Чтение онлайн

В марте этого года подавляющее большинство граждан на всенародном референдуме высказалось в пользу сохранения обновленного Союза. Последние месяцы, наполненные событиями бурными, тревожными и трагическими, еще больше укрепили убежденность людей в необходимости Союза. Об этом говорят все опросы общественного мнения.

(…) Я не раз публично, на государственных совещаниях и форумах, излагал свою концепцию нового Союза. И в этом обращении к вам хочу еще раз подчеркнуть: речь не о возрождении в новом обличье старого центра. Старого Союза нет, и возврат к нему невозможен. Это доказал и провал августовского путча. Речь идет о создании совершенно нового государственного и межгосударственного образования, суть которого недвусмысленно изложена в проекте представленного вам договора.

(…) Две основополагающие идеи заложены в конфедеративную концепцию договора, которая определяет характер новой, небывалой государственности.

Это идея самоопределения, национально-государственного суверенитета, независимости.

И это идея союзничества, сотрудничества, взаимодействия и взаимопомощи.

Моя позиция однозначна. Я — за новый Союз, Союз Суверенных Государств — конфедеративное демократическое государство. Хочу, чтобы в преддверии вашего решения эта моя позиция была всем хорошо известна. Медлить далее нельзя. Время может быть катастрофически потеряно…

(…) Переговоры в Беларуси стали закономерным следствием тех процессов, которые развивались в течение последнего времени. Страна переживает тяжелый кризис государственности. Было ясно, что союзные структуры были не готовы к коренному обновлению. Декларации о суверенитетах 1990 года коренным образом изменили ситуацию. Был поставлен фактически крест на унитарной модели Союза. В прежнем варианте Союзного договора по сути протаскивалась все та же модель Союза с сильным центром. За время переговоров восемь республик из пятнадцати уже отвернулись от Союза. Другие все же были готовы пойти на компромисс и подписать Союзный договор. Такой подход был уничтожен в дни августовского путча.

После августа распад Союза ССР вступил в новую стадию, началась его агония. А в это время мы стали тонуть в согласованиях, широких и узких обсуждениях, консультациях. Все это приобрело характер какой-то дурной бесконечности. На фоне острейшего экономического кризиса, отсутствия самого необходимого эти игры все больше раздражали народ. Итогом такого развития могло быть только одно — дальнейшая дезинтеграция страны.

1 декабря народ Украины высказался на референдуме за независимость. Украина отказалась подписывать дого*-вор. Последствиями этого могли стать дальнейшая нестабильность в мире, эскалация конфликтов внутри бывшего Союза. Ничего не предпринимать в этих условиях было бы просто преступно.

Главный итог состоит в следующем. Три республики, которые выступали учредителями СССР, приостановили процесс стихийного распада того общего пространства, в котором живут наши народы. Найдена единственно возможная формула совместной жизни в новых условиях — содружество независимых государств. В соглашении констатируется, что СССР прекращает свое существование. Но я отвергаю обвинения в адрес подписавших, что они якобы самовольно ликвидировали СССР. Союз уже не способен играть позитивной роли во взаимоотношениях между его членами.

Задача состояла в том, чтобы спасти все здоровое, что можно еще спасти, построить реалистическую модель содружества. С конституционной точки зрения необходимо подчеркнуть, что, образовав в 1922 году Союз, его учредители не утратили своего государственного суверенитета и своего статуса, ответственности учредителей Союза.

Основные позиции и подходы были согласованы еще год назад, когда четыре республики — Беларусь, Казахстан, Россия и Украина — в декабре вели подготовку четырехстороннего соглашения. Оно не было заключено, но его принципиальные положения выдержали испытание временем. Важнейший итог переговоров в том, что достигнуто соглашение о взаимодействии в проведении экономической реформы. Впервые за много месяцев значительная часть экономического пространства бывшего Союза будет развиваться в соответствии с согласованной экономической политикой. Речь идет не только о движении в одном направлении, но прежде всего о тесном взаимодействии.

Подписанные соглашения диктуют волю республик сохранить единую денежную единицу — рубль. Введение национальных валют какой-либо стороной будет подчиняться согласованным правилам. Главное условие — ненанесение ущерба партнерам.

Договорились взять под совместный контроль денежную эмиссию, проводить однотипную бюджетную налоговую политику, координировать внешнеэкономическую, таможенную политику. Принципиальное значение имеет договоренность о том, что государства обеспечивают друг другу свободу транзита. Достигнута договоренность о сроках либерализации цен — со 2 января.

В ходе переговоров наши республики пришли к общему мнению по поводу, который волнует народы не только наших стран, но и весь мир. Соглашение предусматривает тесное сотрудничество государств в обеспечении мира и безопасности, их волю к ликвидации всех ядерных вооружений, а также их волю ко всеобщему и полному разоружению. СНГ будет обеспечивать единство военно-стратегического пространства, единство ядерных сил под объединенным командованием. Общее мнение — создать оборонительный союз с единым командованием стратегическими вооруженными силами.

(…) Москва полна слухами о перевороте. Думаю… никто сейчас этого сделать не может. Но если произойдет распад страны, к власти могут прийти… фашиствующие диктаторы.

(…) Я считаю сегодня главным вопросом вопрос государственности.

(…) Мы пришли на эту землю лет на 60–70, и не нам ее кроить.

(…) Не убежден, что подписанные в Белоруссии соглашения обладают механизмами их реализации.

(…) Я не знаю, почему за спиной Президента решили проигнорировать Союзный договор… Думаю, что из тупика переговоров с Украиной можно было бы найти выход, например, ассоциированное членство. «Украинский момент» был… использован руководителями России.

Вопрос: — Накануне подписания соглашения вы знали о нем?

— Предвидел. Сказал Борису Николаевичу. «Моя задача, чтобы ты подписал договор первым», тогда и украинский вопрос можно решать. Он сказал: «Нет».

(…) Мне позвонил Шушкевич 8-го числа и сказал, что они уже позвонили Бушу, что соглашение подписано. Это позор… Стыдобища… Ставить Президента в известность только потом…

— Вас изолировали от этого соглашения…

— Это ненормально, но пусть идет процесс, главное, чтобы в конституционных, нормальных формах.

Вопрос: — Мы идем по пути Югославии?

— Давайте сделаем все, чтобы этого не было.

Вопрос: — А если снизу все-таки пойдет создание нового сообщества? Не кажется ли Вам, что Вы глубоко заблуждаетесь?

— Дай Бог, если я ошибаюсь. Хочу, чтобы я ошибся.

(…) На встрече с командующими военных округов я спросил у командующего Киевским военным округом: «Правда, что 80 процентов офицеров округа русские?»