всё-таки хорошо к тебе относится. А может, жалеет о чём-то.

– Спасибо, не думала, что ты помнишь.

– Конечно, помню, ты же для меня особенный.

Наверное, я покраснела, по крайней мере, щёки горели, а он смутился и кашлянул. - Эм, спасибо.

Я промолчала и посмотрела на огонь. Неужели влюбилась? Эх, подруга, ничего не поделаешь. Видать судьба такая, упорно сталкивает меня с сыновьями Мэрика.

Глава 20. Дети Долов

Самое страшное возвращаться туда, где уже ничего нет. Нет, это не про Остагар. Мы подходили к Лотеринга, точнее, к тому месту, где он когда-то был. Именно этот посёлок, лежал на нашем пути в Бресилианский лес. Картина была удручающей, но на удивление не чувствовала присутствие Порождений тьмы. Но и живых никого, а сама земля пропиталась скверной. Самое тяжело было Хоуку. Ведь когда-то здесь был его дом. Надеюсь, его родные успели уйти? Он задумчиво посмотрел на Мёртвые земли, но лишь вздохнул:

– Думаю, не стоит тут задерживаться.

– Прости, но это единственная дорога, ты сам сказал, - ответила я.

Он махнул рукой и отошел. Шли вдоль реки Драккон, на восток, в лес Бресилиан. По словам Хоука, там мы сможем найти долийцев. Вскоре мы углубились в тенистый, довольно густой лес. Появилось странное ощущение, что за нами наблюдают. Мы шли по еле заметной тропе вглубь, когда услышали:

– Стойте, здесь стоит лагерь долийцев, ближе не подходите. Уходите.

Да это был эльф, а точнее эльфийка. Молодая, темноволосая с татуировками на лице. Хоук внимательно на них посмотрел, но промолчал. Я вышла вперед, даже не дотрагиваясь до оружия:

– А вот как раз вас я и искала. Мне нужен ваш предводитель.

– Хэлия, у них Хранители, - тихо поправил Хоук.

Честное слово, он удивляет меня с каждым днём, всё сильней и сильней.

– Зачем вам он нужен?
– грубо ответила мне девушка.

– Не мне, а ордену Серых стражей. У нас с вами договор. Нерушимый.

– И мы должны поверить, что ты Серый страж?
– фыркнула эльфийка.

– А что, здесь толпами ходят и говорят, что они Серые стражи?
– парировала я.

– Хорошо, я вас провожу, но знайте, я глаз с вас не спущу.

– И не надо, а то вдруг заблужусь.

Все эльфы смотрели на нас с подозрением, а их было не мало. Своих спутников оставила за пределами лагеря, так настояла девушка.

Хранитель оказался высоким лысым эльфом с посохом? Хранители что, маги?

– Митра, кого ты ко мне привела?
– недовольно спросил он, пронзив меня холодным взглядом.

У, какие мы злые. Интересно он мне поведает то, как они ненавидят людей и тому подобному? Нет? Эльфийка выступила вперёд и сказала:

– Эта шемленка говорит, что она Серый страж.

– Что ж, одной бродить в наших лесах опасно, - спокойно ответил Хранитель.

– Я не одна. Со спутниками.

– Ты, наверное, хочешь позвать нас в бой? Но сейчас у нас не лучшие времена.

Митра иди, проводи её спутников в клан. Не думаю, что они тронут нас.

Митра ушла, с недовольным лицом, а Хранитель провёл меня вглубь лагеря. Кстати этого милого эльфа зовут Затриан, и он поведал мне одну интересную историю. Но это потом. А сейчас маг провёл меня к больным эльфам. Но не скверна, а что-то другое мучило их.