Чтение онлайн

Он глянул на себя в зеркало и остался доволен. Клоун клоуном.

Кобура с его любимым револьвером совершенно не просматривалась под курткой, однако в адвокатский офис придется идти без него. Трудно объяснить охранникам у входа в здание, почему это вдруг он решил навестить адвоката, имея с собой шестизарядный «Смит-и-Вессон» тридцать восьмого калибра.

Гребски быстро отстегнул кобуру с револьвером, небрежно завернул в старую газету, вышел из квартиры.

На ковбойскую шляпу на голове водителя разработчики «жука» не рассчитывали. Пришлось ее снять и пристроить на сиденье рядом.

Здание Денис нашел быстро, ему уже случалось бывать в этой высотке, расположенной в центре финансового района, неподалеку от устремившейся в небо «Транс-Америки». А вот чтобы припарковать даже такой маленький автомобиль, пришлось поездить в поисках свободного места. Высыпав кучу четвертаков в алчную щель миттера и убедившись, что у него имеется только тридцать минут, Денис вскоре уже входил в просторный холл.

Быстро определив, что нужный ему офис находится на шестнадцатом этаже, вместе с пестрой толпой скользнул в один из лифтов. Нужную дверь, на которой висела солидная бронзовая табличка «Берштейн, Горфинкель, Пасман и Зельдович, адвокаты», он тоже обнаружил легко, едва покинув лифт, с легким гудением продолживший свое восхождение.

Денис несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, но волнение, охватившее его при мысли, что он сейчас получит известие в прямом смысле «с того света», от Зои, которая лежит в морге, не проходило. Еще раз вздохнув, Денис открыл дверь и улыбнулся секретарю.

— Моя фамилия Гребски…

— Мистер Зельдович ожидает вас… — со стандартной улыбкой отозвалась секретарь, указывая в сторону одного из кабинетов.

Поднявшемуся ему навстречу из-за стола широкоплечему мужчине не было еще и сорока. Здоровый румянец на загорелом лице и крепкое рукопожатие лучше всяких слов говорили о том, что их обладатель больше времени проводит в гольф-клубе, чем за перелистыванием юридических документов.

— Натан Зельдович, — представился тот и счел необходимым уточнить: — А вы, вероятно, Дэн Гребски?

— Совершенно верно, — признался Денис и виновато развел руками: — У меня машина поставлена на парковке только на полчаса… Давайте перейдем сразу к делу.

— Не возражаю. — Адвокат непринужденно опустился в большое кожаное кресло, достал из ящика массивного стола папку, раскрыл ее, чуть помедлил, потом посмотрел на Гребски печальными глазами: — Очень сожалею, что вынужден исполнить свой долг так рано…

— Не совсем понимаю, что вы имеете в виду? — присаживаясь на стул, поинтересовался Денис. — То, что Зоя убита, это действительно трагедия… Вы имели в виду ее убийство и смерть в таком возрасте?

Адвокат отрицательно покачал головой:

— Я имею в виду, что завещание и письмо госпожа Зоя Рафалович оформила совсем недавно… а если быть точным, — он перелистал листки настольного календаря, — десять дней назад… Хотя, конечно, смерть при таких трагических обстоятельствах…

Денис выдержал испытующий взгляд адвоката, недоуменно пожал плечами, напомнил:

— Письмо… Вы хотели передать мне письмо, оставленное Зоей…

— Извините. — Адвокат отвел взгляд, вынул из папки небольшой конверт и протянул Денису. — Это письмо я должен передать вам, согласно воле госпожи Рафалович, в случае ее смерти… Завещание вступит в силу в сроки, установленные законом, вы получите уведомление…

Денис схватил конверт и вскрыл его.

— Да, вы можете прочесть прямо здесь, — предложил адвокат, выразительно поглядывая на свои дорогие наручные часы.

Гребски нетерпеливо вынул из конверта листок бумаги, исписанный от руки, впился глазами в ровные строчки.

«Дорогой Денис! Если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет в живых. Поверь, ничего скверного я не совершила, да тебе бы и в голову не пришло подозревать меня в чем-нибудь плохом, ты же меня хорошо знаешь. Я просто хотела сделать как лучше, и мне кажется, я это сделала. Моя смерть тому доказательство. Помнишь, как-то на одной из своих забавных лекций, на которую ты меня таскал в Беркли, профессор Алябьев сказал, что как бы далеко вы ни убежали от своей родины, она вас все равно так или иначе догонит. Вероятно, именно это со мной и произошло.

Денис, я решила сделать тебя своим душеприказчиком. Забавное слово, правда? Душе — приказчик. Приказчик души? Но душе не прикажешь. Наверное, правильнее было бы назвать „душеисполнитель“. Но все равно, как ни назови, а ты у меня здесь единственный настоящий друг. Все мое имущество и сбережения я завещала Галине Левицкой, своей давней подруге… даже больше, чем подруге, если уж быть точной. Сам узнаешь мои маленькие семейные тайны… Как только прочитаешь это письмо — сообщи Галине немедленно. Это важно! Ты у нас мужчина обеспеченный, а ей деньги пригодятся. Проследи, пожалуйста, чтобы все было сделано, как положено. Очень тебя прошу, позаботься, пожалуйста, о Мурке, я очень не хочу, чтобы она попала в чужие и, может быть, недобрые руки.

Вот и все мои „приказания“. Их не так много, но, пожалуйста, выполни их ВСЕ. Целую. Люблю! Жалко, что все так получилось… раз ты это читаешь… Вернее, не жалко, а обидно!

Твоя Заинька».

Денис сглотнул подступивший к горлу комок, положил письмо в конверт и сунул в карман.

— Ну, вот, собственно, я свой долг выполнил, на данном этапе, — поднимаясь из-за стола, сказал адвокат. — Если возникнет необходимость, заходите в любое время.

— Да-да, конечно, — как в забытьи произнес Денис и, уже открывая дверь, спохватился: — Один вопрос…

— Пожалуйста. — Вежливая улыбка обозначилась на лице адвоката.

— Каким образом вы узнали о смерти Зои?

— Все очень просто, — недоумевая, как можно спрашивать о столь очевидных вещах, проговорил адвокат. — Из телевизионных новостей… А чтобы быть уверенным, что это именно моя клиентка, утром позвонил в полицейский участок, и мне подтвердили, что это именно она.

— Кто подтвердил?

— Детектив Лопес, — начиная раздражаться, но стараясь этого не показать, ответил Зельдович. — Я объяснил ему, почему интересуюсь, вынужден был ответить на несколько его вопросов, не о сути завещания, естественно, а как оно составлялось… о письме в ваш адрес…

— Спасибо вам, — рассеянно поблагодарил Гребски. — До свидания!

Теперь уже адвокат остановил его на пороге. Денису показалось даже, что в голосе Зельдовича присутствовали нотки легкого злорадства. Однако произнесенная им фраза звучала вполне профессионально.