Горец. Имперский рыцарь
Шрифт:
– Знаешь, Савва, я в полных растрепанных чувствах сегодня. Голова кругом. – Болинтер, как жеманница, крутился перед зеркалом. – Когда я объяснил императору, что до окончания ремонта броневагона никак не смогу отъехать в столицу, потому что это будет дезертирство и предательство боевых товарищей, он меня понял и не стал торопить. Сказал ждать официального перевода. Что ты мне посоветуешь в этой ситуации?
– Не складывать все яйца в одну корзинку. А именно, до того как тебе предоставят завод в столице, а скорее всего просто кусок чистого поля, на котором ты должен будешь построить такой завод, создай на стороне свой свечной заводик. Для страховки.
– Зачем мне свечной заводик? Я ничего не понимаю в органической химии.
– Это я так, образно. К примеру, фирмочку по выпуску твоих моторов для насосов. На старом патенте.
– Денег нет на это, – поставил инженер пустой бокал на стол. – Что за кислятину ты пьешь? Отмечать надо было нашей огемской сливянкой.
Я только руками развел: чего нет, того нет.
– Деньги не проблема, – продолжил я. – Вложишь в партнерство свой патент и будешь консультировать технологию производства. Модернизацию.
– Да кто вложится в такое производство? – выразил инженер свое сомнение. – Были бы такие энтузиасты среди денежных мешков, то давно бы уже нужный заводик стоял в Будвице. Но все только пересушенным паром грезят. Турбинами. Повышением КПД паросиловой установки.
– Я вложусь.
– Ты?
– Я.
– На каких условиях?
– На тех же, что и император.
– И где его поставим? Этот завод? В Будвице или где-нибудь в огемской провинции?
– В Реции.
– Почему там?
– Потому что там качают нефть.
А сам подумал, что мини-трактор в горах тоже будет к месту. Но не всё сразу.
Я отправил Болинтера с его командой в Будвиц, в депо, так быстро, как только смог, пока император еще что-либо не учудил в его сторону. А так с глаз долой… У императора и без Болинтера других дел достаточно, так что нет тела – нет дела монарху до двигателей… А инженер мне еще нужен. Потом отдам. Никуда не денусь.
Как только калечный броневагон, ритмично стуча двигателем, удалился в сторону трансконтинентальной магистрали, я вспомнил о своих тайных пассажирах. Вот я с ними страху натерпелся, пока с принцем ехал в Ставку всю дорогу в моем салоне, буквально через купе от них. Все же это был несколько «левый» проект, с кронпринцем не согласованный.
Но обошлось.
После того как, получив необходимые консультации, я отпустил боцманмата к девочкам, мы с Кроном, как настоящие деловые люди, с глазу на глаз разграничили, так сказать, «сферы влияния». Или, как заявил регент Ночной гильдии – «попилили темы». Ему остаются традиционные сферы крышевания криминального и полукриминального бизнеса (типа «заряженного» тотализатора на ипподроме) и черный рынок. В нормальную экономику – основу налоговых поступлений королевства он не лезет. Крон, правда, пытался отстоять себе поляну «серых схем», но, так как с них также шли налоги, они прошли мимо Ночной гильдии. И так ему кусок большой достался, если им правильно распорядиться.
В ответ, в качестве «любезности», я тайно провожу через все фронтовые жандармские кордоны его «положенца» на узловую станцию. С прицелом на будущий его портовый паханат – крышевать контрабанду. Но прежде чем его люди прогнут под себя местный криминал, его адепты должны в первую очередь отработать на меня с принцем на самой узловой. Плюс на них связь с людьми Моласа по прежним договоренностям в области наружного наблюдения за возможными агентами врага.
А как вы хотели? Бизнес не стакан вина – не выпьешь один. Особенно когда к нему примешивается большая политика.
Крон, когда сбрасывал с себя блатной налет, был вполне вменяем в общении, умен, образован и хваток. Держал себя не хуже Штирлица, заглянувшего к Мюллеру на рюмку чая. Когда регент Ночной гильдии окончательно въехал, что я ставлю его паханом на всю контрабанду, которая пойдет через Щеттинпорт, то весь его светский лоск дал сбой. Ручонки у него вспотели, да так, что он, забыв обо всем, вытер их не только о скатерть, но непроизвольно и о полы своего дорогого светлого пиджака.
– Тебе в этом какая маза? – хрипло спросил он, не веря своему счастью.
– Война не вечна, – ответил я ему. – И даже, пока идет война, есть нейтралы, которые хотят на ней заработать. А через нейтралов можно получить товар, который есть только у врага. За свою долю будешь смотреть, чтобы в контрабанде не было «левых пассажиров» – вражеских агентов и прочих революционеров. А мой профит? Скажу так: будет день – будет пища.
– Так порт еще не взяли? – засомневался Крон.
– Вопрос времени, – ответил я ему утвердительно.
Так состоялся мой второй договор с будвицким криминалом. Уже не с позиции силы, а вполне себе партнерский.
– Девочку будешь? – предложил напоследок Крон. – Есть новенькие. Чистенькие. Смазливые.
– Нет, – отказался я. – Я домой. К жене.
– Красивая у тебя жена, – констатировал Крон. – Я бы тоже от такой по девкам не бегал.
Невольным сидельцам в дальнее купе ужин принес я сам лично. Никому не доверил. Там бедовали взаперти, с ночным горшком под шконкой и без обеда, четверо адептов Ночной гильдии. Тихо сидели, как и приказано было. Даже карты спрятали, пока я ключом вертел. Только листок с росписью игры остался на столе.
– Ша, братва, – сразу пресек я их недовольное бурчание и обрисовал сложившуюся ситуацию. – Раньше прийти не мог, сами видели, какой тут кипеш творился. Сам император нарисовался – хрен сотрешь! Хорошо хоть вас не спалил никто. Вовек бы не отмазались.
– Да ладно, нам не впервой на матрасах отлеживаться, – примирительно прогудел Лось, поставленный Кроном «положенцем» на узловую станцию. Вроде как в ссылку. Но это только с виду как…
Крон был обязан наказать его за косяк левого контракта. Но в иерархии Ночной гильдии Лось все же был не последний человек. Таким и оставался, хотя я и проредил из пулемета его бригаду.
– Выпить хоть принес? – не то спросил, не то потребовал «положенец». – А то мы тут озябли, и тоскливо что-то на душе. Как кошак скребет.
– Немного. Но согреться и тоску развеять хватит, – сказал я, передавая Лосю корзинку с провизией. – Время и без того упущено, так что в тему впишитесь сразу по приезде.
– Ночью? – прохрипел из угла удивленно-раздраженный прокуренный голос. Кто – не разобрал, его лицо скрывала тень от верхней полки.
– Ночью, – подтвердил я. – А кому сейчас легко? Вот вам ксивы на право хождения по городу в комендантский час. Пропуска настоящие. Почти. Для войскового патруля достаточно. Но полиция расколет, если будет придираться. Так что светите с умом, без дешевых понтов. Где взяли? Нашли на улице. На мостовой валялись.