Гордый кадетский корпус
Шрифт:
Однажды чуть не оскандалились, когда кадет слишком ловко парировав выпад Белика, едва не выбил меч из его руки. Крестьянская сила и сноровка помогли удержать оружие, но происшедшее изрядно отрезвило. Белик стал действовать осторожнее и не пропустил момент, когда Марилев отвёл свой меч в сторону и позволил клинку противника скользнуть к самой груди.
На мгновение Белик испугался, что ранит кадета, но тот уже падал навзничь и распростёрся со стоном на истоптанных досках помоста. Рарис горделиво выпрямился.
— О благородный господин! — воскликнула Лина, бросаясь к нему.
На мгновение показалось, что это происходит наяву, а не в пьесе, но Белик сумел взять себя в руки и произнести всё что далее следовало по роли. Прибежали отец и пастушок, представление пошло своим чередом. Тело Бранио, сражённого мечом мстителя, никому не мешало, потому что Марилев перед гибелью благополучно увёл схватку подальше от фонарей рампы.
Когда Белик произнёс последние слова и соединив руки влюблённой пары ушёл в относительно тихое и тёмное пространство за парусиной декорации, ему показалось, что никогда ещё не делал более тяжёлой работы. Коленки тряслись, по спине тёк пот, хотя внутри сарая так и не стало по-настоящему тепло, а в ушах звенели голоса и свой собственный почему-то тоже.
Лина и пастушок ещё пели довольной публике о своей великой любви, а Белик попытался тряпкой стереть с лица грим. Сейчас эта краска его раздражала. Марилев уже находился здесь и разговаривал о чём-то с Ирре, кажется, успокаивал, но повернулся поглядеть на товарища-актёра.
— Вероятно, это было ужасно, но по крайней мере мы не сбежали.
— Ты держался молодцом.
— А я думал то же самое про тебя. Полагаю, что опыт для обоих из нас оказался незабываемым.
Марилев оглянулся озабоченно на Ирре, потом шагнул к Белику и заговорил так, чтобы никто другой не смог его услышать. Кроме мальчика только комики стояли неподалёку, уже в гриме и костюмах, чтобы после душещипательной истории про любовь публика могла посмеяться.
— Белик, мы ведь оба неравнодушны к Лине. Я вижу, как ты смотришь на неё, да и сам наверняка выдаю себя с головой. Раньше это было неважно, потому что она была одинаково далека от нас обоих, и чувства могли вылиться только в безмолвное восхищение, но теперь случай свёл нас троих вместе.
— Да! — сказал Белик.
Внезапно исчезла уверенность, что Лина предпочитает его. Голос Марилева звучал так уверенно. Кадет продолжал, упрямо наклонив голову.
— Сражаясь там, на сцене, мы могли прирезать друг друга в порыве той страсти, которую возбудила в нас эта девушка. Да, мечи плохонькие, но они из настоящего железа.
— Ты хотел меня убить? — спросил Белик, чувствуя, что сейчас слова выговорить ещё труднее, чем на помосте в свете огней.
Марилев дворянин, и мог бы избежать наказания и потому, что он благородной крови и потому, что такое душегубство вполне удалось бы списать на случай. Оба впервые очутились на сцене, забыли обыденность, не поняли, что сжимают в руках почти настоящее оружие. Когда ещё судьба дала бы удачу так быстро и верно избавиться от соперника?
— Нет! — сказал Марилев. — Не хотел, но был момент, когда подумал, что один из нас вполне мог на это решиться. Это скверное дело и хотя сложилось так, что мы рискуем оказаться недругами, я этого не хочу.
— Я тоже!
Глаза кадета вспыхнули, он и ростом, как будто, стал выше, хотя, может быть, и прибавил за те месяцы, что оба учились магии.
— Давай договоримся не питать друг к другу зла, и пусть Лина сама выбирает, кто из нас ей по нраву.
Белик едва успел кивнуть благодарно, чувствуя в это мгновение такую глубокую приязнь к кадету, что готов был отойти в сторону и уступить прекрасную лицедейку ему, как она сама вышла из-за парусины. Сияя улыбкой, Лина бросилась к ним и принялась нахваливать и одного, и другого, да так искусно отдавала дань обоим, что Белик решил ни за что не отказываться от борьбы.
Комики отправились веселить публику, и из амбара уже послышались взрывы смеха. Благородный отец и пастушок ушли раньше. Лина посередине, Белик и Марилев по обе её руки как преданная стража и мрачный Ирре позади всех зашагали на постоялый двор. Он был здесь же, только в переулок завернуть, и Белик не ожидал никакого бесчинства, но не успели они войти в общий зал, как навстречу бросились вооружённые люди.
Глава 14
Марилев увидел блеск клинков, решительные лица и мгновенно выхватил меч. Пусть театральный, не слишком надёжный, но он мог продержаться какое-то время при умелом обращении и против крепких клинков.
Ирре кинулась к стене, наверняка чтобы не мешать ему, но и там поджидала засада. Мужчина схватил девушку в охапку, и от смерти его спасло только чудо, потому что Марилев атаковал немедля. Наглецу пришлось выпустить добычу, чтобы успеть отстоять собственную жизнь, а Ирре, Марилев видел это краем глаза, нырнула под один из массивных столов и опрокинула его на бок, обеспечивая себе защиту.
Молодец девчонка! Наставления старшего брата не пропали даром: Ирре сделал всё возможное, чтобы обеспечить ему свободу действий. Марилев резким выпадом заставил противника отступить ещё дальше и быстро оглядел поле боя.
Двое держали с обеих сторон Белика, умело завернув ему руки за спину. Ещё один, по виду начальник, стоял в стороне со снаряжённым арбалетом в руках, а прекрасная Лина гордо как королева опиралась рукой на стол. Её никто не тронул.
— А ну-ка всем стоять смирно! — прикрикнул тот, кто, судя по всему, командовал нападавшими. — Сыт я уже вашими шутками по горло и больше их не потерплю.
Это ведь тот стражник, от которого, не разобравшись, удирали они с Ирре. Белик рассказал, что случилось потом. Его сочли ни в чём не виновным, зачем же схватили теперь? Марилев опустил меч, хотя устрашился не слишком. Ирре надёжно защищена от арбалетного болта толстой деревянной плахой, и надо ещё разобраться те ли это люди, за кого себя выдают?
— Потрудись объяснить, господин Валлан, королевский стражник, зачем твои подчинённые напали на нас и схватили студента магической школы Белика? — спросил Марилев. — Я Санвид, сын графа Готла, кадет, и мне не по душе, когда берут под стражу моих друзей.
Валлан усмехнулся, снисходительно произнёс.
— Твой приятель давно спит наверху, а человек, которого схватили мои люди, был уличён в разбое и, прибившись к актёрской труппе, решил скрыться от властей.
— Сожалею, но ты ошибаешься. Я хорошо знаю Белика, и у меня нет никаких сомнений, что это именно он.
— Как же так случилось, что студент магической школы оказался на сцене?
— Я попросила! — звонко произнесла Лина. — Нам не хватало актёров для пьесы.
Она улыбалась, оглядывая присутствующих с непонятным вызовом. Валлан побледнел. Он бросил арбалет тому из подручных, который хватал Ирре и подошёл к пленённому Белику. Тот смотрел с усталым удивлением.
— Наклони голову! — приказал Валлан.
Белик повиновался, и Марилев вспомнил, как он рассказывал о нападении. Его ударили так сильно, что он потерял сознание и конечно же такое повреждение не могло пройти без следа за один день. Разглядев, должно быть, изрядную ссадину в не отмытой ещё, запекшейся на коже крови, Валлан выругался.