Чтение онлайн

– Ладно. Спасибо, что подумал обо мне. Надеюсь, ты сумеешь найти кого-то, кто сможет отлично сделать этот репортаж, - сказала она в трубку, думая о корейских детях.

– Тот, кто сумел бы сделать этот репортаж так, как надо, только что от него отказался, - едко ответил Рауль.
– На днях я тебе перезвоню, но имей в виду: так легко, как сегодня, ты от меня не отделаешься. Я не отстану, пока не услышу: "Да, Рауль. Хорошо, Рауль. Куда угодно, Рауль".

– Я и не собиралась от тебя отделываться. Ты бы лучше позаботился, чтобы для выполнения нового заказа мне не нужно было ехать куда-то к черту на рога.

– Посмотрим, что мне удастся сделать. Но обещать ничего не могу, повторил Рауль.
– А ты будь осторожна. Мать Года, береги себя и не давай своим отпрыскам садиться себе на шею.

– И тебе всего хорошего, - в тон ему ответила Глэдис.
– Кстати, об отпрысках, - тут же спохватилась она.
– Мы на все лето отправляемся на мыс Код. У тебя, кажется, есть номер того телефона?

– Конечно, есть. Желаю приятно провести время, Глэдис. А если сумеешь сфотографировать какую-нибудь шикарную яхту - позвони мне. Попробуем продать снимок.

– Между прочим, - заметила Глэдис, - гонорар за прошлые, как ты выражаешься, "шикарные яхты" покрыл мои расходы на детский сад за два года.

– Нет, Глэдис, ты совершенно безнадежна!
– в отчаянии воскликнул Рауль.

На этом разговор закончился. Впервые за много лет Глэдис стало казаться, что в ее жизни не хватает чего-то настоящего, чего-то важного и большого. И что же ей теперь делать?

Глэдис чувствовала себя подавленной, но дела делать все равно надо. Отправившись после обеда за продуктами в супермаркет, она неожиданно столкнулась с Мэйбл. Подруга Глэдис выглядела значительно веселее и оживленнее, чем обычно; она была в короткой юбке и туфлях на шпильках, а подойдя к ней вплотную, Глэдис с удовольствием вдохнула запах дорогих духов.

– Где ты была?!
– удивилась Глэдис.
– Неужели ездила за покупками в город?

Мэйбл отрицательно покачала головой и, таинственно улыбаясь, сообщила заговорщическим шепотом:

– Я обедала в Гринвиче с Дэном Льюисоном. Мы прекрасно провели время и даже выпили по бокалу вина. Дэн - просто душка; во всяком случае, он умеет быть милым, и вообще он еще очень даже ничего. Если бы не эти его усы а-ля Кларк Гейбл, он был бы похож на херувимчика.

– Как я понимаю, бокалом вина вы не ограничились, - с несчастным видом заметила Глэдис. Радость подруги казалась ей неуместной.

– А ты чего такая грустная?
– спросила Мэйбл.
– Что с тобой?

Она действительно редко видела подругу в таком состоянии.

– Вчера вечером мы поссорились с Дутом, - объяснила Глэдис.
– А сегодня мне позвонил мой агент и предложил очень интересную работу в Корее. Насколько я поняла, что-то связанное с незаконным усыновлением, причем от детей, которых никто не хотел брать, попросту избавлялись.

– Какой ужас!..
– воскликнула Мэйбл, бросая в тележку упаковку томатного сока.
– Я бы на твоем месте радовалась, что тебе не нужно заниматься этим кошмарным делом. Это же наверняка опасно!

– А я бы хотела сделать этот фоторепортаж, - покачала головой Глэдис.
– Но дело даже не в опасности. Главное препятствие состоит в том, что мне пришлось бы уехать из Штатов на три-четыре недели, а я не могу себе этого позволить. Словом, мне пришлось отказаться.

– Но тебе и раньше приходилось отказываться от заданий, - удивилась Мэйбл.
– Почему теперь у тебя такое лицо, словно кто-нибудь умер?

– Ну, боже мой, - простонала Глэдис, - вчера Дуг наговорил мне кучу гадостей о моей карьере. Для него она - просто хобби, пустяк, каприз, не знаю даже, что еще... Словом, он не видит ничего особенного в том, что мне пришлось от нее отказаться. Оказывается, он считает, что нет ничего легче, чем зарабатывать на жизнь при помощи фотоаппарата, и что на это способен каждый, стоит только по-настоящему захотеть.

Мэйбл улыбнулась, но ничего не возразила. Зная, что Глэдис и Дуг ссорятся крайне редко, она только спросила:

– Что это на него нашло?..

– Не знаю.
– Глэдис покачала головой.
– Обычно он не такой.., бесчувственный. Может, у него просто выдался на службе тяжелый день.

– А может быть, он действительно не очень хорошо понимает, от чего ты отказалась ради него и ради детей!
– решительно заявила Мэйбл, и Глэдис снова покачала головой. В глубине души она опасалась именно этого и была удивлена тем, как много, оказывается, значили для нее признание и благодарность мужа.

– Я думаю, тебе все-таки следует настоять на своем и сделать этот корейский материал!
– добавила Мэйбл, явно стараясь расшевелить подругу и подтолкнуть к решительному шагу.

– Почему дети должны страдать из-за того, что Дуг чем-то меня уязвил или задел?
– возразила Глэдис.
– К тому же я все равно не могу бросить их на целый месяц. Через три недели мы собирались на мыс Код... Нет, это невозможно.

– Тогда не упусти следующее задание.

– Если оно будет - следующее задание. Мне иногда кажется, что Рауль уже устал от моих отказов.

Действительно, в последнее время агент звонил ей все реже и реже, хотя, возможно, все дело было в том, что задания, которые могли подойти Глэдис по условиям ее теперешней жизни, попадались ему не часто.

– Будем надеяться, что вечером Дуг заявится домой с охапкой цветов и ты обо всем забудешь, - сказала Мэйбл, решив все же подбодрить подругу, которую ей было искренне жаль. Глэдис была умной, красивой, способной, но, как и многие другие женщины, она тратила свою жизнь на то, чтобы кормить мужа ужином, устраивать для детей барбекю и, чередуясь с другими родителями, возить их в школу. Мэйбл считала это несправедливым, тем более что у Глэдис был настоящий талант к фотографии.

– Сегодня вечером мы хотели поужинать в "Ма Пти Ами", - объяснила Глэдис.
– Я так ждала этого дня, но вчера Дуглас испортил мне все настроение.

– Закажи лишний бокал шампанского - и все пройдет!
– предложила Мэйбл. Кстати, мы с Дэном снова обедаем вместе во вторник.

– Знаешь, по-моему, это глупо, Мэйбл, - напрямик сказала Глэдис, укладывая в свою тележку упаковку быстрорастворимой овсянки.
– Зачем это тебе?

– По крайней мере, это меня развлекает, - объяснила Мэйбл.
– Почему бы и нет? Я никому не причиняю зла: Розали по уши влюблена в своего Гарольда, а Джефф ничего не узнает. К тому же мы скоро поедем в Европу, и все мое внимание будет принадлежать ему.

Для Мэйбл это был, по-видимому, достаточно веский аргумент.

– А мне это кажется совершенно бессмысленным, - сказала Глэдис строго. Что, если ты на самом деле влюбишься в Дэна?

С точки зрения Глэдис, это был далеко не праздный вопрос. Мэйбл действительно могла влюбиться по-настоящему, и что тогда? Как ей поступить? Бросить Джеффа? Развестись с ним? Словом, все это было слишком чревато самыми непредсказуемыми последствиями. А дети? Поставить их мир с ног на голову? Но Мэйбл, похоже, придерживалась иного мнения. Впрочем, по этим вопросам подруги расходились во мнениях.